Елена Веснина - Преодоление преград

— Что за шутки, Женя? — возмутился Буравин.

— А вы разве не знаете? Лешка пошел! Сам! Я пришел к нему, а он по комнате туда-сюда ходит, его к Маше не пускали, а она уезжать собралась. А кто ее остановит, кроме Лешки? Вот мы и переоделись!

Полина, прослушав этот, как ей казалось, бред, обратилась к здравомыслящему Буравину:

— Я с ума сейчас сойду. Где мой сын?

— Скорее всего, с Машей. Если успел догнать ее поезд, — быстро ответил Женя. — Вы не переживайте за Лешку, он в порядке. А про его здоровье поговорите с врачом.

И они с Ксюхой ушли.

— И что мне теперь делать? — растерялась Полина.

— Женька прав: сначала поговорим с врачом, выясним; что здесь на самом деле произошло. А потом поедем к Маше. Или на вокзал. Или где там он" еще ее поезд догоняет… Все будет хорошо, Полина.

И они пошли к врачу.

— Павел Федорович, что с Лешей? Его друг сказал, что он куда-то ушел из больницы! Самостоятельно… — волновалась Полина.

— Что я могу сообщить вам, Полина Константиновна? Сила любви, так сказать…

— Но это правда? Он встал и пошел?

— Побежал, я бы уточнил. Так, что даже никто из медперсонала ничего не заметил. И все ради своей Маши, — улыбнулся врач.

— Поверить не могу. Боже, это просто чудо.

— Согласен, Полина Константиновна.

— Я должна сказать Борису. Он не знает.

Полина стала звонить Самойлову. Но тот, выслушав Полину, сказал, что сейчас занят и подъедет позже.

— Какие могут быть дела, Боря? Что может быть важнее нашего сына? Я тебя не понимаю! — возмутилась Полина. Но Самойлов уже отключил телефон. Важнее сына был только другой сын, но Полина не знала, что происходит с Костей.

Самойлов искал пути спасения пусть и виновного, но все-таки его сына. Он попросил еще об одной встрече с Ириной.

Ирина была рада встрече:

— Здравствуй, Боря! Спасибо, что не забываешь меня. Ты расстроен? Что-то случилось?

— Случилось. На этот раз, Ириша, я пришел к тебе с просьбой.

— С просьбой? Но чем я могу помочь? Отсюда… — Ирина обвела рукой комнату свиданий.

— Только ты можешь вытащить Костю.

— Откуда вытащить? — не поняла Ирина. — Он что, попал в милицию? Что он натворил?

— Костя арестован, сейчас он — у следователя. Его обвиняют в похищении Леши.

— Какой ужас… Я очень сочувствую тебе, Боря. Но не понимаю, чем могу помочь.

— Ты можешь засвидетельствовать, что не Костя был заказчиком похищения Леши.

— А кто был заказчиком? — Ирина внимательно посмотрела на Самойлова, будто пытаясь угадать его мысли.

— Ира, твоему Якову, царствие небесное, уже все равно… Скажи, что это он заказал Лешу смотрителю, спаси Костю. Прошу тебя, не отказывай мне.

Ирина вдруг засмеялась.

— Не понимаю, что смешного в моей просьбе спасти Костю? — нахмурился Самойлов.

— Боря, ты просто не представляешь, насколько попал в точку: ведь на самом деле именно Яша и заказал похищение Леши. Яша думал, что Леша знает, где находятся пропавшие бриллианты. Похитив Лешу, он надеялся это выяснить.

— Ты об этом знала и ничего мне не сказала! Вся наша семья чуть с ума не сошла, разыскивая Алешу!

— Боря, у меня не было другого выхода. Я не могла никому ничего сказать, иначе моя жизнь оказалась бы под угрозой.

— Яков тебе угрожал? — вдруг понял Самойлов.

— Ты просто не представляешь, с кем мне приходилось жить! Яша был просто чудовищем, несколько судимостей, разбои, грабежи… Если бы я только слово вякнула, он бы меня убил.

— А потом? Когда Яков умер?

— Я хотела сказать. Но подумала: Леша нашелся, Яша — умер! А нет человека — нет проблемы. Я и предположить не могла, что подозрение может пасть на Костю!

— Прошу тебя, помоги ему. Ирина уже приняла решение.

— Господин конвоир, передайте, пожалуйста, Григорию Тимофеевичу, что мне нужно срочно с ним поговорить, — громко сказала она.

Зинаида взволнованно ходила по кухне.

— Как думаешь, успеет Леша догнать Машу, уговорит не уезжать? — спросила она Сан Саныча.

— Мы ничего не узнаем, Зина, пока Леша не придет. Не нужно впустую нервы тратить. Давай чаю попьем.

— А вдруг, если он догнал Машу, она не послушала его, не осталась? — строила свои предположения Зинаида." — Никогда не думала, что она сможет вот так взять и уехать. Как же ей тяжело было, если она приняла такое решение…

Но тут в дом вошли счастливые Маша и Леша.

— А вот и они! — обрадовался Сан Саныч. — Легки на помине!

— Даже не знаю, что сказать, — растерялась Зинаида.

— Да что тут говорить, Зина! Одно слово — совет да любовь, — подсказал Сан Саныч.

Допрос Кости продолжался.

— Теперь рассказывай, как ты задумал похищение брата, — требовательно сказал следователь. — Чистосердечное признание может смягчить приговор суда.

— Я не буду разговаривать в таком тоне.

— Ладно. Тогда посиди в камере, подумай. Может, после этого заговоришь.

— У меня есть право на один звонок?

— Пока не выдвинуто обвинение, нет.

— Мне нужно позвонить невесте! Она еще ничего не знает!

Следователь, подумав, разрешил позвонить. Костя схватил трубку телефона. Катя была рада слышать его голос:

— Костик, привет. Ты где? Я тебя жду, мне нужно сказать тебе что-то очень важное.

— Катя, мне тоже нужно тебе сказать… Нам с тобой придется расстаться. Я в милиции, меня арестовали.

— Ничего не понимаю… Костя, немедленно объясни, что происходит?

— Не могу, у меня мало времени. Главное: ты свободна от обязательств передо мной. В ближайшие несколько лет мы даже увидеться, наверное, не сможем. Прости, Катюша, и прощай.

Костя положил трубку. В дверь кабинета следователя заглянул конвоир:

— Григорий Тимофеевич, заключенная Ирина Гнатюк просится на внеочередной допрос.

— По поводу?

— Говорит, что хочет дать показания по делу похищения Алексея Самойлова.

— Ладно. Ведите ее. А этого, — следователь кивнул на Костю, — в камеру.

Обеспокоенная Полина приехала вместе с Буравиным в дом к Маше. Они застали там замечательную картину: старики и молодежь дружно распивали чаи, говорили о любви и выглядели по-настоящему счастливыми. Зинаида с Сан Санычем даже помолодели. Алеша с Машей сидели рядом за столом и держались за руки, что выглядело немного смешно, но одновременно и трогательно.

— Леша! — кинулась Полина к сыну. — Ты встал, сынок, ты ходишь!

— Это все благодаря Маше.

— Маша, ты — наш ангел-хранитель… — сказала Полина.

— Если я буду рядом с тобой, значит, всю оставшуюся жизнь буду здоров как бык, — сообщил Алеша Маше.

— Да я ничего не сделала! Это Леша сам! — не соглашалась Маша со своей необычной ролью в жизни Алеши.