Так точно, товарищ полковник, или влюблённая поневоле - Анна Варшевская

помогу, если понадобится! Только пойми правильно, не обижайся на меня, старую…

— Да что вы, ну за что я буду обижаться, — беру её руки в свои. — Конечно, я понимаю. И спасибо вам за то, что предложили помощь. Уверена, она нам понадобится рано или поздно, — улыбаюсь, и женщина облегчённо улыбается мне в ответ.

А я решаю поговорить на эту тему с мужем. И дома, после ужина, спрашиваю:

— Что бы ты сказал, если бы я забеременела? — поднимаю на него взгляд и неожиданно вижу метнувшийся в его глазах страх.

— Малышка, ты… — он сглатывает.

— Нет, я не беременна, — качаю головой.

Прикусываю губу, заметив его облегчение. Не понимаю, он не хочет детей? Или…

— Почему ты так… — не хочу говорить «испугался» и исправляюсь, — занервничал?

Полкан, вздохнув, подходит ко мне, тянет на диван, усаживает и обнимает.

— Ты не хочешь детей? — нахожу его руку, переплетаю наши пальцы.

— Милая… я не имею права не то что просить, даже заговаривать с тобой об этом, — неожиданно тихо отвечает он.

— Почему?! — отстраняюсь, смотрю на него круглыми глазами.

— Алин, я… это будет просто запредельным эгоизмом с моей стороны, просить сейчас, чтобы ты родила мне ребёнка, — Полкан заправляет мне за ухо прядь волос. — Ты ведь наверняка хочешь нормально закончить университет, начать работать, реализоваться профессионально… Я не о том, что ты карьеристка, милая, — говорит торопливо, видя, что я собираюсь возразить, — конечно нет, просто… ты умна, талантлива, и я не хочу, чтобы через несколько лет ты в глубине души винила меня за то, что…

— Так, по-моему, тебе надо замолчать, — кладу пальцы на его губы, — пока не наговорил ещё чего-нибудь, из-за чего я окончательно разозлюсь! Ты не подумал сначала спросить меня, что я думаю на этот счёт?

— Но… — он теряется. — Ты же говорила, что мечтаешь специализироваться в криминалистике, что…

Вздыхаю. Похоже, пришло время для ещё одного признания.

— Полкан, — смотрю ему прямо в глаза, — я должна тебе кое в чём сознаться. Я действительно поступила на юридический, потому что очень сильно этого хотела. Вот только настоящая причина была другой.

Он смотрит на меня, ожидая продолжения, и я, сделав глубокий вдох, говорю:

— Дело в том, что… в этой области работает человек, которому я хотела доказать, что я не маленькая глупая девочка. Профессионал, чьё уважение и восхищение я хотела заслужить. Я мечтала, что встречу этого человека, когда стану настоящим специалистом, и… он будет от меня в восторге, и… может быть, влюбится в меня, как я влюбилась в него, — слегка улыбаюсь, глядя на расширившиеся глаза мужчины.

— А я влюбился в тебя с тем самым топором на плече, — он тянет меня на себя, целует глубоко, сладко. — Как же я тебя люблю, малышка…

— Это не значит, что я брошу университет, — прижимаюсь к нему сильнее. — Конечно, я доучусь и получу диплом. Но, в конце концов, многие меняют сферу деятельности. Далеко не у всех сразу получается понять, в чём их призвание. Я это всё к тому, что… я не против детей, — поднимаю на него глаза. — Скорее даже наоборот. Всегда любила возиться с малышнёй.

— Похоже, я опять напортачил, да? — он подминает меня под себя, слегка наваливается сверху. — Решил, что знаю, что именно для тебя будет лучше?

— Есть такое дело, — улыбаюсь ему. — И тебя ждёт страшное наказание. Где там те наручники?

— Ох… — вырывается у него непроизвольно. — Милая, я исправлюсь!

— Правда? — делаю вид, что задумалась, но меня тут же зацеловывают с такой страстью, что я своё имя забываю.

А спустя три месяца мы, оба в шоке, смотрим на экран, куда нам тычет пальцем врач.

— Полка-ан, — произношу угрожающе. — Когда я говорила, что люблю возиться с малышнёй, я не это имела в виду!!!

На лице мужчины абсолютно идиотская улыбка. По-моему, он даже не слышит, что я ему говорю.

— Вы уверены? — сипло обращается к врачу.

— На сто процентов, — тот кивает. — Поздравляю. У вас будет тройня!

Конец