Тайная ересь Иеронима Босха - Линда Харрис
Босховский райский сад при пристальном рассмотрении совсем не похож на этот Эдем. Души, очевидно, не торопятся покинуть его: они размышляют, отдыхают, разговаривают и обучаются. Одни сидят, разглядывая птиц, другие участвуют в оживленных дискуссиях друг с другом и с ангелами. Сад населен маленькими, но весьма выразительными монстрами. Например, в правой верхней части пейзажа лев пожирает оленя, что является метафорой захваченной материей души. Художник также изображает чудищ, олицетворяющих грехи: уродливая птица на переднем плане или темное, четырехногое животное с птицей на спине, взбирающееся на холм. Однако демоны здесь маленькие по размеру и немногочисленные, так как души, попавшие в райский сад, не очень нуждаются в очищении от грехов, будучи уже просвещенными.
Дирк Боутс изображает души, которые ангелы ведут по Эдему к вершине холма. По пути они минуют большой фонтан в готическом стиле, декорированный ангелами. Это — фонтан жизни, традиционный христианский символ искупления. Аналогичный фонтан в триптихе «Сад земных наслаждений» мы уже рассмотрели в главе 3 этой книги. В интерпретации Босха фонтан в Эдеме принадлежит Сатане и его религии, являясь источником физической жизни, то есть духовной смерти, а настоящий фонтан жизни находится намного выше в земном раю третьих небес.
Фонтан «Земного рая», ведущий к духовной жизни и очищению от грехов, заметно отличается от сатанинского фонтана в Эдеме. В манихейских коптских псалмах он назван «местом омовения душ» (глава 10). Здесь — это метафора Иисуса, Древа жизни, колонны славы, господствующей силы в раю третьих небес. Души, прошедшие омовение в фонтане и испившие его воды, смогут войти в Царство света, духовная природа которого «не запятнана материей». В картине «Вознесение в Эмпирей» они направляются вверх ко входу в духовную сферу. Фонтан, чья роль в вознесении душ столь важна, расположен на высоком холме в центре композиции «Земной рай». К нему поднимаются многочисленные фигуры. В отличие от вод фонтана смерти в Эдеме, погружавших души в материю, живая вода фонтана жизни освободит их от связей с материальным миром.
По мнению Гибсона, картины Боутса и Босха идентичны по сюжету. Гибсон не замечает различий символики, отмечая, что в обоих произведениях изображен земной рай как промежуточный уровень на пути к Богу, где окончательно очищались спасенные души. Его доказательства не вполне убедительны. Гибсон полагает, что художники опирались на описания средневековых мистерий. При этом очищение душ в райском саду не упоминается. В мистериях, вероятно, они лишь проходили по саду, как в картине Боутса. Фонтан здесь является символом искупления людских грехов посредством жертвы Христа и евхаристии. Римская католическая церковь учила, что христианские души освободились от грехов в чистилище, а рай — не место для очищения.
Гибсон также предполагает, что и на Боутса, и на Босха повлиял трактат «Видение Тундала», написанный в середине XII века ирландским монахом (имя которого неизвестно). На самом деле эта история о путешествии в потусторонний мир не соответствует сюжету их картин. Автор «Видения Тундала» описывает рай, разделенный на множество изолированных частей. Туда можно попасть, только пройдя чистилище (адские долины и озера, населенные грешниками и дьяволами). Область в предместьях рая называется «поле радости». Вероятно, это — аналог Эдема, поскольку там расположен фонтан жизни. В «поле радости» нет ни душ, ни демонов, но оттуда открываются врата, ведущие к прекрасному райскому лугу, где находится много душ. Дальше за лугом другой рай, огороженный стеной, и другой... В трактате ничего не говорится о том, что души очищаются в фонтане жизни, или о том, что какой-то из райских садов находится на небесах. На описания садов, вероятно, повлияла искаженная информация о рае третьих небес, но некоторые детали были изменены. Например, «раскидистое дерево» одного из садов названо «святой церковью», а не Древом жизни.
Третьи небеса после Страшного суда
Души, изображенные Босхом в «Земном раю», очевидно, уже прошли очищение и заметно отличаются от подобных изображений. Это — фигуры посвященных, большинство из которых (если не все) вскоре войдут в Царство света. Для них очищение не столь необходимо, как для обычных душ, которым удалось достичь Новой Земли. Другие, менее совершенные души, показаны в левых частях его триптихов на тему «Страшный суд». Они ведут себя весьма неподобающим образом для традиционного христианского рая. Впрочем, их поведение неприемлемо и для посвященных катаров.
Босх, по-видимому, представляет образы обычных слушателей, получивших духовное крещение на смертном одре, или души, в последнюю минуту спасенные ангелами. Они никак не могут отказаться от мирских наслаждений. Некоторым все же удается оторваться от земли, которая полностью захвачена демонами. Другие не в состоянии разорвать путы плотских желаний и остаются среди бесов. В гравюре голландца Аларта дю Хамеля, выполненной по мотивам триптиха Босха «Страшный суд», изображено спасение удачливых беглецов (рис. 37). Мы видим, как незначительное число спасенных душ ангелы сопровождают к вершине холма в левой части композиции. Оттуда они попадут в Новую Землю, где научатся преодолевать свою привязанность к материальному миру.
Босх показывает, что эти души весьма малочисленны, обнажены и внешне похожи на фигуры центральной части «Сада земных наслаждений». Некоторые ведут себя очень активно: они забираются в лодки, плавают, катаются на рыбах, участвуют в рыцарском поединке, разглядывают растение с ракушками, обозначающее живую плоть. Этот рай отличается от босховского земного рая, поскольку здесь встречаются и ангелы, и демоны, а воды фонтана приносят очищение, а не духовное забвение. В саду третьих небес души — одни быстрее, другие медленнее — готовятся войти в Царство света.
Особенно хорошо сохранилось изображение промежуточного рая третьих небес в левой створке триптиха Босха «Страшный суд» (Музей изящных искусств, Брюгге; цв. ил. 31). Подлинность этой работы часто подвергается сомнению, однако стилистика картины характерна
