Алёна Лепская - Рок, туше́ и белая ворона.

― Угу… ― кивнула я медленно.

― Ты определенно в хорошем настроении сегодня, мышка, я угадал?

Взяв мои руки в свои он медленно развернулся ко мне. Его взгляд из под ресниц, с высоты его роста, блуждал по моему лицу. Он слегка повёл бровью.

― Что это с тобой?

Его, немного туманно искрящийся взгляд, пробежал по моему лицу, и упал на мои губы. Осторожно, я обвила его за талию под кожанкой, сцепляя руки в замке за его спиной и задрала голову, чтобы видеть его глаза.

― Это не я, это ты. ― заявила я, немного хмурясь в обвинительной манере.

Он приобнял меня за талию одной рукой, второй заправил выбившуюся прядку за ухо, играя по серёжке из перьев, ловкими пальцами. На мгновение его взгляд стал сфокусированным и серьезным, но на губах осталась играть кривая ухмылка. Раф стянул с меня очки, на улице было солнечно и меня ослепило.

― Ну, надо же она вернулась. ― он коснулся большим пальцем моих губ, ― А то, я уже стал забывать, как она выглядит.

Я напряглась, не понимая о чём он, едва видя его. Кто вернулась? Гипомания вернулась? Я из царства льда? …Она ?

― Кто? ― шепнула я тихо.

― Улыбка, твоя.

Он мягко высвободил, пальцем, мою закушенную нижнюю губы. Я нервничаю. И не вижу нихрена.

― Я что не могу улыбаться, просто так, немножечко от счастья?

Мгновение, он молчал, наверняка удерживая мой взгляд. Он выдохнул, словно до этого затаил дыхание, и заметно расслабился в плечах, и… вообще. Я забрала свои очки и одела.

― Хорошо. ― он мягко улыбался, незримой глазу улыбкой. Я и не заметила, на сколько он был напряжён. Как собственно, не замечала и всё последнее время, вообще-то он выглядит уставшим. И небритым. Стало не по себе от этого, от этой моей жизненной концепции исключительно внутри себя. Вот и что во мне, спрашивается, может нравится, а? Долбанный вымученный эгоцентризм?

― Ты когда брился в последний раз? ― поинтересовалась я с усмешкой, мимолётно скользнув пальцами по лёгкой тёмной щетине вдоль челюсти. Он провёл по своей щеке, слегка прищурил один глаз.

― Хороший вопрос… ― пробормотал он в сторону, и оживившись, посмотрел на меня. Он склонился, я могла дрожать уже от предвкушения…

― Чёрт побери, Раф, она наверное, залетит от тебя, если ты не прекратишь так на неё смотреть! ― засмеялась Сола, рядом со мной. С ужасом синхронно уставились на подругу. Миша держащий её за ручку, стукнул себя свободной ладонью в лоб, словно извиняясь за беспардонность некоторых непосредственных дам. Сола раздражённо закатила глаза в своей манере, и потащила меня за руку, отцепляя от Рафа. Он лишь успел запечатлеть лёгкий поцелуй на моих губах. Теперь была моя очередь закатывать глаза.

― Рада видеть, что моя подружка вернулась! ― сказала Сола, держа меня под локоток, и шагая в сторону класса, ― Где это она интересно пропадала, а?

― В океане льда.

― Это где-то в твоей параллельной вселенной, надо полагать? ― осведомилась подруга.

― Верно, кори. На тёмной стороне луны.

― Так и знала, что у тебя был кризис. ― покачала она головой, досадно цокнув.

Удивительно, как эта девчонка, умудряется говорить со мной на одном языке.

― Ну, а сейчас? ― прищурилась она хитро, как лиса. Она и есть Лиса. С точки зрения тотемизма, она Бабочка, но родилась в год Лисы по зоиорайскому гороскопу.

Я не сдержала желания обернуться. Спрятав одну руку в карман, Раф склонил голову чуть влево, потирая челюсть, он о чём-то размышлял. Судя по тому, как он в пол уха слушал Мишу, а его взгляд скользил по моему силуэту, вслед, не сложно догадаться о чём, он там размышлял, выглядя как само грехопадение. Встретив его синие глаза, я вспыхнула и смутившись, отвернулась, смотря под ноги.

― Мм… в облаках.

Я попыталась удержать идиотскую улыбочку, закусив губу изнутри, но она живёт автономно от меня.

― Я заметила, ― протянула лукаво, подруга, ― Ну, и? ― заискивала она мой взгляд, ― Что я тебе говорила? ― самодовольно просияла Сола. Я саркастично повела бровью.

― Знаешь, у выражения «я же тебе говорил», есть родной брат, «заткни рот».

― Гомер Симпсон, скво? ― усмехнулась она. Она тут же немного света брови, ― Знаешь, он вроде, как… какой-то другой с тобой, не находишь?

― Хм, хотела бы я знать какой он, ― покачала я головой. Сола непонимающе нахмурилась.

― То есть?

― Ну, он бывает… разным. ― ответила я туманно.

― Или ты?

― Мм?

Сола закатила глаза в-это-же-элементарно-Ватсон-стиле.

― Брось, ясно же что вы всегда ходили по одной орбите. ― она покачала головой, словно удивляясь, ― Тебе, грустно ― он хмурится. Он злится ― ты принимаешь вызов. Ты улыбаешься ― у него дыхание замирает. По моему, вы гораздо лучше понимаете друг друга, чем сами подозревает. Как по наитию какому-то ощущаете, ей богу. Ничего не поделать, этот парень так чертовски влюблён в тебя, скво, и нечего тут больше говорить.

Я лишь слабо улыбнулась, качая головой, что тут сказать. Вообще-то ни о какой любви никто не говорил. Но иначе как сумасшедшим, этого парня не назвать, раз он променял мирный уютный свет, на мою пограничную темноту. Я в край уже сошла с ума, раз позволила себе поверить в это свершение истории. Но что я могу поделать там, где он зажёг во мне надежду на то, что будет рядом в моём бесконечном море темноты.

Раф поравнялся со мной, и моё сердце задрожало чувствуя его присутствие. Он взял меня за руку, подмигнув с роскошной улыбкой на губах. У него глаза цвета моего камня ― цвета сапфира. Непередаваемое чувство гармонии охватило меня от этой мысли.

Я мысленно поизношу его имя, предавая его звучание огранке, и оно звучит, как драгоценный камень, в моём сознании. Звучит, как мой камень, как чистейшей воды сапфир. Не могу отвести от него глаз, и я брожу по звёздам как по нотам, без кокса. Мои пластические швы, почти без остатка исчезли, так что я немного изменила имидж, отказавшись от шейных платков и сокрытия ног. Я больше не боюсь, своего отражения, правда я всё ещё выпрямляю свои кудри.

Если его нет рядом, меня ничто не радует. Но он по прежнему не знает обо мне всего, а о нём не знаю ничего. Концепция вселенной в самой себе, что б её… Тем не менее когда он со мной, моё сердце бешено колотится. И всё же мне непонятно, как ему это удаётся.

― Почему ты так смотришь? ― насторожилась я, поймав его странный взгляд на себе, в очередной раз. Он легко пожал плечами.

― Просто. Не хмурься, я просто пытаюсь понять.

― Что понять? ― спросила я, увлеченная рисованием. Он сидел напротив, я за мольбертом, читая сложные черты его лица, и запечатлевая их на полотне.