Мой друг - домовой (Дилогия) - Гектор Шульц

В кресле сидел домовой. Закутанный в одеяло и с опухшими глазами. Рядом стоял бидон с кофе и пять кружек.

- Наф, ты спать не ложился? – игриво спросил я.

- Неа. Ляжешь тут, когда привидения летают, – тихо пробурчал Нафаня. Я в ответ включил ноутбук и запустил запись своего голоса. Только без фильтров. Когда запись закончилась, я увидел, как Нафаня превращается из обычного домового в толстого лори.

- Никогда тебе этого не прощу, – выдал домовенок, мотая головой.

- Мы квиты, дух, – захохотал я. – Теперь мы квиты. И впредь думай, прежде чем будить меня из-за всякой чепухи.

Конечно, дух лукавил. Он любил хорошие розыгрыши, которые были словно бальзам на душу. Как любил и я.

Глава двадцать третья. Весна за городом.

Свершилось. После ужасного спора между двумя домовыми и двумя представителями прогрессивного человечества было решено ехать на дачу.

Глаза моей девушки лучились самым настоящим счастьем, как и мои. Еще бы! Целых два дня мы проведем на даче вдвоем. Почти вдвоем. Нафаня и Чуча, несмотря на свою паранормальную лень, решили ехать с нами. Признаюсь, я был даже рад. Кто его знает, что мог учудить домовой, оставшийся дома. Я надолго запомнил его проделки с самогоном и вареной сгущенкой, повторения которых мне категорически не хотелось. И вот наша маленькая банда была готова ехать на заслуженный отдых.

Утро субботы было самым обычным. Почти обычным. Разгорелся спор домовых о том, что же брать с собой из провизии. Аля логично рассудила, что раз духи едут с нами, то за продукты отвечают тоже они. И тут, как обычно бывает, произошел конфликт интересов.

- А я тебе говорю, бисова ты баба, что нужно брать водочку холодненькую, да огурчиков малосольных, – натужно ревел Нафаня, грозя кулаком под носом невозмутимой Чучи. Домовиха сцепив губы, отрицательно мотала головой.

- Это вы с барином своим можете так питаться круглосуточно. А моей девоньке нужны вкусные булочки, да сырок французский, – категорично отвергла предложение Нафани, домовиха. В который раз.

- Ишь ты! Басурмане проклятые, – прошипел Наф и, обернувшись ко мне, спросил. – Барин, а может ну их, баб-то? Пусть дома сидят да носки вяжут. А мы с тобой, как в старые времена, баньку истопим, пива попьем холодного. М?

- Ох, змей, кончай концерт, – попросил я уставшим голосом. – Девочки едут с нами. И точка. Чуча по сравнению с тобой, просто ангел. Она не надирается в хлам, не поет дурным голосом немецкий рок, и не раскидывает бычки по всей квартире.

Чуча от моей похвалы зарделась, как маков цвет и в припадке нежности запечатлела на моей щеке влажный поцелуй, чем повергла в ступор, вошедшую в комнату, Алину.

- Да у вас тут сплошное веселье, – улыбнулась девушка, беря меня за руку. – Милый, я готова. Осталось только еду сложить в машину.

- А еда не готова, – махнул я рукой. – Два демона из преисподней еще не решили, кого они хотят на ужин из грешников.

- Дурак ты, барин, – сплюнул Нафаня, напяливая на себя любимую майку с Фишером. – Я же домовенок, а не бес тебе какой-то поиметый.

- Так. Собирайте быстро еду в сумки! – скомандовал я, пресекая новый спор. – Нас ждет отдых!

- Ура!! – хором откликнулась разношерстная компания и бросилась грабить холодильник.

Адик резво несся по шоссе за город. Проезжающие навстречу редкие машины моргали фарами, предупреждая о тролле под мостом, что сдирает с несчастных путников плату. Так и было. Чуть поодаль стояла патрульная машина и розовощекий инспектор, махнув палочкой, пригласил нас на обочину. Я послушно притормозил и, обернувшись к двум скулящим домовым позади, пригрозил кулаком и яростным шепотом, чтобы они вели себя благоразумно.

Открыв окно машины, я улыбнулся инспектору.

- Лейтенант Линьков, – козырнул представитель власти. – Ваши документы, пожалуйста.

- Что-то случилось? – я протянул ему свои права и ненавязчиво задал вопрос.

- Пока ничего. А что-то должно случиться? – внимательно осмотрел меня инспектор и, наклонившись, улыбнулся сидящей рядом Але. – Куда направляетесь?

- Дача. На выходные, – буркнул я, стараясь своим голосом заглушить возню домовых сзади.

- Да, дача - это хорошо, – рассеяно ответил инспектор. – Багажничек откройте.

Я выбрался на свет божий. Свет божий был крайне ярок, и я ненадолго ослеп. Затем обойдя машину, открыл багажник и предоставил полицейскому самому все осмотреть. Внутри же не было ничего интересного, кроме двух сумок с продуктами и пакетом с вещами. Только на одной сумке сидел Нафаня и корчил рожи инспектору. Тот побледнел и повернул ошарашенное лицо ко мне.

- Это кто?

- Вы о ком? – я прикинулся дурачком, в уме придумывая для Нафани сотни новых пыток.

- Это, – толстый палец полицейского уставился прямиком в Нафаню. – Вы его видите?

- Простите, но что я должен увидеть? – я натурально изобразил испуг с удивлением. Патрульный замахал руками, подзывая своего напарника.

- Лейтенант Вагитов, – представилось новое лицо и повернулось к своему коллеге. – Что случилось?

- Валя, ты видишь это? – трясущимися губами произнес первый, вновь указывая на Нафаню. Дух принялся стонать и кататься по вместительному багажнику немца.

- Нет, а что я должен увидеть? Сумки? – ответил удивленный Валя.

- Там черт сидит! И хохочет! – мне было искренне жаль инспектора, но я не мог подтвердить его слова. Лейтенант почесал вспотевший лоб, переводя взгляд на багажник, затем на своего напарника и на меня. Я покачал головой, что ничего не вижу.

- Антон, ты это. Может, перегрелся? – заботливо спросил Валентин, трогая коллегу за плечо.

- Неа, он просто с ума сходит, – заржал Нафаня. – Ну, что, Пузанчик. Будем тебя теперь на сковороде жарить?

- Оно говорит, – промямлил Антон, отходя от багажника. – Оно меня зажарить хочет.

- Кто говорит? – потерянный Валя, растерялся еще сильнее.

- Черт говорит. И ругается еще, – первый патрульный робко сделал шаг назад. – Нездоровое тут место, Валь. Нужно домой поехать.

- Никуда ты не поедешь! – рявкнула внезапно появившаяся в багажнике Чуча. – Мы твои потроха зажарим и съедим.

- Ой, божечки мои, – побледнел пуще прежнего инспектор. – Там и второй черт появился. В платье.

После этих слов, полицейский уселся прямо на дорогу и