Алиса в Стране Идей. Как жить? - Роже-Поль Друа
– Ты сейчас наблюдаешь ход истории. Течения идей встречаются, сталкиваются, преобразуются. Мы следуем указаниям Белой Королевы, чтобы ты поняла, как возник знакомый тебе мир, тот самый, который тебя волнует. До сих пор ты бывала только в древних областях Страны Идей. И увидела самые основы, фундамент. Но в те давние времена земли, где идеи разрабатывались, никак между собой не общались. Все развивалось медленно. У тебя сложилось ощущение, что тот мир хоть и впечатляет, но стоит на месте, а главное, слишком от нас далек. Теперь у нас с Кенгуру и Мышами задача сводить тебя за кулисы современности. Ты увидишь, как Страна Идей меняется и приходит к тому, что тебя так волнует.
– И зачем? С какой целью?
– Чтобы удовлетворить твой запрос, дорогая! Ты хочешь понять, как нужно жить сегодня. Ты встревожена, озадачена, и тебе не терпится все узнать. Мы хотим помочь тебе понять, каким образом этот пугающий тебя мир стал таким. Когда сама увидишь, откуда все взялось, будешь лучше подготовлена к поиску ответов.
– А блокнот с цитатами и дневник можно с собой взять?
– Разумеется, и я советую пользоваться ими как можно чаще!
– Если мне будет не по себе, я смогу уйти?
– Обещаю! И торжественно повторяю: если захочешь покинуть Страну Идей, только скажи – и уйдешь! Не будь я твоей Феей!
Алиса чувствует себя уверенней. Она готова рискнуть. Пролететь над поворотами истории – мысль даже заманчивая. Тем более если это ради того, чтобы правильнее поступать в настоящем. К тому же она всегда сможет уйти.
Стекло, скрывающее мордашку Кенгуру, чуть запотело. У него навернулись слезы при мысли, что его обожаемая Алиса покинет Страну Идей.
– Внимание! – продолжает Фея. – Последняя новость, Алиса. С этой минуты ты чаще всего будешь путешествовать одна. Если вдруг потребуется, мы придем на помощь. Но ты уже достаточно знаешь, чтобы справляться самой. А после мы обсудим все, что вызвало вопросы, удивило, впечатлило, и твои эмоции на этот счет.
Алиса готова ко всему. Ей уже не терпится.
– Куда я отправлюсь сначала?
– Это сюрприз! – отвечает Фея.
Глава 21. Убийство Гипатии, женщины-философа, в 415 году нашей эры
“Ну и толпа!” – думает Алиса. Такого она еще не видела. По широкому проспекту, пересекающему город насквозь, медленно плетутся телеги. Часто им приходится останавливаться, пропустить всадников или компании пеших. Людей столько, что непонятно, откуда они берутся. Очевидно, отовсюду. В этой толчее встречаются купцы и священники, богачи и бедняки, греки и евреи, египтяне и эфиопы, философы и ученые.
У подножия тянущегося вдоль проспекта храма женщины, дети и несколько стариков продают фрукты, масло, финики. Стоит зной. Ни ветерка. Над проспектом поднимается и рассеивается по окрестностям мельчайшая пыль. Улицы пересекаются исключительно под прямым углом. План города похож на плитку. “Как в Нью-Йорке”, – думает Алиса, заметив эту особенность. Время от времени на каком-нибудь перекрестке вспыхивает потасовка. Достаточно толчка, взбрыкнувшей лошади, неустойчивой повозки – и вот уже назревает стычка.
Перед прибытием Алиса пробежала глазами карточку, которую Кенгуру сунул ей в рюкзак. Она теперь знает, что Александрия – огромный город, один из самых крупных в древней истории и величайший в греческом регионе. Говорят, здесь четыре тысячи дворцов, четыреста театров, несколько сотен тысяч жителей. Она находится в Египте, в западной части дельты Нила, а основал ее Александр Македонский в 331 году до Рождества Христова.
“Тот самый, которому Диоген сказал: «Не заслоняй мне солнце»!” – вспомнила Алиса, читая карточку. Действительно, город очень старый.
“Перед приземлением я слышала, что окажусь в 415 году нашей эры. Выходит… 331 плюс 415 – город растет уже семьсот сорок пять лет! – подсчитывает Алиса. – Семь с половиной веков…” Ей никогда не приходило в голову, что Античность длилась так долго, что в ней было много непохожих друг на друга столетий. И она никогда не видела вживую, как настолько противоположные культуры встречаются, завершая ее и уступая место чему-то совсем другому.
Карточка от Кенгуру уточняет:
Александрия лучше всего воплощает пересечение различных народов и знаний. Так как это порт первой величины, здесь сходятся купцы из многих стран. Высятся храмы разных религий. Тут и там цветут учения многочисленных философских школ. Александрия – крупнейший центр интеллектуальной жизни. В здешней библиотеке хранится около семисот тысяч томов. Во всем мире нет более обширной.
Алиса впечатлена: “Семьсот тысяч томов!” Она осознаёт, насколько безграничны древние знания и как много разных верований уживается в Александрии. Гуляя с самого утра по разным ее районам, она видела и синагоги, и храмы Зевса, Аполлона, Афродиты, и христианские церкви. “Как такие разные идеи могут сосуществовать?”
Александрия начала нашей эры по праву считается образцовым городом. Язычники, евреи, христиане живут здесь все вместе – не всегда в мире, но и не в постоянной вражде, скорее в шатком, напряженном равновесии.
Алиса, как и почти все, склонна думать, что если люди ладят между собой, то эта гармония долговечна и гарантирует мирную жизнь; и наоборот: если есть разногласия, то постоянное напряжение порождает ссоры. Но это слишком примитивный взгляд. В действительности все куда запутаннее. Потому что обе грани постоянно сосуществуют. Царит покой, но его нет-нет да и прервет краткая вспышка насилия, внезапный приступ варварства. Не бывает ничего полностью белого или черного. Скорее, все в крапинку. Так почти везде, и в первую очередь тут, в толчее Александрии.
Алиса замечает на углу несколько десятков неподвижно стоящих людей. Здесь есть все: крестьяне, торговцы вразнос, знать – и все молча слушают женщину в белых одеждах. Она говорит уверенно, выражение лица мягкое, но серьезное, улыбка благожелательная. По-видимому, она подбирает простые слова, потому что люди слушают, не отрываясь. Многие кивают. Алиса подходит, проверяет, работают ли наушники-переводчик, и протискивается в первый ряд.
– Так что же может философия? – обращается женщина к завороженным слушателям. – Такой вопрос задал мне вот этот почтенный сапожник. Наконец я могу ответить ему и всем вам. Философия помогает развить божественную часть нас самих. Тело свое презирать не стоит, однако оно – животное, а потому вторично. Как показал Платон, а за ним Аристотель, а после и наш учитель Плотин, главное – это та часть нашей души, что напрямую связана с божественным. Именно она должна повелевать, направлять нас. И эта божественная часть позволяет нам не только знать, но и поступать верно. Позволяет достичь истины – и в математике, и в моральных
