Земельно-правовые отношения в Дагестане XV–XVII вв. - Арсен Расулович Магомедов

всего форма присвоения, то понятно что здесь мы имеем дело со своеобразной ограниченной формой собственности: правомочие пользования выражается в получении фиксированной ренты, правомочие распоряжения простирается до права отчуждения. Полное право собственности, очевидно, принадлежало всему нуцальскому дому в целом, а ограниченные права отдельных его представителей на свои доли, основываясь на их членстве в этой своеобразной династической корпорации. Такая форма собственности по характеру своему ближе к удельной, нежели к бенефициальной; каждому члену владетельного дома выделяется доля своего рода корпоративной вотчины нуцалов, причем это не сопровождается никакими дополнительными условиями.

Вторая группа феодальных собственников – это беки, т. е. служилые феодалы – члены наиболее влиятельных тухумов, выдвинувшиеся из социальной верхушки Хунзахского джамаата. Оставаясь членами джамаата, эти феодализировавшиеся тухумы должны были сохранить абсолютно все связанные с этим правом. Входившие в них беки должны были иметь и соответствующую земельную собственность и поземельные права на джамаатские земли.

Одновременно с этим некоторые из них оказались и обладателями другого рода земельной собственности, проистекавшей из пожалования им «джизьи». Служилый феодал получает эту землю не на бенефициальном праве – собственность бека на эту землю имеет удельный характер точно так же, как и собственность членов нуцальского дома на их доли податных земель. Таким образом, беки Аварского ханства (как члены общины и как феодалы – держатели пожалования) обладали земельной собственностью в двух формах.

В Кайтаге также сталкиваемся с корпоративной формой собственности на землю всех членов владетельного дома (уцмиев в целом), причём право каждого их них на получение своей доли из этого общего фонда основано на его членстве в этой родственной корпорации. Точно так же и правящий член этого дома выступает как распорядитель уцмийских земель, имеющий на это полномочия от остальных членов корпорации. Примечательно, что этот владетель не обладал правом делать дарения из этого фонда, получить из него мог землю только бек – член уцмийского рода. Любопытно, что и в Кайтаге существует свободный от податей сильный общинный союз, этнически родственный уцмиям, единственной обязанностью которого является поголовное военное участие в защите уцмийского дома, его власти и прав, если им грозит внешняя опасность.

Некоторое своеобразие Кайтага заключалось в том, что в собственности уцмийского владетельного дома как будто нет сколько-нибудь значительного количества пастбищных гор. В то же время следует отметить, что зимние пастбища приморской равнины являются фактически монопольной собственностью уцмийского дома.

Необходимость в пользовании зимними пастбищами для горцев-кайтагцев позволила уцмиям как монопольным хозяевам кутанов привязать к себе джамааты Верхнего Кайтага как стабильных военных союзников, а джамааты Нижнего Кайтага обложить натуральной рентой.

Следует отметить еще одну своеобразную черту в становлении феодальных отношений в Кайтаге: общинные союзы Казикумуха и Хунзаха, ставшие привилегированной опорой владетельных домов, были центрами газийских завоеваний западной периферии их владений, Верхний Кайтаг, также ставший привилегированной военной опорой уцмиев, напротив, первоначально являлся объектом такого завоевания.

Сходные формы земельной собственности феодалов можно проследить и в Табасаране. В качестве исконного феодального владетеля в Табасаране местная историческая традиция называет майсума, основой возвышения которого стали оказавшиеся в его руках значительные равнинные земли и немалая рента с них. Эти владения майсума также находились вне табасаранской этнотерритории и вне какого бы то ни было контроля табасаранских джамаатов.

О собственности табасаранских кадиев менее известно. В этой связи отметим следующее: 1) должность кадия, будучи пожизненной, формально не является наследственной; очередного кадия выбирают на собрании представителей всех джамаатов, не исключая и райятские, но избирают его только из числа беков, т. е. членов кадийского владетельного дома; 2) кадий и его родня взимают ренту в основном с райятских сёл, расположенных на равнине и в предгорьях, горные же джамааты (узденские) обязаны в основном лишь выставлять кадиям военную службу, а подати с них имеют символический характер.

Следует отметить, одну общую черту в общественно-экономическом укладе обоих табасаранских феодальных владений: поскольку правителем становится один из старших членов владетельного дома, то все остальные его члены образуют разряд беков, и каждый из них имеет право на свою долю равнинных пастбищ и на удел, состоящий из райятских дворов. Беки делили по наследству только ненаселённые земли. Населённые же райятами земли не подлежали распоряжению бека и разделам между беками, а всегда оставались за райятами, которых беки делили между собою по числу дворов или душ мужского пола.

Итак, о характере земельной собственности феодалов Табасарана в XV–XVII вв. можно заметить следующее: подъём общественного влияния владетельного дома над уровнем общинной знати совпадает с приобретением этим домом значительных земельных владений; центральный союз джамаатов становится привилегированным – неподатливым, и выставляет лишь военную силу; приобретенные земли становятся общей собственностью владетельного дома, причем правящий его член является лишь распорядителем; каждый член владетельного дома тем самым имеет право на часть из корпоративной собственности.

Во владении беков Цахура, постепенно оформившемся в султанство Елисуйское, сложился тот же тип земельной собственности, что и в других владениях Дагестана – это определило и сходный тип надстройки. Несколько иначе шло развитие бекского владения в Рутуле. Как показывают источники, главам двух бекских домов Гази-беку – Ибрахим-беку так и не удалось сплотить все рутульские джамааты воедино. К этому же времени относятся и данные о Шиназском феодальном владении, включавшем пять селений. Их глава (халифа) считает себя вассалом шамхала. Итак, значительная часть рутульской этнотерритории осталась вне влияния рутульских беков. Пожалованные им в начале XVII в. сёла никогда более не упоминаются в их владении, как и ханский титул. Не позднее XVII в. здесь сложились отношения зависимости подчинённых сёл Рутульского союза – «пахта» и ежегодная уплата по одному барану с хозяйства. Однако получателем этих податей были не беки, а джамаат с. Рутул. Следовательно, эта форма зависимости не могла стать опорой для возвышения беков.

Особого внимания заслуживает земельная собственность шиназского главы. Кроме оброчных податей и повинностей, на джамаате Шиназа лежит обязанность в период пахоты пахать для халифов их поля в течение трёх дней, а также жать им в течение трех дней в период жатвы. Обработочная рента достаточно ясно указывает на наличие земельной собственности у местных халифов, причём это настоящая феодальная собственность, дающая им ренту. Однако не вполне ясно является ли она их полной частной собственностью или же это бенефиций за службу по охране «проходов». Во всяком случае права халифов на их землю уже успели приобрести наследственный характер.

Список сокращений

АКАК – Акты, собранные Кавказской археографической комиссией. Тифлис.

ВИ – Вопросы истории. М.

ВИЭД – Вопросы истории и этнографии Дагестана. Махачкала.

Вып. – Выпуск.

Д. – Дело.

ИГЭД – История, география