Нежеланная для серого волка - Александра Салиева

найдёт. Знал же прекрасно ещё в начале, чью сторону она примет. Рано или поздно, всё равно бы смирилась — парное притяжение, насколько уяснил, в ней срабатывало ничуть не меньше моей безудержной тяги.

— Блядство! — саданул по рулю и утопил педаль газа в пол.

Почувствовать движение — да, хоть какое-то подобие того, что я ещё жив, не всё во мне сдохло, не до конца законсервирован я во всём этом дерьме, переполняющем изнутри. Опустошение нескольких бутылок джина в течении дня в пустом гостиничном номере не помогло нисколько. Телефон тоже никак не затыкался. Всё звенел и звенел, заброшенный куда-то под заднее сиденье.

На хер всех!

Сто сорок на спидометре…

Не легче ни на гран. И даже чёртов кислород в лёгких будто и не воздух вовсе — яд, которым пропитала меня насквозь моя пара.

Пара…

А Луна — та ещё сука!

Сто восемьдесят…

И ещё немного выше.

Перед глазами лишь беспросветная пелена, а в голове — взгляд цвета весенней листвы, витающей в осеннем небе. Сколько не прогоняй, будто въелся в нутро, стал частью меня самого.

— Блядство! Блядство! Блядство! — проорал, окончательно сорвавшись.

Разумеется, никто не услышал. Нет никому дела. Да и не было никогда. Один. Жил один. И подохну один.

Если только не найду свою Алису…

Машину дёрнуло вправо — на дорогу не смотрел, вот и съехал. Наверное, стоило держаться за руль, а не за рисунок и треклятые воспоминания. Но нет. Они важнее. Всегда были и будут. Даже лязг и грохот металла вокруг ни черта не значил в сравнении с ними.

Перевернуло…

В глазах потемнело.

В лёгких застрял запах собственной крови. И всё равно ведь ничего не почувствовал, помимо той агонии, что разъедала душу. Хруст костей — и тот не про меня. Ничего. Только глухое жжение в груди. Там, где должно быть у нормального оборотня сердце.

Время будто замедлилось. Или ускорилось. Мир вокруг совсем отделился от груды искорёженного металла, застрявшего в овраге. Как я выбрался оттуда, и сам не запомнил. Дело нехитрое. Лишь подставив лицо лёгким порывам ветра, сообразил, что дышать стало чуточку легче.

Телефонная трель всё так и не умолкала.

— Мудак, — обронил брезгливо, оглядываясь по сторонам.

И в кое-то веке к альфе белых волков это не имело совершенно никакого отношения.

Запах крови смешался с отголосками гари и дыма. Надо бы свалить отсюда, а то, и правда, так душу Граням отдать недолго.

А всё из-за чего?

Из-за кого…

Из-за собственной дурости!

И ещё из-за одной дуры…

Да и до клановых территорий недалеко осталось. Пешком дойду.

Последнее — единственное, что мне за последние сутки всё-таки удалось совершить в точности, как собирался. Дежурившие по периметру оборотни, все как один дружно скрылись куда подальше, ещё издалека почуяв моё присутствие, так что до дома добрался в желаемом одиночестве. А вот там меня ждал сюрприз. Ну как сюрприз — забыл я просто про двух волков, которым отдал приказ дождаться меня ещё вчера вечером.

Больше суток прошло с тех пор…

Оба Ивлева терпеливо мерили шагами дорожку перед придомовой территорией.

Сам ведь позвал…

Только их тут ещё не хватало!

— Прям пионеры, — усмехнулся невольно.

Оба волка тут же обернулись, смиренно склонив головы.

— Ну что, как жизнь, пионеры? — продолжил на своей волне.

Честно говоря, в голове была абсолютная каша — что несу и сам плохо соображал. К тому же, что-то во всём это знатно напрягло в один момент, однако сколько бы ни прислушивался и ни взывал к волчьим инстинктам, так и не понял.

Старею, видать.

— Да всё… — начал младший из присутствующих.

Не договорил. Старший тихонько рыкнул на него, призывая заткнуться. В этот момент над нами раздался еле слышный смешок и почти сразу, спрыгнув с крыши, рядом приземлился альфа клана чёрных волков Йен О'Двайер — по совместительству сам Верховный. Средней длины тёмные волосы были взъерошены, а чёрная одежда отлично маскировала оборотня в ночной мгле. Наверное, потому и не заметил его присутствия.

Он какое-то время просто молча смотрел на меня прищуренным взглядом темнее самой глубокой бездны, глубоко дышал. А после резко выдохнул и скривился, как от боли.

— Твою мать, Рязанов, — только и выдал по итогу.

А что Рязанов?

Ну да, малость не в форме я.

Кажись та, не помню какая по счёту, бутылка была определённо лишней. Ну и куртка с джинсами немного попортились из-за аварии.

Но в целом же ничего!

Живой…

Ах да, от меня ж так и несёт их принцессой!

Ну и что?

Пара же.

Чтоб её…

Устало вздохнул, чуть поморщившись. Рёбра немного побаливали. Махнул рукой двоим, явно лишним здесь. Те не стали тупить и торопливо исчезли.

— И чем обязан такой чести? — поинтересовался у Верховного.

Шум в голове никуда не делся до сих пор. И он знатно отвлекал от насущного. Наряду с маленькой хрупкой фигуркой, застрявшей в моей памяти.

— Догадайся, — усмехнулся О'Двайер.

Я же поморщился в очередной раз. Внутренности стали болеть отчётливее. И не только рёбра. Даже слишком отчётливо.

— Строить планы на будущее — не моя привилегия, — отмахнулся небрежно, тихонько побредя к дому.

Йен без слов последовал за мной.

Сейчас бы ещё порцию чего покрепче…

— Ты поэтому устроил этот балаган с компанией? — жёстко и даже жестоко ухмыльнулся мой гость. — Ещё и Аврору, как понимаю, умудрился втянуть…

Как только мы оказались в гостиной, буквально рухнул на диван, сожалея лишь о том, что по пути не прихватил с кухни ту бутылку английского джина, что ещё оставалась не распечатанной.

— Я ошибаюсь, или по словам того же Белова, это серый клан собирался в ближайшее время к тебе и Совету с поклоном, никак не ты сам к серому клану? — проигнорировал упоминание о своей паре.

Как и об имуществе, часть которого принадлежала его жене, раз уж она родная сестра папаши Авроры. Последнее как раз вполне объясняло причину сего визита.

— Я бы и не влезал, — поморщился Верховный, подтверждая мои догадки. — Но ты вынуждаешь.

Сказал бы я…

Но не сказал.

Не про Алису.

Он — точно не тот, с кем возможно подобное обсуждать…

— Не утруждайся. Я почти закончил. Скоро уеду, — ограничился малым.

Альфа клана чёрных волков устало вздохнул и уселся неподалёку, с задумчивым выражением лица разглядывая мою персону, в то время как я вынул из внутреннего кармана куртки платиновый кулон на тонкой цепочке, любуясь напоминанием о той, кто меня недавно бросила.

— Уедешь и снова бросишь свою стаю на произвол судьбы? — приподнял брови Верховный, не