Спасти Анну Каренину: Герои русской классики на приеме у психолога - Елена Андреевна Новоселова
Но опасения Раскольникова напрасны. Да, Порфирий все знает.
И делает вещь вовсе необыкновенную для следователя: отпускает Раскольникова на все четыре стороны, с тем чтобы тот сам принял решение:
«Не беспокойтесь, голубчик; ваша воля да будет».
И добавляет еще на всякий случай: если надумаете покончить с собой — оставьте записку.
Порфирий позволяет Раскольникову действовать как свободному человеку. Показывает дорогу, как стать обратно человеком, как выбраться из этой чудовищной ямы отъединенности от всех людей. Показывает не убеждая, а просто повествуя. Наказание не страшно, страдание не страшно — оно будет благом. «Почем вы знаете: может, вас бог для чего и бережет. А вы великое сердце имейте да поменьше бойтесь».
Точно так же поступает психотерапевт. Он не ведет, не указывает: он идет за клиентом. А тот меняется и меняет свою жизнь самостоятельно. Но делает он это уже с учетом того, что произошло в терапевтическом диалоге и к чему сам пришел.
Психотерапия преступников. В наше время разработаны методики, по которым психотерапевт взаимодействует с преступниками, например отбывающими наказание в тюрьме. Но все равно многое зависит от личности специалиста. Не все готовы работать с людьми, которые убивали, насиловали, проявляли жестокость.
К тому же далеко не все преступники искренне раскаиваются. Напомню, кстати, что и Раскольников к моменту разговора с Порфирием, да и долгое время после, сожалеет лишь о том, что оказался слабым и неспособным довести дело до конца.
Порфирий — из тех, кто хорошо понимает психологию преступника и способен относиться к нему с эмпатией. Эмпатия не равна сочувствию: она означает, что он находит в себе внутреннее понимание мотивов Раскольникова, когда-то думал о похожих проблемах, испытывал сходные переживания.
Если бы Порфирий вел себя жестко, осуждающе — это вызвало бы в Раскольникове лишь злость и азарт противостояния. Если бы следователь потакал и льстил, восхищаясь Раскольниковым, — тот записал бы его в число слабых людей. Но Порфирий не проявляет праведного гнева и не заискивает перед преступником. Он и признает оригинальность статьи Раскольникова, и одновременно обнаруживает перед автором теории ее неполноту.
Порфирий знает, что Раскольников не относится к тем, кто способен хладнокровно «переступить через кровь». Есть люди, которым действительно нужна только власть. Им не требуется связь с другими, не нужен иной диалог, кроме диалога топора с черепом. Они получают от жестокости удовольствие. И такой преступник тоже может со временем прийти к раскаянию, но это значительно сложнее и дольше.
Порфирий видит, что Раскольников другой. Он «слаб» — и слава Богу. Ничего плохого в этой слабости нет. Хотеть быть в диалоге — это и значит быть человеком.
Вручение ответственности. Хорошо изучив своего клиента, Порфирий находит для него правильные слова. Он отпускает Раскольникова. Дает свободу, чтобы тот выбрал необходимость. В Раскольникове, уверен Порфирий, есть та сила, которая приведет его к раскаянию.
Роль Порфирия в том, чтобы актуализировать эту силу, вывести ее на поверхность, стать тем человеком, к которому Раскольников может прийти.
(«А коли не к кому, коли идти больше некуда! Ведь надобно же, чтобы всякому человеку хоть куда-нибудь можно было пойти. Ибо бывает такое время, когда непременно надо хоть куда-нибудь да пойти!»— говорит пьяненький чиновник Мармеладов в самом начале романа, еще до убийства.)
Но главное — личный выбор. Давая Раскольникову свободу, Порфирий возрождает в нем человека.
Таков и путь психотерапии. Формируя личные отношения с клиентом, психотерапевт не «помогает» ему, а сопровождает, становится тем, кому можно принести и проблему, и ее решение.
Психотерапия вручает человеку ответственность за себя.
Сонечка: раскаяние созревает. Порфирий Петрович не единственный герой, сыгравший роль в раскаянии Раскольникова. Огромное значение имеет и Сонечка Мармеладова, единственная, кто принял его вместе с его преступлением.
Соня сопровождает Раскольникова на каторгу. Несмотря на свое решение, принятое после бесед с Порфирием, даже отбывая наказание, Раскольников долгое время сожалеет только о том, что не выдержал и не стал «сверхчеловеком». Он по-прежнему не слишком серьезно относится к своему преступлению, досадует, ненавидит, мучается — но не раскаивается.
«Но те люди вынесли свои шаги, и потому они правы, а я не вынес, и, стало быть, я не имел права разрешить себе этот шаг». Вот в чем одном признавал он свое преступление: только в том, «что не вынес его и сделал явку с повинною». Жалеет он и о том, что не убил себя.
Но Соня рядом, ее доброта, ее близость другим людям понемногу делают свое дело, и в конце концов происходит то чудо раскаяния, в которое верил и следователь, «психолог» Порфирий Петрович.
Так и психотерапия действует, не только пока идут сеансы: ее плоды человек может пожинать и после того, как она окончена.
Задержка эмоционального развития. Вернемся немного назад и посмотрим на Раскольникова до убийства.
В романах Достоевского много действительно демонических, озлобленных героев, страдающих от стыда, одиночества, ресентимента (враждебности к другим), униженных и оскорбленных. Их самолюбие уязвлено, они болезненно чувствительны и явно травмированы жизнью.
Родион Раскольников, как ни странно, к этой плеяде «подпольных людей» не относится.
Он скорее идеалист, ставящий эксперимент над собой и обществом. Он изучает законы взаимодействия личности и общества на своем
