Чужая мама - Николь Келлер

Я всегда мечтала о большой семье, о том, что буду хорошей мамой, буду любить и баловать своих деток, а они будут отвечать мне взаимностью. Можно сказать, что стать матерью — моя личная цель номер один в жизни.

У нас с Димой стало традицией перед сном лежать в постели и гадать, кто у нас будет: мальчик или девочка. Он гладит мой живот, постоянно приговаривая:

— Папа тут, малыш, рядом. Знай это. Я не дам вас с мамой в обиду.

И так всегда и засыпает — с рукой на моем еще плоском животе.

Надо отметить, что мой муж с пониманием отнесся к сопутствующим беременности факторам: токсикозу и постоянной сонливости. А еще мой врач запретила нам заниматься любовью до конца первого семестра.

— Ничего страшного, любимая, — понимающе произносит Дима, когда я сообщаю ему эту печальную новость. — Ради здоровья малыша можно и потерпеть. Это же не навсегда.

И вот в такие моменты я понимаю, что люблю его еще больше и крепче. Наверно, как никто не любит во Вселенной.

Мы оба с нетерпением ждем первое УЗИ, зачеркивая дни в нашем «семейном» календарике на холодильнике. И вот это день настал.

Разумеется, Дима идет со мной. Это даже не обсуждалось, да и он сам изъявил желание пойти.

— Я же тоже мечтаю побыстрее познакомиться с малышом. Тебе проще: ты все равно будешь знать его на целых девять месяцев больше. А я только с твоих слов и вот таких кратковременных свиданий, — заявляет муж в один из вечеров, обнимая меня двумя руками.

И вот мы сидим в клинике и ждем своей очереди. Я хватаю мужа крепко за ладонь и со всей силы сжимаю ее.

— Что случилось? Что-то болит? — тут же обеспокоенно реагирует Дима, с тревогой заглядывая мне в глаза.

— Нет-нет, все нормально. Просто мне очень страшно. Я боюсь, — шепотом делюсь, еще сильнее прижимаясь к мужу.

— Для начала перестань волноваться. Это очень вредно для тебя и для малыша. Он же все чувствует, мы же читали с тобой вместе, помнишь? И чего ты боишься?

— А вдруг что-то будет не так? — и стоит мне произнести эти слова вслух, как паника захлестывает меня еще сильнее. — Просто на работе столько всего рассказывали…

— Вера, ты как будто и не врач! Побольше слушай любительниц почесать языком! Все у нашего сына будет хорошо! Вот увидишь! Мы еще вместе потом будем смеяться над твоими страхами! — уверенно заявляет Дима, чем вызывает мою улыбку.

— А если будет девочка? — смотрю в глаза мужу, а сама боюсь услышать ответ. Вдруг он будет не рад? Хотя я головой понимаю, что выбрать пол невозможно, и он зависит исключительно от мужчины, но, как истинная женщина, все равно заморачиваюсь по этому поводу.

— Значит, будет девочка! И я буду любить ее не меньше, чем мальчика. Вера, неважно, какого пола будет ребенок. Главное, что он будет наш и будет здоров. А все остальное мы ему обеспечим.

Только я хочу в очередной раз выразить свои чувства и сказать мужу, как сильно его люблю, как распахивается дверь, и нас приглашают в кабинет.

— Так, родители. Сначала я все внимательно посмотрю, продиктую данные медсестре, а потом мы будем знакомиться с малышом, и я отвечу на все ваши вопросы.

Я невероятно волнуюсь, мои ладони потеют и хочется почему-то зажмуриться. Но как только на монитор выводится картинка малыша, губы сами растягиваются в счастливой улыбке, а на глазах выступают слезы. Слезы счастья.

Перевожу взгляд на Диму и вижу на его лице такую же довольную и широкую улыбку.

— Пол говорить? — уточняет доктор, водя датчиком по животу.

— Конечно! — хором отвечаем мы с Димой.

— Поздравляю, у вас мальчик.

Я все же не выдерживаю и плачу, а муж как-то выпрямляется, приосанивается. Гордится.

— С малышом все хорошо, на настоящий момент каких-либо пороков развития я не наблюдаю, — заключает врач. — Продолжайте наблюдаться у своего доктора, никаких стрессов и побольше витаминов. И все будет хорошо.

И, действительно, беременность протекает, как по маслу: никаких проблем, токсикоз давно отступил и забыт, я берегу себя, радуюсь каждому дню и жду появления на свет нашего мальчика, наводя вокруг уют и красоту. Я потихоньку закупаюсь «приданым» для мальчика, в красках представляя, как он будет выглядеть в той или иной одежке.

Где-то на половине срока малыш начинает толкаться, и мы с Димой умиляемся каждому его шевелению, болтая с ним или рассказывая сказки.

Наш мальчик рождается срок в срок без каких-либо осложнений и проблем.

— Все, как по книжке. Вы, мама, молодец, — заявляет мне врач, впервые прикладывая к груди моего мальчика.

Чувства, которые я испытываю, невозможно передать: это невероятное счастье и огромная, бесконечная, как Вселенная, любовь к своему ребенку.

— Добро пожаловать в этот мир, малыш, — шепчу ему, осторожно гладя по головке и смотря, как он старается, сося грудь. — Мы с папой тебя очень ждали.

Меня выписывают через положенное время, и я с чувством облегчения возвращаюсь домой. Несмотря на то, что я работаю в больнице, и у меня была платная палата, мне было неуютно, и я мечтала вернуться в свою милую квартирку.

Наверно потому, что мне тяжело было быть без Димы. Хотелось тепла, уюта и его таких сильных и согревающих объятий.

— Посмотри, а носик точно твой! А вот губы мои. Да-да, нижняя, кажется, даже оттопырена, как у меня. Я потом у мамы попрошу мои детские фотографии, поймешь, что Миша — моя копия! Спасибо, тебе, любимая за сына!

Вот так и потекли мои декретные будни. Не могу сказать, что мне легко: Миша спит всегда по-разному, ему не хватает постоянно мамы, и пришлось ему переехать в нашу кровать. Потому что я стала уставать настолько, что однажды заснула прямо за столом, за ужином.

Дима, он, конечно, помогал мне первое время, но потом ему стало все тяжелее и тяжелее не спать ночами, и я перестала просить его о помощи.

Полгода пролетели, как по щелчку пальцев. Я и сама не заметила, как Миша уже сидит и улыбается, демонстрируя нам два своих нижних зубика, которые, стоит отметить, достались нам с огромным трудом, капризами и мамиными бессонными ночами.

Буквально через неделю после полугодия Михаила я просыпаюсь от того, что малыш стонет во сне. Обнимаю его сквозь дрему, и сон тут же слетает с меня. Резко сажусь в постели, включаю ночник и нахожу в тумбочке градусник. И через несколько секунд в панике уже бужу мужа:

— Дима, проснись, у