Домик №10 - Наталия Романова

Всё, что требовалось, обычно покупала очередная ассистентка, готовили по очереди, самое простое. Глеб изредка оказывал посильную помощь в виде тягловой силы и чистильщика овощей, ему и без столовой забот хватало.

– Я, вообще-то, живу здесь, – махнул он ящиком куда-то в сторону.

– Где? – уставилась Роза на Глеба.

– Через две улицы. Дом достроил… вот. Пока редко бываю, сезон не закончен, но обживаться-то надо.

– Круто. Молодец. – Роза хвалила искренне. Уж кто-кто, а она знала, что деньги с неба не падают, во что обходится строительство, сколько сил, времени и средств уходит на это, а надо ещё работать, крутиться день и ночь, оплачивать работу команды, налоги, поборы…

– Может, зайдёшь? – Глеб заметно приободрился, услышав слова Розы.

– С чего это? Зачем?

– По-дружески, – пожал он плечами. – Может, мне похвастать охота, – сверкнул белозубой улыбкой Глеб. – Там голые стены, правда, только одна комната отделана, может, посоветуешь по-женски, я в этом ничего не понимаю. Не боишься же ты меня, в самом деле?

– Не боюсь.

Кого-кого, а Глеба она не боялась. Да, навязчивый, да, была у них некрасивая история, но опасным он точно не был. Противным временами – был, но опасаться не приходилось. Да и что может случиться-то? Не похитит же он её, не изнасилует, даже при навязчивой идее возобновить отношения с Розой Глеб вряд ли страдал от воздержания. В бурной интимной жизни его сомневаться не приходилось. Роза посмотрела на часы, свободные два часа у неё были.

– Пошли, – согласилась она и двинулась на выход, к машине, предоставив Глебу возможность проявить свои джентльменские качества и нести ящик с овощами. Он и не сопротивлялся.

Дом оказался действительно через две улицы. Небольшой, в несколько комнат, с просторной кухней, мансардой с двумя небольшими комнатушками. С навесом от солнца и большим, неухоженным двором, наверное, здесь можно высадить газон или клумбы, уложить тротуарную плитку или засыпать дорожки гранитной крошкой. Работы было ещё много, но сделано ещё больше.

– Ух, отлично! – Роза спускалась со второго этажа. – Даже вид из окна классный, на реку, а не на соседский забор. Проект сам делал?

– Нет, конечно, говорю же, ничего в этом не понимаю, нанимал человечка, – вздохнул Глеб. – Потому и денег не хватило. Думал, зимой чистовую отделку сделаю, а не выходит. – Он почесал голову. – А может, и извернусь, в долги влезать неохота.

– Понимаю. – Роза отлично понимала Глеба.

Почему-то вспомнились слова Альбины о том, что нельзя его упускать из вида. Не лучший вариант для семейной жизни, если верить в «долго, счастливо, верно» в одном предложении, но кто верит в сказки в двадцать восемь лет? В конце концов, лучше такой постоянный непостоянный мужчина, чем слёзы по ночам о несбыточном, а на следующий год очередной курортный роман. И хорошо, если после него не придётся рыдать в подушку, тянуться к телефону, чтобы набрать номер или хотя бы кликнуть по ссылке в социальных сетях.

Роза вздохнула, оглядела Глеба ещё раз. Наверное, можно видеть его каждый день, просыпаться рядом, засыпать… Он ничего не имеет против вина на ночь и не настаивает на каше по утрам. Приятный в общении, компанейский и, как любовник, кажется, хорош. Во всяком случае, Роза не помнила сильных разочарований от секса с Глебом. Восторгов тоже… а может, восторги просто позабылись? Не просто же так Роза полгода встречалась с Глебом, пускала его в свой дом и свою постель.

Надо жить дальше – приняла спонтанное решение Роза и замерла, споткнувшись взглядом о разобранную постель, поравнявшись с распахнутой дверью единственной жилой комнаты. Даже простыни чистые, новые, вон и упаковка лежит рядом.

– Думал поспать днём, – извиняясь, проговорил Глеб. – Потом вспомнил, что в холодильнике шаром покати, решил сходить… – он говорил всё тише.

Роза отодвигалась к стене, моргая, смотрела на Глеба, надеясь, что он не поймёт её жалких мыслей, грусти, навалившегося отчаяния, осени, которая взяла и пришла в самый неподходящий момент. Не увидит в глазах расстояния и города, где хотелось очутиться сейчас, перенестись усилием воли или волшебством из сказок Олеси.

Глеб сделал несколько аккуратных шагов к Розе, потянулся к ней и провёл по её руке. Что ж. Терпимо. Не так и плохо, как она думала.

– Роза… – каким-то чудом Глеб догадался не произносить отвратительное «Муся». – Давай попробуем ещё раз, – прошептал он, водя по руке, понемногу притягивая к себе. – Мне жена нужна, хозяйка дома, да и тебе хватит порхать как мотылёк. У нас же всё отлично было, и еще может быть. Ты мне подходишь, я тебе, давай попробуем, всерьёз. Завтра в ЗАГС сходим, заявление подадим, сезон закончим – поженимся. Можно даже свадьбу, с платьем, если хочешь.

– Не хочу. – Это прозвучало как согласие. – Платье.

– Вот и отлично, лучше обои на эти деньги купим, в зал. – Резануло слух чужеродное слово «зал».

Роза смотрела на свою руку, как на чужую, как по ней движется чужая мужская ладонь. Сильная, загорелая, даже красивая, наверное… Как чужие губы зачем-то целуют костяшки женской руки, тоже чужой, не Розиной. Как эти губы приближаются и опускаются Розе на шею, проводят, оставляют тёплый след и скользящие, лёгкие поцелуи, неспешные, как опускаются ниже, в вырез платья. Вот её, Розу, прижали к мужскому телу и положили ладонь на попу, прижимая ещё теснее.

Должна же она что-то почувствовать. Должна! Ну, же! Роза – молодая женщина, говорят, тридцать лет – пик сексуальной активности, она не может не реагировать на поцелуи и ласки, не может стоять поленом, опустив безвольно руки, прислушиваясь к себе, изыскивая хотя бы какое-то волнение в сердце. Ладно, не в сердце, в теле.

Её обнимал, целовал, проводил руками по пояснице, нырял под подол, гладя внешнюю сторону бедра, изредка заходя на внутреннюю, мужчина. Что греха таить, красивый мужчина, а Роза не чувствовала ровным счётом ничего. Эмоциональный диапазон – как у Буратино. Впрочем, тот отличался неунывающим характером и настойчивостью, а Роза и этим похвастаться не могла.

Розе даже противно не было, ей было никак. Она сосредоточилась, закрыла глаза, чтобы не маячила кровать с цветастым постельным бельём, попыталась вспомнить пару волнительных моментов в книгах или фильмах, настраивающих на романтический лад. Наконец, пустила в ход тяжёлую артиллерию, припомнив пару порно-роликов, которые гарантированно заводили Розу. Кажется, сработало, Роза облегчённо вздохнула. Глеб принял вздох за инициативу, Роза тоже с готовностью отнесла к вздоху облегчения, как к порыву, и с большим энтузиазмом стала припоминать всё, что могло помочь.

В момент, когда Глеб прикоснулся губами к губам Розы, воображение напомнило совсем другой поцелуй, и у Розы больше