Нежеланная для серого волка - Александра Салиева

судя по событиям в “Бурдж-Халифа”… — пустился в рассуждения вслух.

Знал, к чему он вёл. Потому и не дал ему договорить.

— Ты прав. По отдельности было бы больше шансов, — не стал отрицать. — Но Аврора решила иначе.

В глазах собеседника зажглись хищные огоньки. А следом пришло и осознание всего того, что вытекало из моих слов.

Да и метку не сотрёшь. И он, и я — мы оба знали об этом.

— Если только обидишь её… — оскалился он.

И на этот раз договорить ему не удалось.

— Больше никаких “если” не будет, Кайл. Она — моя пара. И это не обсуждается. Никем из вас, — перебил его. — Я готов бросить вызов любому, кто посмеет оспорить моё право.

Не считая нужным продлевать диалог, вышел за дверь, оставив альфу клана белых волков в одиночестве.

Аромат с черничным оттенком помог выбрать нужное направление. В лаборатории, кроме деда Авроры и не было больше никого. Быть может, удостоверившись в последнем, я бы пошёл по следу своей пары дальше, раз уж её тут нет, значит была и отправилась куда-то ещё, но слишком уж вид у человека был затравленный, при виде меня уставился так, словно не я — демоны из ада выбрались.

— Хочешь мне что-то сказать? — опустил лишние приветствия.

Если бы просто был недоволен выбором внучки, то скорее выражал бы своё презрение или прочую хренотень. К тому же, помнится, по версии Кайла я как раз не за своей парой, а за сывороткой от парности должен был сюда заявиться после нашего с ним разговора. С учётом, что сидящий передо мной, как раз тот, кто в теории должен был вручить мне эту самую сыворотку, то и вовсе…

Мужик из-за этого ведь так напрягся?

К тому же, перед ним лежал открытый кейс, внутри которого предполагалось хранить аккурат нечто подобное. И он был пуст.

А это пробуждало весьма худшие опасения…

Те, что подтвердились очень скоро.

— Кристал увидела сыворотку, начала задавать вопросы, разозлилась, стала кричать, — скривился учёный. — Аврора это всё услышала, когда пришла. Заставила рассказать и ей всё. Теперь ей известно, что ты приехал в Дубай, потому что вы с Кайлом заключили сделку: ты возвращаешь к жизни Аврору, в обмен он тебе — сыворотку против парности. Прости, — дополнил вполне искренне. — Она её забрала и ушла.

Дальше слушать не стал. В два счёта вернулся в коридор, втянул в себя побольше воздуха, разбирая витающие запахи на составляющие, выцепил нужный и взял новый след. Направился на выход из клиники.

Так спешил, подстёгиваемый обострившимися инстинктами, что едва не напоролся на парочку неумёх: одна из них — моя же секретарша, которая в данный момент ловила свою полетевшую клиническую карточку, другая — уборщица, на которую эта самая секретарша напоролась буквально за пару секунд до моего появления.

Столкновение девиц сопроводил жуткий грохот падающих и разлетающихся с тележки вёдер, бутыльков, швабр и прочей атрибутики клинингово промысла. В лёгкие ударил запах дезинфицирующего раствора, что прежде было щедро добавлено в выплеснувшееся ведро для мытья полов. Жижа разлилась повсюду здоровенной лужей. Весь кислород пропитался этим едким смрадом, съедая все прежние запахи. Я же скривился, в последний момент затормозив, чтобы самому не вляпаться.

— Курицы, — выругался, прежде чем обойти их по диагонали.

Бестолковые…

На улице, как хоть одна нежданная радость, меня ждал мой бета и новенькая тачка. В носу до сих пор стояли удушающие запашки, которые мешали тому, чтобы вновь сосредоточиться на насущном, поэтому, кивнув серому волку, незамедлительно поинтересовался:

— Аврору видел?

Тот отрицательно покачал головой.

— Я только подъехал, — оправдался оборотень.

Сухо кивнул, принимая слова.

— Телефон дай, — потребовал.

Оказавшись за рулем, вдавил педаль газа до упора, взяв направление к дому Кайла. Получив аппарат связи, ему же и набрал. С учётом, что моей пары в клинике уже точно не было, то не так много мест, куда бы она могла отправиться. Хотя и тому подтверждения получить не удалось. Альфа клана белых волков трубку не взял даже спустя хреналион гудков, которые я слушал и слушал, пока нёсся в заданном направлении.

— Гадство! — вышвырнул бесполезную вещь.

Ворота на прилегающую к двухэтажному коттеджу оказались распахнуты настежь, поэтому подъехал прямиком к центральному крыльцу. Входные двери также оказались не заперты, что, признаться, прибавило немного надежды на то, что ещё не всё так плохо, как усердно нашёптывало собственное подсознание.

— Аврора! — позвал, оказавшись внутри.

Никто, конечно же, не ответил. Дом, вообще, судя по ощущениям, был совершенно пуст. Но я всё равно поднялся в комнату, принадлежащую моей паре.

Плотные портьеры не пропускали солнечный свет, храня полумрак в помещении. Двуспальная кровать по центру комнаты была аккуратно застелена. В одном из углов рядом с окном стоял мольберт с неоконченной картиной, а в другом — длинный чёрный футляр для музыкального инструмента, подозреваю, очередного синтезатора. По большей части, вся обстановка хранила в себе порядок и чистоту. Единственное, что выбивалось из общей составляющей — открытый шкаф и несколько вещей, валяющихся на полу.

Оглядев окружающее пространство, тряхнул головой, попытался использовать не только нюх, но и внутреннее чутьё. С учётом, что наша связь пока не полноценная, но всё же есть, оставался маломальский, но шанс… может так дело с поисками пойдёт быстрее.

Не пошло.

Ни после того, как раз за разом пытался получить от неё какой-либо отклик, или же просто ощутить. Ни после того, как обыскал весь коттедж. Ни после того, как вернулся в клинику и устроил обыск уже на её территории, а потом и посёлка, в том числе и своего.

Всех поднял.

Как сквозь землю провалилась…

Вместе с опасной инъекцией сыворотки.

А значит…

Что же ты натворила, моя импульсивная пара?!

Конец