Биверли Бирн - Огненные птицы

Лили поигрывала тонкой трубочкой в своем стакане с минеральной водой.

– Знаешь, это очень любопытно, что ты сейчас трактуешь все именно так. Но все дело в том, что такие мысли – не самая хорошая основа для отношений. Как ты думаешь?

– Не очень хорошая.

– Так, стало быть, что нам делать и как быть? – Она наклонилась к нему. – Как нам быть, Энди?

– Смотря по обстоятельствам. Я, например, знаю, как.

– Может быть об этом лучше сказать мне? На этот раз я очень хотела бы знать точно, чего лично ты хочешь.

Нарочито медленно он отнял ее пальцы от стакана, который она удерживала, и переплел их со своими.

– Я хочу, чтобы мы провели остаток жизни вместе. Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

Лили ответила не сразу, слишком важным было сказанное сейчас. Не могла она так быстро разобраться в этом вихре разноречивых эмоций. Слишком неожиданно все на нее навалилось. Кроме того, ждали ответа и другие вопросы. В ее жизни наступала полоса, когда утрачивалась стабильность, это требовало от нее не менее важных решений и в других ее областях. Она все еще опасалась своей уязвимости для него.

– Не сейчас, – сказала она. – Теперь моя очередь сказать, что мне потребуется время.

– Ладно. Но это, случаем, не означает, что ты меня отправляешь подальше? Лили, скажи, ты не хочешь, чтобы я ушел?

– Нет, ни в коем случае не означает, чтобы ты ушел… Не уходи, Энди. – Ее голос перешел в шепот.

– Не уйду, – пообещал он.

Через два дня, когда у нее состоялся разговор с Лой об Энди, Лили уже была в состоянии более или менее четко облечь отношения с Энди в слова.

– Когда-то я его безумно любила. Мне было невыносимо больно, когда он покинул меня. Я и сейчас его люблю, но я не в состоянии сразу позабыть все… Скажите, в этом, по-вашему, есть смысл?

– Есть, – Лой помешивала кофе, целиком сосредоточившись на этих однообразных круговых движениях.

Ей требовалось занять чем-то свои руки.

– Мне, по крайней мере, этот смысл ясен. Может быть, не будь этот человек одним из Мендоза, я не смогла бы понять все это, но поскольку это так, то я понимаю…

– Тот ваш приятель в Испании, который так не желал, чтобы мы приобрели журналы, он ведь тоже Мендоза, как я полагаю?

Лой кивнула.

– Я знала, что ты догадаешься. Да, Мендоза… Это вообще весьма своеобразные люди. Не сразу их полюбишь, это точно. Тем не менее, в чем-то они, несомненно, замечательны. – Она накрыла своей ладонью ладонь Лили. – Кроме того, они могут быть еще и очень опасными, дорогая…

Именно то, о чем ей уже однажды говорил Энди. Несомненно, это правда. Это не могло быть неправдой. Но среди них было и одно исключение.

– Энди не опасен, – не соглашалась Лили. – Он ни в какое сравнение со всей семьей не идет. Я говорила вам, он их сам терпеть не может. И, прошу вас, не пытайтесь его судить огульно. Мне бы очень хотелось, чтобы Энди вам понравился.

– Я тоже хочу, чтобы мне понравился этот твой необычный Мендоза, – добавила Лой, улыбаясь. – Правда, хочу. Когда же ты нас познакомишь.

– Скоро, – пообещала Лили. – Вот устроим вечеринку вчетвером: двое на двое – вы, Питер, Энди и я.

– В моем-то возрасте вечеринки двое на двое?! – шутливо укоризненно произнесла Лой.

– Вы женщина – без возраста, – опровергла Лили.

Сегодня Лой и вправду выглядела отдохнувшей и посвежевшей. Снова прежняя Лой. Не та, что позавчера вечером.

– У каждого есть свой возраст. И я не устаю это повторять Питеру. Он может вести себя иногда очень неразумно. Он заслуживает кого-то, более подходящего по возрасту.

И, видя, что Лили собирается протестовать, остановила возможные ее контрдоводы жестом руки.

– Хорошо, хорошо, не вы, согласна. Но кто-нибудь, кто на вас похож…

– Знаете, люди обычно не склонны задумываться в вопросах любви о том, чего они заслуживают, а чего нет, – сказала Лили. – Большинству из нас нужно именно то, чего они желают.

– Да. И неважно, какие последствия это будет иметь в будущем.

Хорошее отношение к Питеру перевесило и Лили бросилась защищать его.

– Я не сомневаюсь в том, что Питер может быть только хорошим для того, кого любит. Он очень милый человек и он любит вас, и вы это знаете.

– Я это знаю. Просто я имела в виду, что может быть, я сама для него не очень хороша. Но Питер очень быстро привязывается. Мне трудно, очень трудно постоянно отказывать ему, хотя в моем возрасте этому пора бы уж и научиться.

На этот раз Лили не могла удержаться от соблазна.

– А сколько вам лет?

– Нет, нет, не спрашивай, – Лой рассмеялась. – Даже тебе я не могу об этом сказать. Эту тайну я предпочитаю унести с собой в могилу.

Она изо всех сил старалась говорить весело и фривольно, и Лили не стала обижаться на нее за ее скрытность.

– Ладно, не буду даже пытаться угадать, – успокоила ее Лили, и, спохватившись, взглянула на часы. – О, мне уже пора. Через час мне нужно быть в студии. Так что давайте пойдем отсюда.

Было уже около трех. Ресторан, в котором они сидели, практически был пуст. Официант, словно угадав намерения Лили, появился тут же с чеком в руках. Лой настояла на том, чтобы заплатить. Они собрались и вышли на Первую авеню.

– Хотите, я могу вас подбросить, – предложила Лой. – Мне нужно в центр, это по пути.

Чтобы удобнее было ловить такси, они перешли на другую сторону улицы и остановились перед витриной весьма респектабельного антикварного магазина. Увидев то, что там стояло, Лили оцепенела…

Лой тем временем удалось поймать такси.

– Лили, поехали… призвала она ее, открывая дверь машины. – Но Лили не шевелилась.

– Поезжайте, – деревянным голосом произнесла Лили, не обернувшись.

Лой пробормотала таксисту извинения и отправила машину.

– Что случилось? Что с тобой?

Лой подошла ближе, чтобы рассмотреть выставленное в витрине и пыталась определить, что именно так шокировало ее спутницу. В витрине были выставлены шесть стульев красного дерева в стиле времен правления королевы Анны. Стулья предназначались для столовой. Они были обиты вышитой вручную тканью.

Лой беззвучно ахнула, потом спросила наигранно-будничным тоном:

– Миленькие, не правда ли?

– Они из моего дома, – ответила Лили.

Она уже успела рассказать Лой про яму в земле, оставшуюся в Филдинге от ее дома. Лой не проявила особого сочувствия. Да и сейчас не выглядела уж очень заинтересованной.

– Может быть это не они, – предположила Лой. – Вы путаете?

– Нет, я не путаю. Покрывала вышиты рукой моей матери. Они пришли на смену прежним. На выделку их ушли годы. Я так и не знала, закончила она их или нет. – Последнюю фразу Лили произнесла уже на ходу, устремившись к дверям магазина.