Чужая мама - Николь Келлер

Я снова отвожу глаза, чтобы Руслан не увидел моих так не вовремя набежавших слез.

— Откуда ты знаешь? Она хоть и заметно подросла, но еще не умеет говорить.

— Это заметно по ее поведению, Вера. Последующие дни, после того, как мы встретились в супермаркете, Ангел очень много капризничала, была сама не своя. На это даже няня внимание обратила.

— И ты решил, что причиной такому детскому поведению стала я? Это же ребенок, может быть все, что угодно.

— Нет, Вера, я уверен, что прав.

Дальше мы едем в полнейшей тишине, каждый думая о своем. Когда мы подъезжаем к маминому дому, Руслан помогает мне выбраться из машины и следует за мной.

— Ты куда? — удивленно задаю наиглупейший вопрос.

— С тобой, — тут же уверенно летит безапелляционное.

— Зачем?

— Потому что, Вера, нам надо поговорить. Уже пора, ты так не думаешь? Все наши проблемы пошли из-за того, что мы вовремя не поговорили о самом главном. И этот ком все нарастал и нарастал.

— А разве это что-то изменит? — тихо спрашиваю и поднимаю на Руслана глаза, глядя на него с надеждой. — Ты — чужой мужчина, у тебя жена, ребенок. Мы не можем быть вместе…

— Вера, услышь меня! Я уже говорил и повторюсь еще раз: я развелся. Мой брак был фиктивным. И сейчас я свободен. Я бросил все в Москве и переехал в Питер, чтобы быть рядом с тобой. Чтобы мы были вместе. Ты нужна мне, Вера.

Когда Руслан заканчивает говорить, я уже отчаянно реву, не скрывая этого.

— Я же ненормальная. Со сдвигом. Я резала вены. Неужели я нужна тебе такая: неуравновешенная и с тараканами в голове? — произношу, а сама не свожу взгляда, считывая каждую эмоцию с лица Руслана. Чтобы сразу заметить и понять, если он врет.

— Ты мне нужна такая, какая есть. Может, я полюбил тебя за этих тараканов? Они придают тебе изюминку, — Руслан притягивает меня в свои объятия, целует в макушку и произносит уже серьезно. — Я догадываюсь, что в твоей жизни произошло что-то серьезное, наверно, даже трагичное. И я хочу, чтобы ты мне доверилась и все рассказала, как есть. Пришла пора поговорить начистоту.

— Это будет очень долгий рассказ, — тяжело вздыхаю, внутренне вся трясясь от ужаса. А что, если услышав мою историю, Руслан просто сбежит?.. Но в одном он действительно прав: пришла пора все рассказать. Потому что я просто больше не могу нести этот крест одна. Мне жизненно необходимо, чтобы кто-нибудь помог. Иначе моя собственная трагедия навсегда меня похоронит.

— А мы разве куда-то торопимся?

Качаю головой и открываю подъездную дверь, заходя внутрь. Все время до квартиры мы едем молча, а меня не покидает ощущение, что я упускаю что-то важное, ценное. Я, кажется, ловлю эту мысль за хвост, но она все время от меня ускользает.

— Вера, все в порядке? — раздается рядом встревоженный голос Руслана, когда я останавливаюсь перед дверью маминой квартиры и просто смотрю перед собой. Он окончательно прогнал эту важную мысль, и я мотаю головой, чтобы окончательно избавиться от дурмана

— Да, извини, задумалась. Проходи.

На кухне завариваю нам кофе и сажусь напротив Руслана, вцепляясь двумя руками в кружку и не поднимая взгляда.

— Тяжело? — участливо интересуется мужчина, но меня не касается. Словно чувствует, что мне необходимо собраться с мыслями.

— Ты даже не представляешь, насколько.

Неожиданно Руслан встает, подходит к кухонному шкафчику и достает оттуда бутылку коньяка, которую мама всегда держит на случай неожиданных гостей. Надо же, даже это запомнил…

— Думаю, тебе это понадобится. Где у вас рюмки?

Качаю головой, грустно улыбаясь.

— Алкоголь мне не поможет. Он меня давно не берет. Иначе бы все было так просто.

Руслан возвращается на свое место, сцепляет ладони в замок и переводит взгляд в окно. Видно, что он собирается с мыслями и хочет что-то спросить. На девяносто процентов уверена, что вопрос для меня будет неудобным. Но мы же договорились быть честными.

— Спрашивай.

— Ты беременна? — выпаливает он и в упор смотрит на меня. Как будто по глазам можно прочесть, говорю я правду или вру.

— Да.

— Я хочу, чтобы ты знала, что твой ребенок — это и мой ребенок. Отец не тот, кто зачал, а тот, кто воспитал. Кажется, так люди говорят. И я понял до конца эту фразу только совсем недавно…

— Руслан, это твой ребенок, — прерываю его, а меня с головой заливает какими-то невероятными, теплыми чувствами к этому мужчине. Я никогда раньше такого не испытывала, поэтому мне сложно дать им определение. Возможно, это и есть любовь…

Мужчина замирает на несколько бесконечно долгих секунд, а потом его губы растягиваются в широкую счастливую улыбку.

— Верочка…

Но я вынуждена самым жестоким образом спустить его с небес на землю.

— Я не уверена, что смогу сохранить этого ребенка.

— Почему?! — тут же хмурится Руслан. — Я могу быть еще более лучшим отцом, чем ты думаешь… Или если у тебя проблемы со здоровьем, то клиника — это не проблема…

— Дело совсем не в тебе, а во мне.

— Объясни, наконец!

— Хорошо, но предупреждаю, история очень длинная, и мне придется начать с самого начала.

— Внимательно тебя слушаю.

Прикрываю глаза и переношусь в прошлое на несколько лет назад, где я — беззаботная студентка последних курсов медицинского университета, которая даже не подозревает, какой ад ее ждет впереди…

Глава 40

Вера

— Вера, смотри, тот парень весь вечер не сводит с тебя глаз, — шепчет Настя, пихая меня в бок локтем.

Я нахожусь на этом празднике жизни по случаю окончания пятого курса медицинского университета вот уже третий час и до сих пор понять не могу, что я тут делаю и почему не ухожу.

— Тебе кажется, — бурчу, отворачиваюсь и отпиваю сока.

— Да нет же! — не унимается подруга. — Дима смотрит именно на тебя! Ни на кого больше внимания не обращает.

— А ты, похоже, с него глаз не сводишь, — усмехаюсь, глядя, как насупливается Настя. — Подошла бы и познакомилась, раз так нравится.

Я специально подтруниваю над подругой, зная, что она никогда не сделает этого, потому что который год безнадежно влюблена в нашего одногруппника.

— Ой, кажется, он идет сюда! — испуганно и взволнованно бормочет Настя, и я скашиваю глаза в сторону, чтобы убедиться, что подруга права.

Красавчик действительно направляется в нашу сторону. И действительно смотрит на меня в упор.

— Привет, скучаешь? — раздается приятный баритон, который скорее не спрашивает, а утверждает.

На самом деле рядом со мной парень довольно приятной