Спасти Анну Каренину: Герои русской классики на приеме у психолога - Елена Андреевна Новоселова

приметивший мужик уличал его тут же, он не спорил и отдавал похищенную вещь; но если только она попадала в кучу, тогда все кончено: он божился, что вещь его, куплена им тогда-то, у того-то или досталась от деда. В комнате своей он подымал с пола все, что ни видел: сургучик, лоскуток бумажки, перышко, и все это клал на бюро или на окошко».

«Синдром Плюшкина» (он также называется «хоардинг», hoarding— накопительство) известен медикам. При этом синдроме люди собирают все подряд, нужное и ненужное, и не могут расстаться с хламом. Со временем в доме не остается свободного места, хлам не просто высится штабелями, а слеживается, загромождает проходы, в нем заводятся насекомые. Жилье превращается в помойку. Характер человека тоже меняется: он становится мелочным, подозрительным и нередко агрессивным. Чаще всего синдром Плюшкина развивается с возрастом, причем особенному риску подвержены мужчины и женщины с другими психическими расстройствами, а также люди, пережившие утрату близкого человека. Именно так и обстояло дело с Плюшкиным: умерли его жена и дочь, еще одна дочь сбежала из дома, сын проигрался в карты. Это и стало толчком к развитию заболевания, к которому Плюшкин был предрасположен в силу своей изначальной бережливости.

Полное запустение. Когда Чичиков спрашивает у Плюшкина, есть ли у него в городе знакомые или приятели, тот сначала не может вспомнить таких и говорит, что их нет. Но потом ему вдруг приходит в голову, что он ведь знаком «с самим председателем» и что они в школе были друзьями.

Вот как пишет об этом Гоголь: «И на этом деревянном лице вдруг скользнул какой-то теплый луч, выразилось не чувство, а какое-то бледное отражение чувства, явление, подобное неожиданному появлению на поверхности вод утопающего, произведшему радостный крик в толпе, обступившей берег. Но напрасно обрадовавшиеся братья и сестры кидают с берега веревку и ждут, не мелькнет ли вновь спина или утомленные бореньем руки, — появление было последнее. Глухо все, и еще страшнее и пустыннее становится после того затихнувшая поверхность безответной стихии. Так и лицо Плюшкина вслед за мгновенно скользнувшим на нем чувством стало еще бесчувственней и еще пошлее».

Чувства, может быть, и есть, но они настолько бледны и слабы, что их мимолетное проявление делает общую картину только страшнее.

Беда не столько в том, что хозяйство Плюшкина в страшном запустении, а сам он собирает хлам и поглощен ненужной мелочной экономией, а в том, что он почти совсем утратил внутреннее содержание, волю, эмоции.

Он сам — в запустении.

Вот почему я считаю, что, в отличие от других помещиков, Плюшкин болен, и вопрос о помощи такому человеку стоит прежде всего решать в медицинской и социальной плоскости, а уж потом, возможно, в психологической.

Осознание границ своих возможностей помогает психотерапевту не питать ненужных иллюзий и не испытывать разочарований. Он всегда работает в связке с другими специалистами: прежде всего с психиатром и, в идеальном случае, с социальным работником (или близкими пациента).

Единственный нормальный человек в романе. Но есть в «Мертвых душах» один персонаж, который, по описанию Гоголя, представляет самую что ни на есть социальную норму: «Не красавец, но и не дурной наружности, ни слишком толст, ни слишком тонок; нельзя сказать, чтобы стар, однако ж и не так, чтобы слишком молод», он «во всем как-то умел найтиться и показал в себе опытного светского человека», он обо всем умеет поговорить, «все… умел облекать какою-то степенностью, умел хорошо держать себя. Говорил ни громко, ни тихо, а совершенно так, как следует. Словом, куда ни повороти, был очень порядочный человек».

Кто же это? Конечно же, Чичиков.

Прекрасная золотая середина, никаких акцентуаций и личностных расстройств! Единственный образец нормальности на всю книгу! Иметь с ним дело — одно удовольствие: не обругает, не распустит сплетни, не будет хитрить и скрытничать.

Проблема только в одном: Чичиков — мошенник. И с этим психотерапия ничего поделать не может.

У Гоголя были планы раскрыть натуру Чичикова более полно: во втором томе он хотел привести его на каторгу, а в третьем — испытать нравственное преображение. Но, как мы знаем, второй том Гоголь сжег, а третий написать не успел.

Как не выгорать, если все время имеешь дело с человеческой «изнанкой», горем, травмой?

Какова природа человеческой эмпатии и как устроена проницательность?

Кто поможет помогающему?

Как отличить психологические проблемы от социальных?

Как в трудной ситуации не возненавидеть человечество и уважать человека?

Обо всем этом поговорим на материале текстов и биографии А. П. Чехова — циника и гуманиста, зоркого и вдумчивого исследователя человеческой психологии, который все видит, всех понимает и при этом остается свободным от оценок.

Чеховская эмпатия. В бытовом языке слово «эмпатия» часто употребляют как синоним «сочувствия». Но это не совсем верно. «Эмпатия» — калька с немецкого Einfühlung, буквально — «вчувствование». К примитивной эмпатии, основанной на работе зеркальных нейронов, способны многие животные. Ты зевнул, и мне захотелось зевать, ты плачешь — и мне грустно.

Эмпатия человека обычно сложнее. Она сочетается с работой эмоционального интеллекта, который позволяет пропустить плоды эмпатии через сознание. Помогающим специалистам и вообще всем, кто работает с людьми, имеет с ними дело, думает о них, приходится постоянно пускать в ход и вчувствование,