Нежеланная для серого волка - Александра Салиева

в себя запах их крови и страха, позволить убежать, а после нагнать и растерзать…

Перед глазами красная пелена повисла.

Сделала шаг в сторону весело щебечущих смертниц, не сдержав своей силы, почувствовав которую, обе вздрогнули и отступили к выходу. Смотрели теперь непосредственно на меня, а на их лицах проступал животный ужас, тем самым пробуждая во мне ещё более явные охотничьи инстинкты.

С шумом втянула в лёгкие запах страха, прикрыв глаза в удовольствии…

Жаль, всего каких-то пару мгновений прошло, а альфа выдворил обеих несостоявшихся жертв за дверь, с грохотом захлопнув ту. Развернулся. В два шага оказался рядом, до боли вцепившись мне в плечи. Внимательно всматривался в моё лицо, терпеливо дожидаясь, когда я успокоюсь, а после тяжело выдохнул:

— Дура.

Притянул к себе ближе, крепко обнял и уткнулся носом мне в макушку, больше не шевелясь. Я тоже не двигалась. Ярость почти утихла. Почти. Запах одной из них на моём оборотне вмиг уничтожил зачатки благоразумия. И может умом понимала, что веду себя глупо, но иначе не получалось. Сама недавно посмеивалась над связанными оборотнями, когда те рычали на всех посторонних рядом с их единственными, а теперь вела себя точно так же. Полные самодовольства эмоции мужчины так и вовсе показались жутко обидными. Даже дёрнулась в его руках в попытке высвободиться из объятий, но хватка оборотня была слишком сильной. Рыкнула в бессильной злобе.

— Точно дура, — удручённо вздохнул Роман, отстранился немного, обхватил за подбородок, вынуждая смотреть ему в глаза, а затем продолжил с усмешкой: — Забыла, о чём я тебе говорил? — отпустил лицо, а его ладонь плавно сместилась ниже, лаская мою шею, стаскивая с плеч халат. — Или считаешь, что мои слова ничего не стоят? — дополнил мрачно.

Насупилась. Ощутила себя ребёнком, которого отчитывали за плохое поведение.

Можно подумать, мне нравилось, что не получалось контролировать себя в такие моменты.

Да меня до встречи с ним вообще сложно было вывести из себя! А он ещё и обзываться вздумал!

В итоге, поджала губы и промолчала, отвернувшись.

— Ну уж нет, сокровище моё, так не пойдёт, — постановил на такое моё поведение альфа.

Халат окончательно соскользнул с меня на пол, а мужчина подхватил на руки, направившись к тому самому креслу, на котором доводилось бывать вместе. Уселся сам и устроил меня у себя на коленях, придвинув ближе столик с принесённым ужином. Я же продолжала молчать. Понимала, что веду себя как маленькая, но обида не отпускала.

— Открой ротик, принцесса, — пробормотал негромко Роман.

Взял с тарелки кусочек индейки и поднёс к моим губам. Хотела сперва отказаться, но голод оказался сильнее, поэтому послушно выполнила веление. И не раз.

— Не стоит расстраиваться из-за какой-то ерунды, — вернулся к прежней теме оборотень, как только тарелка с индейкой опустела. — Я же здесь. С тобой, — подался вперёд, прижался губами к моему виску в подобии поцелуя.

Вздохнула и повернулась к нему, усаживаясь лицом к лицу.

— А чего ты с ними там любезничал? — нисколько не прониклась я его словами. — Нас с волчицей и без того обеих ужасно раздражает, если ты даже упоминаешь о других женщинах, а уж когда они рядом с тобой… А ты ещё и улыбки расточаешь! — рыкнула, чувствуя, как поутихшая ярость вновь начала набирать обороты. — А-а! Бесишь меня опять!

Ударила кулаком по его плечу, изливая таким образом на него свои эмоции. Запястье тут же оказалось перехвачено и демонстративно медленно поднесено к губам альфы.

— У тебя очень бурная фантазия, — пробормотал он, целуя внешнюю сторону ладони. — И она не всегда совпадает с реальностью, — дополнил с лёгкой ухмылкой. — Но, если тебя это успокоит, могу сказать, что с завтрашнего вечера на ближайшие несколько месяцев ни одной живой души, кроме тебя, рядом со мной не будет. Соответственно, больше и ситуаций подобных не возникнет, ревнивица моя, — свободная ладонь скользнула с моей поясницы на внутреннюю сторону бедра, нежно поглаживая. — Дыши глубже, принцесса. Не думай о других. Только о нас с тобой… — возбуждённая мужская плоть, упирающаяся мне в живот, вполне красноречиво обозначала дальнейшие намерения оборотня.

— Почему это только с завтрашнего и на ближайшие несколько месяцев? — возмутилась снова, стараясь не думать о том, что от очередной порции наслаждения меня отделяло лишь одно движение.

— Потому что самолёт — утром, а в полете придётся провести несколько часов, — отозвался Роман, приподнимая меня за бёдра, и придвинул ближе. — На счёт остального… — резко опустил, насаживая на себя. — Если хочешь, можно вообще не возвращаться, — добавил малоразборчиво, плотоядно облизнувшись. — Так даже лучше, — перехватил удобнее, заново толкнувшись.

Какого ответа он от меня ожидал в такой ситуации?

Да у меня все мысли вылетели из головы в одночасье. Осталась одна потребность — ощущать, как мужчина вновь и вновь приподнимает и опускает на себя, входит немного грубо и так глубоко, что получалось только стонать и умолять о большем. Я совершенно потерялась в закоулках нашего единения тел и эмоций. Казалось, что уже и не вернусь никогда в реальность. Да мне и не хотелось. Пусть бы так было всегда.

Наслаждение накрыло внезапно, словно лавиной погребло, выбив из лёгких весь кислород. Из груди вырвалось рычание, и я в последний момент едва удержала себя от того, чтобы поставить мужчине метку. Прикусила его плечо, замерев и не спеша разомкнуть зубы. Пришлось сделать пару вдохов-выдохов, прежде чем смогла хоть немного успокоиться и отстраниться. На смуглой коже остался кровавый след от моей выходки, который я поспешила тут же зализать.

— С каждым разом всё сложнее сдерживаться, — прошептала, скривившись.

Уткнулась носом ему в шею, вдохнула аромат дождя вперемешку с моим собственным черничным и нашей страстью.

— Как только окажемся на острове, больше не придётся, — пробормотал в ответ альфа, прижавшись губами к моему виску.

От такого заявления я напряглась и отстранилась, заглядывая в глаза Романа.

— Остров? Какой ещё остров? — опешила от его планов. — Я не могу, — покачала головой. — У меня учёба. Да и папа будет против.

Закусила губу, пытаясь унять хаотичный поток мыслей, пока предательское воображение вовсю рисовало совместных отдых с моим волком.

— Какой именно остров, скоро сама увидишь, — уселся прямее, вместе с тем и усаживая меня. — Что касается остального: мне откровенно плевать, — помолчал немного, добавив совсем уж мрачно: — Тем более, на мнение альфы клана белых волков.

Ладонь, касающаяся моей поясницы, сжалась в кулак.

— Я так не могу, Ром, — вздохнула грустно. — Может тебе и всё равно, но мне — нет. Папа и так против нашего даже общения, а если я ещё и улечу куда-то с