Самуил Штутман - Дивизия имени Дзержинского

Общее количество примененных спецсредств составило тогда не более ста граммов.

Находящиеся на проспекте люди моментально бросились бежать в направлении своих же баррикад из автомашин. Через них не всем удавалось перелезть достаточно быстро...

Организаторы «мирного митинга» впоследствии преуспели в фальсификации фактов. Но люди, по мнению экспертов, погибли в давке по вине подстрекателей спортсменов, не позволявших никому уйти с проспекта. Никаких отравляющих средств на проспекте Руставели не применялось. Это подтвердила комиссия ООН. Эта же комиссия установила, что образовавшаяся при действии войск концентрация слезоточивого газа в сотни раз меньше значений, которые могли бы вызвать тяжелые поражения людей. Комиссией также было установлено, что из 19 погибших человек 17 скончались именно в результате давки...

Отдельным пунктом обвинения проходило применение саперных лопаток военнослужащими против мирной демонстрации. Насколько она была мирной, уже говорилось. А что касается саперных лопаток, то по этому поводу также было проведено специальное расследование, в ходе которого выяснилось, что ни один из приведенных грузинской стороной фактов не нашел подтверждения. Некоторые из указанных в списках пострадавших людей узнавали о том, что их избили... только из уст следователя.

Через несколько дней весь личный состав части, принимавший участие в тбилисских событиях, прибыл в пункт постоянной дислокации, где каждый офицер и солдат давал поминутные показания группе следователей. Долго шли унизительные «разборы полетов». В лице военных искали преступников...

Уголовное дело за отсутствием состава преступления закрыли только спустя два года.

ПЫЛАЮЩАЯ ФЕРГАНА

Остальные же части дивизии, с ноября 1988 г. выполнявшие задачи в Баку, Ереване и Ленинакане, домой в Москву прибыли лишь в сентябре 1989 г. В июне, без заезда в Москву, соединение перебросили из Закавказья в пылающий огнем межнациональной розни оазис Узбекистана – Ферганскую область.

По прибытии в Фергану омсдоновцы приняли под охрану ряд важных объектов жизнеобеспечения города и его пригорода Маргилана, приступили к службе по охране правопорядка патрульными группами, помогали органам власти эвакуировать турок-месхетинцев, пострадавших при погромах. Одновременно с этим подразделения соединения составляли оперативный резерв, готовый к действиям в случае обострения обстановки в других городах области.

Собственно, так оно через четыре дня, проведенных в Маргилане, и получилось.

...Из пригорода Ферганы части переезжали глубокой ночью. Сигнал на сбор поступил внезапно. Срочно были отозваны с мест несения службы патрули и войсковые наряды. Вооружиться было приказано автоматами, в том числе и офицерам, с собой иметь щиты и резиновые палки. Через тридцать минут личный состав, уже экипированный, сидел в машинах и автобусах в готовности выдвинуться в район выполнения задач. Команда «Вперед!», и колонна двинулась. На головном бронетранспортере заместитель командира дивизии полковник Игорь Рубцов, за ним все остальные. Что ехать придется долго (около двух часов) и надолго, не предполагали. Думали, что быстро восстановят порядок в соседнем районе и вернутся назад. Однако вышло все иначе. Примерно в три часа ночи колонна дзержинцев въехала в старинный Коканд. Картина, представшая перед их глазами, в очередной раз, как и в Фергане, поразила солдат и офицеров: побитые автомобили вдоль улиц, горящие дома, разбитые витрины магазинов, усыпанные стеклом дороги. Вдобавок ко всему – множество машин «Скорой помощи», раненые курсанты одного из училищ внутренних войск.

Колонна остановилась в сквере возле здания городского комитета партии и администрации Коканда. Дали команду организовать охрану и отдыхать в автобусах. Несколько групп назначили для сопровождения карет «Скорой помощи», которые боялись без военных выезжать на вызовы в ночное время. Эти группы исколесили тогда весь город. И везде одна и та же картина: избитые до полусмерти или пострадавшие от пожара турки-месхетинцы, пепелища пожарищ, лужи крови, плачущие женщины и дети.

Утром городские власти решили оставить военных у здания городской администрации еще на день. По оперативной информации, ожидалась провокация подогретой экстремистами толпы молодчиков у горкома и городского ОВД. Примерно в одиннадцать часов дня сквер возле здания администрации неожиданно быстро, за каких-нибудь пятнадцать минут, наполнился людьми, вооруженными мотыгами, лопатами, серпами и другим сельхозинструментом. Буквально перед этим то же самое произошло у здания местного ОВД. Оттуда уже доносились звуки выстрелов. Толпа у горкома гудела. Экстремисты выкрикивали националистические лозунги, размахивали косами и мотыгами, всячески провоцировали солдат на ответные действия, то и дело врезаясь с разбегу в войсковую цепочку, пытаясь отобрать у них щиты и дубинки. Толпа росла, прибежали эмиссары с площади перед отделом внутренних дел, которые рассказывали небылицы о раненых и убитых там людях. Разбой был совершен в кафе, наиболее ретивым молодчикам удалось угнать три автобуса, на которых прибыли в город дзержинцы, внутри беснующейся массы раздались выстрелы. Они-то и послужили сигналом к вытеснению толпы из сквера, изъятию активистов и зачинщиков беспорядков. Поскольку силы были неравными, на три-четыре тысячи «митингующих» всего около пятисот военнослужащих, пришлось прибегнуть к предупредительной стрельбе из автоматов в воздух. Через секунду-другую цепь стремительно пошла на поредевшую после автоматных очередей толпу. Это был далеко не образец классики вытеснения бесчинствующих и пресечения массовых беспорядков. Действия подразделений скорее напоминали спонтанную, но организованную (вот что значит обученность) контратаку. Через несколько минут сквер был очищен от толпы, и больше она там никогда не собиралась. Нервное напряжение и стресс, испытанные военнослужащими, были настолько велики, что спустя всего час после произошедшего, когда было дано разрешение на отдых, многие из них уснули сном младенца прямо на асфальте и ступеньках здания городских властей. Этот момент, кстати, запечатлен на фотографии, находящейся в Центральном музее внутренних войск. Днем в Коканд для усиления группировки прибыл 2-й полк дивизии имени Ф.Э. Дзержинского.

В 21 час в городе, по решению правительства Узбекистана о режиме особого положения, был введен комендантский час, выставлены комендантские посты, патрули, КПП на въездах в Коканд, под охрану были взяты объекты жизнеобеспечения города и техногенно-опасные предприятия: хлопкоперерабатывающий и нефтеперерарабатывающий заводы, масложиркомбинат. На следующий день в Коканд подтянули из Маргилана и Ферганы тыл и хозяйство воинских частей. Личный состав приступил к плановому выполнению задач по охране общественного порядка и спокойствия в городе Коканде и прилегающих к нему селениях.

Обстановка в контролируемой дзержинцами местности заметно стабилизировалась уже на вторые сутки их пребывания в городе. За время выполнения задач в Коканде военнослужащими соединения были задержаны десятки правонарушителей с холодным и огнестрельным оружием. За нарушение комендантского часа и различные правонарушения ими было отправлено на фильтрационный пункт более 700 жителей Коканда. Изъято около 300 единиц холодного, огнестрельного оружия и бутылок с зажигательной смесью. Проверено на контрольно-пропускных пунктах при въезде в город свыше 6 тысяч автомашин. У некоторых задержанных водителей и их пассажиров тоже имелось холодное или огнестрельное оружие, у других отсутствовали подтверждающие документы на право владения мотоциклом или машиной, не было номерных знаков. Были предотвращены 11 попыток поджога домов, покинутых турками-месхетинцами. Задержано несколько мародеров. Вот только несколько примеров бдительности и самоотверженных решительных действий личного состава.

Группа воинов выполняла боевую задачу в поселке «50 лет Октября» пригорода Коканда. Толпа экстремистов прорвалась через заслон наряда милиции и атаковала автобус, в котором находились солдаты, закидывая его камнями, бутылками с зажигательной смесью. Одна из бутылок упала на крышу здания, у которого стоял автобус. Рядовой Игорь Накурда первым заметил пламя. Под градом камней, рискуя жизнью, он взобрался на крышу пылающего дома и при помощи подручных средств вместе с подоспевшими на помощь сослуживцами затушил пожар.

Военнослужащие, совершая марш в поселок Горский, обнаружили около железнодорожного переезда Беш-Арыка труп. Не мешкая ни минуты, офицер Николаев и рядовые Позднышев, Гурман, Бочаров, сержант Жабрун начали преследование в направлении предполагаемого движения преступника. Примерно через 2 километра они увидели неизвестного мужчину, у которого затем был обнаружен нож – орудие убийства. Задержанный признался, что виновен в содеянном. Это подтвердили и свидетели.