#ЛюбовьНенависть - Анна Джейн
— Даня, — прошептала я, чувствуя себя заколдованной принцессой. А чем иначе я могла объяснить странную тягу к этому человеку, который попортил мне так много крови?
— Что, солнце? — Его голос был хриплым.
Солнце… Меня никто и никогда так не называл.
Даня коснулся моих губ большим пальцем, провел по ним с какой-то отсроченной нежностью, дочертил невидимую линию на моей коже до кончика подбородка и снова склонился ко мне. Так, что наши губы едва соприкасались. Он не хотел давить, хотя с трудом сдерживался. Он снова давал мне выбор, целовать его или нет. Я сама должна была решить. Я, не он.
И я решила. Мои пальцы оказались в его волосах. Чуть помедлив, я притянула Даню к себе. И смело поцеловала. Это было не просто прикосновение губ к губам — мне нужен был не детский, наивный поцелуй, а поцелуй взрослый, обжигающе горячий, с обещанием чего-то большего. Это была моя попытка доказать ему, что я взрослая девочка. Что нет больше той маленькой Даши, которая ничего не понимала, даже саму себя. Что нет больше потерянных взглядов, мыслей о том, где и с кем он, переживаний, обид и ревности. Что есть я, Даша. Которая доверилась ему, выбрала его и хочет понять, на что он способен. Которая может заставить его сходить с ума. Которая требует любви.
Я целовала Даню без осторожности и боязни сделать что-то не так. Целовала его в горячие губы, ловя прерывистое дыхание и наслаждаясь каждым мгновением. Целовала с каким-то болезненным напором, требуя отдачи, и видела звезды — клянусь, я тут же упала во Вселенную, цепляясь за его плечи. А он беспорядочно гладил меня по спине, запускал пальцы в волосы, то пропуская сквозь них мои пряди, то слегка натягивая их, дотрагивался до моего лица, прижимал к себе. Я снова чувствовала слабый аромат хвои, как тогда, на выпускном. И снова была готова на все, не понимая, то ли он моя слабость, то ли моя сила.
Не знаю зачем, но вдруг я дотронулась губами до его шеи, оставляя влажный след, и чуть прикусила кожу, чувствуя, как напряглись его мышцы.
— Дашка, — услышала я его хриплый шепот, и желание быть с ним вспыхнуло во мне с новой силой. Прорвалось сквозь все заслоны, которые я ставила.
Он подхватил меня на руки и прижал к стене, снова завладевая моими губами, беря на себя инициативу, даря свое солнце… Мы оба не могли сдерживаться. Мы оба падали в нашу общую Вселенную. А она неслась вперед, рассекая космическое пространство и расширяясь.
…После взрыва Вселенная продолжает расширяться и охлаждаться. Она должна остывать, чтобы частицы материи группировались вместе. Образуются звезды, темная материя, планеты. Они собираются вместе, чтобы образовать галактики.
Возможно, с любовью может быть точно так же — чтобы образовалась Вселенная двух душ, чтобы создались истинные связи между сердцами, должен наступить период охлаждения между влюбленными.
Сердцебиение, дыхание, наслаждение — все стало общим. И безумие — тоже. А как иначе я могла назвать то, что с нами происходило? Поцелуй-безумие, поцелуй-катастрофа. Поцелуй, который украл мое сердце. Но это безумие длилось не больше минуты-двух. А потом я вдруг услышала, как открывается лифт, и отстранилась от Дани, подумав, что это могут быть родители: дверь в квартиру до сих пор была открыта. Однако это оказались не они, а наша соседка с собачкой. Она подозрительно посмотрела на нас — Даня все еще держал меня на руках, — поздоровалась и скрылась в своей квартире со словами:
— Ох, как же быстро растут дети… Еще вчера орали под окнами…
— Даша. — Даня хотел снова поцеловать меня, но я отвернулась, испугавшись того, что натворила.
— Ты что со мной делаешь? — тихо спросила я, пытаясь унять разгоряченное дыхание.
— А ты? — задал он встречный вопрос.
— Сама не знаю, как это вышло. Проставь меня, пожалуйста, на пол.
Он осторожно опустил меня, но одна его рука продолжала лежать у меня на талии — я чувствовала ее тепло сквозь тонкую ткань топика.
— Чувствуется моя школа, — заметил довольно Даня. — Хотя навык улучшился. Знаешь, от тебя срывает голову — и тогда, и сейчас.
— Я чувствую себя дешевкой, — вдруг призналась я. — Недавно целовалась с одним, теперь — с другим. Боже.
Мои ладони закрыли лицо. Но Даня убрал их.
— Все в порядке. Это называется выбор. Но если тебе будет легче — это я виноват, что допустил случившееся.
— Наш поцелуй?
— Ваш поцелуй. — Эти слова слетали с губ Дани с неохотой. — Я опоздал, да?
— Еще немного — и точно опоздал бы, — ответила я и убрала с его лба волосы. Я мечтала об этом жесте несколько лет. Глупая, конечно, мечта, но… она наконец осуществилась. Я могу касаться его волос.
— Когда ты так говоришь, я понимаю, что у меня все еще есть шанс. — В его глазах лучилась улыбка. А потом вдруг он глянул на наручные часы и нахмурился. — Черт. Мне пора.
— Куда? — удивилась я.
— На подработку. Не хочу уходить от тебя.
А мне не хотелось его отпускать.
— Что ж, если пора… А что за подработка?
— Девчонкам о такой не говорят — пацаны теряют баллы крутости в их глазах, — ухмыльнулся он и обнял меня на прощание, поцеловав в висок и уткнувшись носом в распущенные волосы. — Кстати, сколько лет этим духам? — задал Даня странный вопрос.
— Каким духам? — изумилась я.
— Клубничным, — отозвался Даня. — Не меняй
