#ЛюбовьНенависть - Анна Джейн

и прижал к груди — прямо к механическому сердцу. На самом деле со стороны это такая глупость — коснуться мужской груди, но в этом жесте, в этом прикосновении к татуировке было что-то столь интимное, что я растерялась. Что вообще происходит? Это что, борьба за мое невероятное внимание?

В это время мимо нас снова промаршировал Даня, прежде чем я успела вырвать руку из пальцев Влада.

— Плохо грудную группу прокачал, — заметил Матвеев, нехорошо глядя на Савицкого. — Попробуй отжимания на брусьях. А потом показывай девчонкам.

— Предпочитаю прокачивать мозги. Если ты, конечно, знаешь, что это такое, — ответил ему Влад раздраженно. — Ты тоже попробуй, например, выучи таблицу умножения, — похоже, он воспринимал Даню как тупого спортсмена.

— Слушай, ты… — вскипел тот.

— Хватит! — пришлось вновь прикрикнуть мне. — Пожалуйста. Ребята, вы у меня дома, и если вы меня уважаете, ведите себя прилично. За мной.

С этими словами я повела парней в гостиную, чувствуя себя глупо. Я рассадила их в разные концы дивана, а сама с ногами забралась в кресло, наблюдая за гостями.

Влад снова стал с любопытством разглядывать комнату. А Даня поставил на журнальный столик бутылку и бокалы. Два бокала. Видимо, для меня и для себя. Влад это тоже заметил и хмыкнул. А я немного разозлилась: Матвеев так решил унизить моего гостя? Детские выходки. Впрочем, Влада было нелегко смутить. Он взял в руки бутылку игристого и повертел в руках с видом знатока.

— М-м-м, никогда не пробовал настолько дешевое пойло. Дарья, может быть, я закажу что-то…

— И не попробуешь, — резко оборвал Даня, вырывая из его рук бутылку. — Максимум, что я могу тебе налить, — воду на пол.

— Я все еще тут, — помахала я им. — Матвеев, разливай свое вино. Сейчас вернусь.

И я пошла за третьим бокалом, надеясь, что эти двое ничего не сделают друг другу за те полминуты, которых меня не будет в гостиной. Когда я вернулась, Матвеев тоже был без футболки — она висела у него на загорелом широком плече. Теперь в моей гостиной сидели сразу двое полуобнаженных парней. И, надо заметить, красивых — каждый по-своему.

Огонь против льда. Камень против железа. Серые глаза против карих глаз. В общем, два дурака. Но дурака, на которых приятно смотреть.

— А с тобой что? — спросила я Клоуна удивленно.

— Стало жарко, — нахально сообщил он. — Может, и ты присоединишься?

Влад недовольно на него глянул.

— Ты не мог бы сделать одолжение и заткнуться? — попросил он.

— А ты не мог бы свалить? Я хочу пообщаться с Дашкой, а не с тобой.

— А я хочу, чтобы вы вели себя нормально, — устало сказала я, чувствуя себя воспитательницей в детском саду. — Матвеев, оденься.

— Ему можно ходить без майки, а мне нет? — нахмурился Даня.

— Влад пролил на себя кофе, — поведала я. — А я стираю его одежду.

— И всего-то? — обрадовался Клоун. — Черт, а я-то думал…

Пока Влад не видел, я пнула Матвеева по ноге. Что он там думал, извращенец?

— Тебе не идет думать, — заметил Влад.

— А тебе не идет существование, но я же молчу, — широко улыбнулся Даня. — Дашка, не смотри на меня так! Мы не ругаемся, просто ведем беседу. Так, надо вино открыть. Чувак, если я тебе в глаз попаду пробкой, ты не думай, что я со зла. Просто предчувствие у меня какое-то плохое…

— Он действительно особенный, — делая вид, что не замечает Матвеева, сказал Влад, обращаясь ко мне. Даня хмыкнул, но ничего не сказал. Он умело открыл игристое и разлил его по бокалам под моим пристальным взглядом.

— Давайте выпьем за то, чтобы каждый из нас нашел свой путь, — провозгласил Даня. — А ты, чувак, нашел путь из этой квартиры куда-нибудь подальше.

— Я тебе прямо сейчас направление подсказать могу, — живо отреагировал Влад. — Только намекни.

— Начинается, — свела я брови и сделала маленький глоток вина — оно оказалось прохладным и приятным на вкус.

— Лучше, чем водка? — насмешливо спросил Даня.

Я вспыхнула.

— Вообще-то я не пью.

— Да-да, я помню.

Влад к игристому едва притронулся — сделал глоток и поставил бокал на столик. Даня, впрочем, тоже не пил. Мне вообще показалось, что вино было лишь поводом зайти ко мне домой. И теперь Матвеев с легкой душой что-то рассказывал, то и дело задевая Влада. А потом и вовсе уселся рядом со мной — так близко, что наши предплечья соприкоснулись. Савицкому это не нравилось. И я, чтобы не вызывать конфликта, отодвинулась от Дани, хотя, надо сказать, его близость будила во мне волнение.

Когда в домофон неожиданно позвонили, я вздрогнула. И Влад, не отрывающий от меня взгляда, тоже.

— А вот и пицца! — обрадовался Даня и вскочил с места. — Сиди, Дашка, сам открою.

— Пытается показать, что он здесь хозяин. — Узкие губы Влада тронула улыбка. — Забавно.

— У Дани просто своеобразное чувство юмора, — отмахнулась я, порядком устав от этой ситуации.

— Я бы сказал, своеобразное чувство ревности, — усмехнулся Савицкий. — Он очень тебя ревнует, Дарья. И надеюсь, что не зря.

Минута — и Даня появился в гостиной с двумя коробками, в которых лежала горячая пицца. Проходя мимо Влада, он сделал вид, что плюнул ему на волосы, и я украдкой постучала пальцем по лбу, говоря ему: «Ты что делаешь?» Матвеев лишь обаятельно улыбнулся.

Это был самый странный ужин в моей жизни. Я и два полуобнаженных парня, каждый из которых по-своему нравился мне, сидели в гостиной, ели пиццу, пили колу и… молчали. Стоило мне завести разговор, как они начинали в буквальном смысле нарываться на драку друг с другом. А стоило