Николай Каманин - Скрытый космос. Книга 2. (1964-1966)

9 сентября. Тюра-Там.

На самолете Ан-10 прилетели на полигон. Летели всего 3 часа 40 минут. Время полета прошло незаметно. Крылов, Руденко, адъютант Крылова и я играли в преферанс. Я знаю Крылова с 1931 года — тогда он был начальником штаба дивизии во Владивостоке. Он неплохо воевал, получил звание дважды Героя Советского Союза. Крылов был на месте, когда командовал общевойсковой армией и даже округом, но в роли Главнокомандующего ракетными войсками он явно «не тянет». Он не имеет академического образования и «не нуждается в нем» — так маршал Малиновский написал в его аттестации. Крылов далек от техники, а должен командовать самыми передовыми войсками, оснащенными ракетной и космической техникой. Кстати сказать, последней он совершенно не интересуется и только тормозит ее развитие. Когда-то он был смел и энергичен, а сейчас он уже настолько постарел, что было бы благом для армии и страны отправить его в отставку.

Г. А. Тюлин ознакомил нас с обстановкой на полигоне. Наши прогнозы подтвердились: пуск «Восхода» с экипажем затягивается до октября. К уже известным неприятностям добавилась еще одна, но очень крупная. При очередном пуске «Зенита-4» из-за отказа блока «А» (вторая ступень) ракета не ушла со старта. Носители «Зенита» и «Восхода» одинаковые. Осуществлено уже более сотни пусков с использованием блока «А», но такого отказа не было давно.

10 сентября.

Вчера утром был произведен пуск боевой ракеты Р-36 Янгеля. По рассказу маршала Крылова, ракета пролетела 14 тысяч километров, отклонение от точки прицеливания составило менее одного километра. При стрельбе с такой точностью из пистолета на дистанции в 50 метров пуля должна попадать в булавочную головку. Ракета Р-36 может нести ядерную боеголовку мощностью 40 мегатонн. Этого заряда более чем достаточно для полного разрушения такого города как Нью-Йорк. В разговоре с Крыловым Руденко справедливо заметил, что теперь все зависит от того, кто первым нажмет кнопку. Крылов не согласился с ним и сказал: «Это теперь не имеет значения. Если США пустят против нас ракеты, то мы будем знать об этом через 10 минут, а еще через 10 минут полетят наши ракеты. Так что ответный удар состоится, и обе стороны понесут колоссальные потери». Я склонен думать, что прав Руденко, а не Крылов. Крылов прав теоретически, а на практике решающее преимущество будет за тем, кто начнет ядерную войну первым.

Вчера прошло заседание Госкомиссии по пуску «Восхода». Королев доложил, что неприятности на испытаниях в Крыму объясняются плохой доработкой специальных самолетных схем и слабой подготовкой испытателей. Он также сообщил, что ОКБ-1 приняло ряд мер по повышению надежности всех систем «Восхода». Комиссия решила: 14 сентября запустить очередной «Зенит-4»; 18–20 сентября — вывести на орбиту «Восход» с манекенами; 23 сентября в Феодосии провести еще одно испытание со сбросом с самолета макета корабля «Восход». Пуск «Восхода» с экипажем решили назначить на конец сентября.

11 сентября.

В 7 часов утра Руденко, Н. Ф. Кузнецов и я вылетели во Фрунзе. На полигоне за старшего от ВВС я оставил полковника Масленникова, приказав ему немедленно с нами связаться, если мы потребуемся на полигоне раньше 14 сентября. Во Фрунзе нас встретили заместитель командующего 73-й Воздушной армией генерал-майор Платонов и начальник летного училища генерал-майор Кобяков. В этом училище мы готовим примерно 500 иностранных летчиков (египтяне, сирийцы, афганцы и другие). Обучение летчиков-иностранцев началось еще в 1957 году, когда я командовал 73-й Воздушной армией и училище подчинялось мне. Часа два занимались делами училища, потом пообедали и на «Волге» отправились на озеро Иссык-Куль. Долина реки Чу прекрасна, много зелени, видны хорошо обработанные поля и сады. Справа и слева узкую долину окаймляют высокие горные хребты со снеговыми вершинами. К шести часам вечера мы добрались до санатория ТуркВО (Туркестанский военный округ — Ред.) на южном берегу озера Иссык-Куль, где встретились с командующим округом генералом армии И. И. Федюнинским. Искупались в озере, вода в нем идеально чистая. Ужинали у Федюнинского, его жена Елена Владимировна так настойчиво нас угощала, что мы наелись на неделю вперед.

12 сентября. Пржевальск.

Нас с маршалом разместили в небольшой комнате в отдельном домике недалеко от дачи Федюнинского. Руденко спал плохо, его мучила изжога и переполненный желудок. После завтрака у Федюнинских отправились на катере в Пржевальск. Нас сопровождали Федюнинский, начальник санатория и их жены. Катер шел со скоростью 50–60 километров в час, было довольно прохладно, и нам пришлось облачиться в бушлаты. Чудесное озеро Иссык-Куль расположено на высоте 1610 метров над уровнем моря. Длина озера более 200 километров, ширина — 30–50 километров, а глубина — 900 метров. Со всех сторон блестят на солнце снежные вершины гор.

В Пржевальске стоит дивизион морских катеров, моряки проводят здесь испытания торпед. Член Военного Совета ТуркВО генерал-лейтенант Демин рассказал мне, что приезжавший в августе этого года в Пржевальск Н. С. Хрущев спросил его: «Что здесь делают моряки?» — Демин ответил: «Испытывают торпеды», — на что Хрущев сказал: «Мы торпеды продаем всему миру, а они здесь секретничают…» Мы осмотрели памятник и музей Пржевальского. Барельеф Пржевальского очень похож на Сталина. Начальник Пржевальского военкомата рассказал нам, что когда Хрущев и сопровождающие его лица подошли к памятнику, то Хрущев и маршал Малиновский в один голос спросили: «Кто это?» Они успокоились только после того, как узнали, что барельеф Пржевальского был установлен более 70 лет тому назад.

На аэродроме мне передали телефонограмму от полковника Масленникова: «Работа будет завтра». Это означало, что решили запускать «Зенит-4» не 14, а 13 сентября. Пришлось отказаться от поездки в Фергану и возвращаться на полигон.

12 сентября. Борт самолета Ил-14.

Летим в Тюра-Там, погода отличная. Через час после взлета пролетели над Фрунзе, через несколько минут будет Луговая, а затем — Джамбул. Эти трассы я облетал десятки раз еще до войны и в 1957–1958 годах, когда командовал 73-й Воздушной армией. Средняя Азия стремительно меняет свой облик. Когда 80 лет назад Пржевальский открывал для человечества неизвестные районы Центральной Азии, здесь был край нищих, безграмотных, униженных людей, и лишь 20 лет назад наша Средняя Азия стала изменяться к лучшему; и сейчас она процветающий, индустриальный, культурный край. Я был в Афганистане и Иране и могу сказать, что наша Средняя Азия очень далеко опередила эти и многие другие азиатские страны.

13 сентября. Тюра-Там.

Очень сожалею, что я не дома: сегодня моей Мусе исполнилось 55 лет. Тридцать три года мы вместе. Я люблю ее, как и тридцать лет назад, и желаю ей прежде всего здоровья. За последние годы она стала мнительной и боязливой, часто нервничает по пустякам и очень много трудится по дому. Я плохо помогал ей, а она нуждается в моей помощи. Теперь я буду беречь ее по-настоящему. Послал Мусе записку и небольшой подарок.

Сегодня в 12:45 по московскому времени вывели на орбиту «Зенит-4». Пуск прошел отлично. Руденко, Тюлин, Королев, Кузнецов и другие во время пуска были на веранде ИП-1. Обычно мы с Королевым по 5-минутной готовности уходили от ракеты в бункер и весь процесс пуска «видели» из-под земли, а во время этого старта нам можно было не сидеть в бункере. Все были очень довольны зрелищем взлета ракеты.

14 сентября.

Утром маршал Руденко улетел в Оренбург. Я начинаю привыкать к Сергею Игнатьевичу, но его чрезмерное увлечение утренней физзарядкой, музыкой и пустой болтовней надоедает и отвлекает от дела. Проводив его, я поехал на вторую площадку. Часа два изучал систему аварийного спасения (САС) «Восхода». Для нее характерны четыре периода с момента старта ракеты:

1) до 27-й секунды полета спасение экипажа в случае аварии носителя фактически невозможно;

2) с 27-й до 44-й секунды полета спасение затруднено, но возможно;

3) при срабатывании САС в период с 44-й до 501-й секунды обеспечивается приземление корабля на территории СССР;

4) в период с 501-й секунды и до выхода на орбиту (на 523-й секунде) аварийная посадка возможна лишь вне территории СССР.

Во всех случаях члены экипажа остаются в корабле, который приземляется с помощью парашютно-реактивной системы.

Во время моих занятий в секретный отдел зашел Королев. Он предложил мне побеседовать один на один. Через несколько минут мы встретились в комнате технического руководства и более двух часов обсуждали вопросы подготовки полетов «Восхода» и «Выхода», организации «штурма» Луны и проблемы объединения космоса в ВВС. Договорились, что после полета «Восхода» с экипажем вплотную займемся Луной. Королев сказал, что здесь, на полигоне, он еще раз беседовал с маршалом Крыловым по вопросу объединения космоса в ВВС и убеждал Крылова в необходимости такого шага. Крылов ответил, что он не против передачи космоса в ВВС, но его смущает вопрос использования ракетных полигонов. Королев рассказал мне и о том, как обсуждались и решались в ЦК и правительстве вопросы подготовки облета Луны и экспедиции на Луну. По мнению Сергея Павловича, Челомей с использованием своей ракеты УР-500 не сможет без стыковки выполнить облет Луны. Королев предлагал Челомею вместе заняться стыковкой, но последний решил делать новую ракету УР-700 и обойтись без стыковки.