Джудит Гулд - Чертовски богат

Как ни странно, но, приняв этот удар судьбы, он почувствовал облегчение и даже радость, словно сбросил с плеч тяжкую ношу.

Все не так уж и плохо. У него есть собственное состояние, и не маленькое, нищета ему не грозит. Что же до семейной империи, что ж, не так она много и значит, если вдуматься.

Принц подписал последнюю бумагу из тех, что доставил из Германии специальный курьер, и звонком вызвал секретаря.

– Йозеф, это следует немедленно отправить факсом, – сказал он по-немецки. – Оригиналы можно послать экспресс-почтой.

– Слушаюсь, ваше высочество.

Йозеф потоптался на месте и откашлялся.

– Тут еще одно дело, ваше высочество.

– Да? – Карл Хайнц навернул колпачок на золотую ручку, собрал документы и придавил их тяжелым пресс-папье.

– В приемной графиня Хобург-Уилленлоу.

Карл Хайнц выпрямился. Глаза у него затуманились.

«Так, – подумал он, – все-таки пришла. Что же ей, интересно, нужно?»

– Пригласите. – Он передал Йозефу кипу документов.

– Слушаю, ваше высочество. – Секретарь склонил голову и торжественно выплыл из кабинета.

Карл Хайнц отодвинул стул и, сцепив руки за спиной, подошел к окну.

Над городом нависли низкие плотные облака, скрывающие верхние этажи небоскребов. Было всего три часа пополудни, но в окнах уже горел свет, а снизу доносились пронзительные сигналы автомобилей, полицейские сирены, вой пожарных машин. Принц будто оказался в глубоком каньоне. Один, вокруг никого нет, но за стеной – беспокойный мегаполис, жизнь в котором не замолкает ни на минуту.

Вдруг ему страстно захотелось очутиться в каком-нибудь из своих европейских замков. Да, решительно подумал он, пора возвращаться и перезарядить батареи.

Его раздумья были прерваны появлением мажордома.

– Графиня фон Хобург-Уилленлоу, – объявил он.

Карл Хайнц повернулся к двери.

Зандра неуверенно остановилась на пороге, оглядывая заставленный книгами кабинет. Она понимала, что выглядит ужасно – бледна, измучена, под глазами круги после бессонной ночи. Да что там ночь – два дня она провела не смыкая глаз, а тут еще разница во времени, и нервы натянуты, как струна. Шея опухла, в горле комок.

– Ну? – улыбнулся Карл Хайнц. – Ты что застыла? Я не кусаюсь.

Зандра выдавила жалкую улыбку. Он прав. Действительно, она топчется на месте как дура.

Зандра пересекла кабинет и подставила щеку для поцелуя. Она была слишком напряжена, чтобы ответить на приветствие.

– Я ненадолго, Хайнц, – извиняющимся тоном заговорила Зандра. – Так что сразу к делу.

– Что за спешка? – любезно откликнулся Карл Хайнц.

Зандра тяжело вздохнула, сжала губы и подняла на него глаза.

– Речь идет о прошлом уик-энде, – начала она.

– Каком уик-энде? – со смехом перебил ее Карл Хайнц. – Разве так уж обязательно все помнить? Кое-какие вещи лучше забывать, как думаешь?

Зандра покачала головой:

– Не надо шутить, Хайнц, мне и без того нелегко.

– Слушай, что-нибудь не так? – Он участливо посмотрел на нее.

– Так вот, о уик-энде. Я... э-э... честно говоря, ты тогда застал меня врасплох. Наверное, нельзя было на тебя так набрасываться, но, понимаешь... я не ожидала.

– Да чего уж там. Сам хорош.

– Наверное, ты спрашиваешь себя, какого черта меня принесло сюда? Есть деловое предложение. Возможно, оно тебя заинтересует.

– В таком случае, – он мягко взял ее за руку и подвел к дивану, – присядем. Я давно уже взял за правило не говорить о делах стоя.

Зандра благодарно улыбнулась и села.

Карл Хайнц устроился в кресле напротив.

– Что выпьешь? Кофе? Или чего-нибудь покрепче?

– Да не стоит. Хочу побыстрее с этим покончить.

Зандра нервно облизнула губы и твердо уперлась ладонями в колени.

– Понимаю, ты можешь меня презирать...

– Ну что ты. – Он наклонился к ней. – Не верю, что ты способна на что-либо, заслуживающее презрения.

– Не торопись, сначала дослушай. – Не в силах выдержать его пристальный взгляд, Зандра отвернулась. – Я все понимаю. Я все о том же злосчастном уик-энде. Ясно, тебе было нелегко. – Она глубоко вздохнула. – Так же, как мне сейчас.

Опасаясь сказать что-нибудь невпопад, Карл Хайнц промолчал.

– Твое предложение... оно носило ведь сугубо деловой характер, да?

У Карла Хайнца остро заныло сердце. О Господи, знала бы она правду! Чего бы он только не отдал, лишь бы обнять ее и взять на руки.

– Словом... – Зандра нервно переплела пальцы. – Смысл был в том, что я должна выйти за тебя замуж и родить младенца стоимостью в миллиард долларов. Так?

– Так, – глухо ответил Карл Хайнц.

Зандра посмотрела ему прямо в глаза.

– Предложение еще в силе?

Он был потрясен.

– То есть я хочу сказать, а почему, собственно, ты должен отказываться от наследства? Чтобы его сохранить, нужен наследник, только и всего. Большое дело! В конце концов, мы живем в девяностые годы. Больше половины браков так или иначе распадаются. И мы ведь вовсе не должны оставаться вместе до самой смерти?

– Да, – напряженно проговорил Карл Хайнц.

– Ну а поскольку все эти миллиарды отчасти... в моих руках, мне тоже кое-что полагается. Согласен? Можно сказать... комиссионные.

– Стало быть, ты выставляешь себя на продажу. – Голос у него упал до шепота.

– Не на продажу, – твердо поправила его Зандра, – в лизинг. Ты можешь арендовать меня, Хайнц. Меня со всеми моими причиндалами, включая бесценную утробу. Все по законам Священной Римской империи.

– Зандра...

– Конечно, я не могу гарантировать, что родится мальчик, но сделаю все от меня зависящее, чтобы наследство досталось тебе. Иными словами, если первый ребенок окажется девочкой, я по-прежнему в твоем распоряжении.

– А эта... эта арендованная утроба, – сухо осведомился Карл Хайнц, – сколько будет мне стоить?

– Ровно миллион с четвертью фунтов стерлингов. Платить надо сразу, в один прием.

– Почему миллион с четвертью? – удивленно спросил он. – По-моему, ты себя недооцениваешь. Скажем, четверть миллиарда? Или половина? Видит Бог, цену назначаешь ты.

– Я и назначила.

– Но почему такая жалкая сумма?

– Давай не будем об этом, Хайнц, – мягко проговорила Зандра, отводя взгляд.

– Слушай, – выпрямился он, – скажи честно, ты попала в беду? В любом случае совершенно не обязательно продавать себя...

– Я и не продаю! – огрызнулась Зандра. – Всего лишь сдаю в аренду.

– И в этом нет никакой нужды. Я с удовольствием тебя выручу.

Слезы подступили к ее глазам, и Зандре пришлось напрячь все силы, чтобы не разрыдаться.

– Помощь мне не нужна. Это чистая сделка. Да—да, нет—нет. Жду твоего ответа.

Карл Хайнц вздохнул и печально посмотрел на кузину.