Иран и его соседи в XX веке - Алекс Каплан

Палестину с трудом отправили 3 тысячи, остальных не собрали, не пустили, разогнали. Куда более грозной военной силой оказалась другая добровольческая арабская армия, прибывшая в Палестину с юга, из Египта. Она называлась Армия джихада и была, по сути своей, личной армией клана Хусейни, во главе которого опять стоял бывший муфтий Иерусалима. Муфтий, всю войну проработавший в Берлине на гитлеровскую пропаганду, в 1946 году материализовался при дворе египетского короля-повесы Фарука, где принялся опять за старое, за пропаганду. Глупый египетский король, собиравший после войны по всему миру всякое политическое отребье на всякий политический случай, не совсем понял, кого он пригрел в лице бывшего муфтия, чем, вероятно, нарушил планы ключевых участников событий 1948 года. У муфтия была собственная, совершенно оголтелая палестинская повестка, он ни с кем не считался, ничьи интересы его не интересовали. Значительная часть кровопролития, особенно в районе Иерусалима, это, вероятно, дело его рук, сломанные многие планы израильтян, короля Трансиордании и англичан, без всякого сомнения, также дело его рук. Командовать Армией джихада муфтий отправил своего племянника. Тот прибыл в окрестности Иерусалима с сотней подготовленных командиров. Вскоре под его командованием было уже 50 тысяч человек. Правда, все эти солдаты джихада представляли собой в основном деревенское ополчение, которое дальше околицы собственного села воевать отказывалось. Командованию джихадистов с большим трудом удалось собрать мобильные силы, такие, которые готовы были ездить воевать в Палестину, несколько тысяч человек.

Бойцы Арабской освободительной армии.

Первое крупное сражение Арабо-израильской войны 1947–1949 гг. развернулось в феврале 1948 года за Иерусалим. Главной ударной силой с арабской стороны выступала Армия джихада бывшего муфтия Иерусалима Хусейни. Сионисты к этому времени уже завершали формирование регулярной еврейской армии, через несколько месяцев она получит название ЦАХАЛ (Армия обороны Израиля). План Хусейни был простым – отрезать Иерусалим от еврейской территории, а затем его захватить. Ведь это он, Хадж Амин аль-Хусейни, великий муфтий Иерусалима, восстановил великую мусульманскую святыню мечеть Аль-Аксу – и вообще святой для ислама Иерусалим был делом его рук в конце 20-х – начале 30-х гг. 20-го века. Кому как не великому бывшему муфтию было вернуть Святой город в лоно мусульман и вернуть себе, одновременно с этим, свою бывшую должность, статус и власть. В феврале 1948 года аль-Хусейни обладал в Палестине среди арабов самой большой, вероятно, военной силой и самым большим, вероятно, влиянием, которое на силе этой и основывалось. За ним стояли все палестинские исламские фундаменталисты. Старейший в мусульманском мире университет и духовный центр Аль-Азхар в Каире издал фетву (решение), в котором объявил евреям джихад еще 2 декабря 1947 года. Таким образом, у аль-Хусейни имелась на руках фетва о джихаде, которую он постарался донести до каждой мечети в Палестине. Арабы в Палестине действительно все говорили о джихаде, но дальше разговоров у большинства из них дело никуда не шло. Подавляющее большинство этих людей были простыми крестьянами, у которых на руках была большая семья и большое хозяйство. Причем надо признать, что у многих этих людей с еврейскими соседями имелись дела, а также часто были добрые соседские отношения. В любом случае никто из числа простого народа в Палестине, как со стороны евреев, так и со стороны арабов, воевать не желал. Арабов на войну пытались поднять аль-Хусейни и ему подобные, которые были не только фанатиками, но и крайне меркантильными людьми, рвущимися к власти в Палестине любой ценой. В Палестине имелась еще одна арабская сила, которая в действительности была куда более могучей, просто ее не было так видно, как шумных джихадистов аль-Хусейни. Историки эту силу прикрыли плотным занавесом неизвестности, чтобы обслужить политические интересы ближневосточного будущего. Речь идет о короле Трансиордании Абдалле, всегда имевшем в Палестине большое влияние. В 1948 году пришел его звездный палестинский час, о чем речь пойдет ниже. Основные боевые действия в начале первой фазы Арабо-израильской войны, когда шла Гражданская война между еврейскими и арабскими палестинцами, развернулись на дорогах между Иерусалимом и еврейской частью побережья. Эти боевые действия еще называли «Дорожной войной». Как было сказано выше, силы муфтия аль-Хусейни пытались отрезать Иерусалим от снабжения, устроить евреям в Святом городе блокаду, оставив их без воды, продовольствия и боеприпасов, после чего они бы сами покинули Иерусалим. Из 600 тысяч палестинских евреев около 100 тысяч проживали в Иерусалиме, по большей части в Новом городе, или, как его стали к тому времени называть, – Западном Иерусалиме. Арабов в Иерусалиме также проживало порядка 100 тысяч человек, они жили в Восточном Иерусалиме. Старый город – Святой город, в котором размещались главные святыни всех трех религий, – был в основном арабским, хотя в нем также проживали евреи и много христиан самых разных деноминаций. В самом начале событий сионистское руководство заявило, что воевать за Иерусалим будет до последней капли крови, хотя, согласно резолюции ООН о разделе Палестины, Святой город находился под международной юрисдикцией и в глубине территории, предназначенной для создания арабского государства. Будущее израильское руководство не обращало на это никакого, однако, внимания и начало Иерусалимскую кампанию, которая в принципе была в ходе Гражданской войны главной. Большинство жертв с обеих сторон были понесены именно в битве за Иерусалим, можно даже сказать, что Гражданская война была Иерусалимской, а не Палестинской. Чтобы прорвать иерусалимскую блокаду, сионисты стали формировать конвои. Они бронировали кустарным образом автобусы и грузовики, сажали на них снайперов, пулеметчиков и другую вооруженную охрану и пытались таким образом пробиться через многочисленные засады арабов на горном извилистом пути в Иерусалим. Ничего хорошего из этого не вышло. Бронеавтобусы горели, как спички, охрану расстреливали из засады. Рельеф местности был таким, что прорвать блокаду не представлялось возможным. Одна арабская деревня стояла на дороге за другой, один крутой поворот горного серпантина следовал за другим. В каждой деревне, за каждым поворотом была засада, у которой конвой был как на ладони – такая себе медленно ползущая в гору мишень в тире. Требовалось какое-то срочное иное военное решение, иначе еврейский Иерусалим умер бы просто от голода. Тридцать первого марта в городе ввели новые нормы выдачи продовольствия – 200 граммов хлеба на человека в день. В Ленинграде зимой 1941 года выдавали 125 граммов хлеба на человека.

Еврейский конвой едет в Иерусалим.

Выполнять резолюцию ООН о разделе Палестины никто не собирался. Арабское руководство публично по всему миру возмущенно отвергло резолюцию сразу же после ее принятия. Сионистское руководство,