Чарли Бон и Алый рыцарь - Дженни Ниммо

   — Ну что ж, если Вы так уверены. Но, пожалуйста, будьте осторожны.

   Доктор Солтуотер с тревогой наблюдал за тем, как Госпожа Кухарка поспешно собирает и укладывает вещи в сумку. А потом, махнув рукой на прощанье, она покинула помещение.

   Мужчина опустился в кресло и погладил старую собаку, лежавшую у его ног:

   — Мне это не нравится, Душка. Мне это ни капельки не нравится.

ГЛАВА  9

ФАЛЬШИВАЯ  КРЕСТНАЯ

   Кухарка Дара прекрасно знала, что сегодня ночью ее очередь нести дежурство. Она должна была приготовить еду для Блуров и их неприятных гостей. Лорд Гримвальд упоминал в разговоре с Манфредом рыбный пирог.

   — Ничего не поделаешь, пойду, обрадую Миссис Уидон. Сегодня ей придется подежурить за меня, — пробормотала себе под нос Дара, пробегая через Синюю столовую, — нужно быстрее поставить ее в известность.

   Женщина поспешила в Зеленую столовую, где Миссис Уидон обычно дремала у кухонной плиты или читала триллеры. Но сегодня ее нигде не было видно. Наконец Госпожа Кухарка нашла ее на заднем дворе за кухней, где жена Уидона кормила объедками зловещего вида пса.

   — Берта, ради бога, что здесь творится? — закричала Госпожа Кухарка, когда зверь оскалил зубы и бросился на нее, свирепо рыча.

   — Несчастный бродячий песик такой голодный, — вздохнула с умилением Миссис Уидон, — я его очень люблю и постоянно подкармливаю. Все равно приходится выбрасывать то, что остается от завтраков, обедов и ужинов. Так хоть что-то не пропадет зря.

   Госпожа Кухарка давно уже перестала удивляться тому, что Берта Уидон всегда выглядит такой угрюмой и сердитой. Она решила, что бедная женщина, вероятно, ничего не может с этим поделать. В конце концов, быть замужем за Мистером Уидоном само по себе подвиг  — врагу такого не пожелаешь.

   — Почему Вы оделись так, будто собрались на прогулку? Вы же должны быть на дежурстве, — с подозрением спросила Миссис Уидон, глядя на шерстяное пальто и шапку Дары.

   — Что поделать, на улице прохладно, пришлось одеться, хотя и не на прогулку, но, как Вы правильно заметили, я ухожу, так что дежурить и готовить ужин сегодня придется Вам, а еще один из гостей попросил приготовить пирог с рыбой.

   Миссис Уидон уперла руки в широкие бока, расправила могучие плечи и возмущенно топнула ногой:

   — Ну почему все время я? Нашли козла отпущения. И куда это Вы собрались на ночь глядя?

   — Навестить больную подругу. Кроме меня за ней некому ухаживать. Так что пока-пока, я должна бежать, — поглядывая на собаку, Госпожа Кухарка на всякий случай обошла ее стороной, хотя та теперь зарылась носом в миску с холодным рагу и с наслаждением предавалась чревоугодию.

   Не обращая внимания на возмущенные крики Миссис Уидон, Дара поднялась вверх по каменным ступеням, ведущим к дороге, и поспешила вниз на Главную улицу, а затем в старую часть города. Когда она, наконец, добралась до Соборной площади, то уже порядочно запыхалась и мечтала о чашечке горячего чая, но, подойдя к Книжному магазину, увидела нечто такое, что совершенно забыла про чай.

   Из магазина Мисс Инглдью вышли двое мужчин. Они с такой силой захлопнули за собой дверь, что колокольчик отчаянно зазвенел, а витражное стекло тревожно задребезжало и чудом не разбилось. Не похожие на обычных покупателей, незнакомцы производили довольно неприятное впечатление. Один был одет в белую майку и камуфляжные брюки, а другой — в черный спортивный костюм с капюшоном. К тому же они гадко над чем-то смеялись.

   Когда мужчины, негромко переговариваясь, проходили мимо, Госпожа Кухарка прижалась к стене, надеясь, что они ее не заметят. Но, к сожалению, здоровяк в майке обратил внимание на ярко-красную шапочку.

   — Ну что уставилась, бабуся?  — глумливо крикнул он, — желая еще больше напугать глупую старуху.

   У Госпожи Кухарки возникло желание ответить, что она слишком молода, чтобы быть бабушкой, и что он одет, как дешевый пижон, возомнивший себя мачо, который ходит по улицам полураздетым в морозную мартовскую ночь. Но от них шла такая явная агрессия, что женщина сочла за лучшее промолчать.

   Хулиганы устремились дальше, весело смеясь и болтая, и, в конце концов, свернули на мрачную улицу Пимини.

   — Как же я сразу не догадалась, — пробормотала Госпожа Кухарка, торопясь к Книжному магазину.

   Она подумала о своей подруге, Миссис Кэттл, живущей на улице темных чародеев и ведьм а, возможно, и кого похуже. Миссис Кэттл была единственным человеком, заслуживающим доверия в этой обители зла и коварства.

    Когда Дара добралась до Книжного магазина, она обнаружила, что вывеска «Закрыто» сорвана, а заглянув в окно, с ужасом увидела сцену полного разорения. На полу как попало валялись груды ценных книг. Два стеллажа рухнули, у лестницы, по которой можно было добраться до самых верхних полок, не хватало ступенек, а кассовый аппарат лежал перевернутый на бок.

   Мисс Инглдью стояла, прислонившись к прилавку, закрывая лицо руками и вздрагивая всем телом, а ее племянница, Эмма, опустившись на колени, разглаживала на полу страницы большой книги в кожаном переплете.

   Дара позвонила в колокольчик, а затем стала отчанно стучать в дверь, привлекая к себе внимание:

   — Джулия! Джулия, открой мне.

   Мисс Инглдью убрала руки от залитого слезами лица, и устало поднялась по ступенькам к двери, отпирая ее дрожащими пальцами.

   — Моя дорогая!  — обняла ее Госпожа Кухарка, входя внутрь, — что от тебя хотели эти вандалы?

   — Я даже не знаю, с чего начать, — всхлипнула Мисс Инглдью. Она закрыла дверь на ключ, задвинула засовы, а затем последовала за Дарой вниз в магазин.

   В этот момент, отодвинув занавеску, из задней комнаты появилась Оливия Карусел. Она несла поднос с тремя большими дымящимися кружками какао и тарелкой овсяного печенья.

   — Добрый вечер, Госпожа Кухарка, — жизнерадостно сказала девочка, желая поднять всем настроение, — хотите выпить горячего шоколада? Это не займет много времени.

   — Было бы неплохо, дорогая, — промолвила Дара, оглядывая магазин с все больше возрастающим ужасом при виде размера учиненного разгрома.

   Оливия поставила поднос на прилавок и скрылась за занавеской со словами:

   — Не переживайте, все будет хорошо.

   —