В начале жизни школу помню я… Размышления об учителях и учительстве - Евгений Александрович Ямбург
Сирень осенняя, нагая…
Цвейг верил в общечеловеческую солидарность. Пути, что могут привести к общечеловеческому единству, которые провидел Цвейг, кажутся нереальными, сказочными. Но поэтам надо верить, потому что они – провидцы, способные через деталь прозревать будущее. Они сами этого и не скрывают, заявляя об этом прямо, не принимая напыщенную позу избранников, мистически посвященных в таинства.
Поэтому я предлагаю читателям поэтический эпилог книги, где представлены стихи поэтов разных поколений, утверждавших высшую правоту поэта.
Поэтический эпилог
Борис Слуцкий
Все правила – неправильны,
Законы – незаконны,
Пока в стихи не вправлены
И в ямбы – не закованы.
Период станет эрой.
Столетье – веком будет,
Когда его поэмой
Прославят и рассудят.
Пока на лист не ляжет
«Добро!» поэта,
Пока поэт не скажет,
Что он – за это,
До этих пор – не кончен спор.
Юрий Визбор
Не сотвори себе кумира
Из невеликих мелочей —
Из обстановки и квартиры,
Из посещения врачей,
Из воскресенья и субботы,
Из размышлений о судьбе.
В конце концов, не в наши годы
Унынье позволять себе.
Не сотвори себе кумира,
Ведя житейские бои,
Из неизбежных и унылых
Подсчетов прибылей своих.
И может, ты прошел полмира
В исканьях счастья своего —
Не сотвори себе кумира
Ни из себя, ни из него.
Не сотвори себе кумира
Из памяти своей земли,
Из тех бойцов и командиров,
Что до победы не дошли.
Из истин – выбери простые,
Что не подвластны временам,
И сотвори себе Россию,
Как сотворила нас она!
Юрий Марковцев
За недостатки и достоинства,
Что в нас – нас выбрали пути.
Желаем мы иль нет – всё сложится
Так, как должно произойти.
Но то лишь, что себе избрали,
Мы в нас – нам станет естеством.
И ни к чему – лентяям дали,
Бродяге скучен – тесен теплый дом.
Лишь тем стать при любых раскладах,
Нам что в себе – создать смогли.
В нем будем тлей, героем, или гадом,
Иль солью, или – грязью для Земли.
Нас выбирает Путь по меркам нашим,
По нашей – ценности шкале.
Мы выбрав легкое – себя же и накажем,
Боясь ослепнуть – путь пройдем во мгле.
Нам не уйти от нас, но себя можем,
Мы изменить, и тем изменим судьбы ход.
Не зря сказали: «Смелым Бог поможет!»
Ведь смелость вправду – города берёт!!!
О поэтах пока всё. Но ведь книга посвящена школе. А школа – явление атмосферное. Лицеисты упоенно вспоминали свою школу именно благодаря слоившейся там атмосфере лицейского братства. Именно дух лицея почувствовал и воспел поэт и музыкант Юлий Ким.
На пороге наших дней
Неизменно мы встречаем,
Узнаем и обнимаем
Наших истинных друзей.
Здравствуй, время гордых планов,
Пылких клятв и жарких встреч!
Свято дружеское пламя
Да не просто уберечь…
Вот бы жить, как в оны дни,
Вот бы жить легко и смело,
Не высчитывать предела
Для бесстрашья и любви.
И, подобно лицеистам,
Пообщаться у огня
В октябре багрянолистном
Девятнадцатого дня.
Но судьба свое возьмет,
По-ямщицки лихо свистнет,
Всё по-своему расчислит —
Не узнаешь наперед.
Грянет бешеная вьюга,
Захохочет серый мрак.
И спасти захочешь друга
Да не выдумаешь как,
Да не выдумаешь как.
На пороге наших дней,
В перепутье нашей жизни,
Ты – наш друг, ты – наш учитель
Славный пушкинский лицей.
Под твоей бессмертной сенью
Научиться бы вполне
Безоглядному веселью,
Бескорыстному доверью,
Вольнодумной глубине.
Лицей наш друг и учитель потому, что его дух не исчез с уходом из жизни лицеистов, а распространился на два столетия вперед, вплоть до наших дней. Что же касается желания спасти друга, казалось бы, в безвыходных обстоятельствах, то лицеисты неизменно приходили друг другу на помощь. Пущин не побоялся посетить в ссылке опального Пушкина, а сам поэт написал послание в Сибирь «Во глубине сибирских руд храните гордое терпенье…». Об этом читаем у Булата Окуджавы.
Еще он не сшит, твой наряд подвенечный,
И хор в нашу честь не споет…
А время торопит – возница беспечный, —
И просятся кони в полет.
Ах, только бы тройка не сбилась бы с круга.
Бубенчик не смолк под дугой!
Две вечных подруги – любовь и разлука —
Не ходят одна без другой.
Мы сами раскрыли ворота, мы сами
Счастливую тройку впрягли,
И вот уже что-то сияет пред нами,
Но что-то погасло вдали.
Святая наука – расслышать друг друга
Сквозь ветер, на все времена!
Две странницы вечных – любовь и разлука —
Поделятся с нами сполна.
Чем дольше живем мы, тем годы короче,
Тем слаще друзей голоса.
Ах, только б не смолк под дугой колокольчик,
Глаза бы глядели в глаза!
То берег, то море, то солнце, то вьюга,
То ласточки, то воронье…
Две вечных дороги – любовь и разлука —
Проходят сквозь сердце мое…
Все эти факты общеизвестны, но мы забываем их сопоставить. Бескорыстное доверие и вольнодумная глубина до сих пор служат для нас ориентирами, своего рода нравственным компасом.
«Кому ж из нас под старость в день лицея торжествовать придется одному?» – задается вопросом А. С. Пушкин. Последним в одиночестве отмечал этот день выдающийся русский дипломат, канцлер, практически второе лицо в
