Ли Райкер - Полюбить ковбоя

– Мне кажется, это не похоже на «подлежащее – сказуемое – дополнение»! – крикнула она им. – У вас есть полчаса, чтобы закончить сочинение, до того как мы займемся проверкой математики перед завтрашней контрольной у Кена.

– «Колдун, который украл Рождество». – Денни криво ухмыльнулся, появившись на пороге кухни.

– У Тимми есть домашнее задание.

– В Суитуотере все дети отдыхают до Нового года.

– Тимми пропустил неделю, пока мы были в Вегасе. – Эрин получала задания вместе со всеми учениками, но почему-то на домашние работы никогда не хватало времени, и в конце концов она отказалась от такой системы. – Проще всего пустить все на самотек; но ему нужно строгое расписание.

– А как насчет обязательного часа помощи мне и Люку в конюшне?

– Хорошо, но только когда он все закончит.

– Он должен помочь нам сейчас. – Денни выразительно посмотрел на Эрин. – Нужно убрать в стойле у Сабе, а потом понадобится нам с Люком, чтобы держать гвозди и подавать инструмент, когда мы будем сбивать другие стойла.

– Они тебе не понадобятся до весны.

– Дело должно быть сделано сейчас, до того как мы оба найдем работу на остаток зимы.

Эрин начала говорить что-то вроде «какую работу?», но оборвала себя, вспомнив, что не раз видела, как он читал объявления в газетах Бьютта, Бозмена и Диллона, и слышала, как и он, и Люк вели переговоры по телефону. Если им не удастся ничего найти, отправятся ли они снова на Юг? Прошлой зимой они оба работали в Техасе у поставщика скота; на несколько других зимних сезонов Люк и Денни, как и многие другие ковбои, нанимались на съемки вестернов в Голливуде, а иногда им оставалась только временная работа на строительстве.

– Тимми может присоединиться к вам в конюшне, после того как закончит сочинение. Его математика…

– Математика тем более может подождать, – перебил ее Денни, – а ты можешь сказать Кену, что с сегодняшнего дня я буду учить Тимми считать. Будь я проклят, если позволю Кену околачиваться в доме, поторапливать меня с деньгами, которых у меня нет, и создавать у моего ребенка представление, что его отец не может к двум прибавить два.

Эрин знала, что Денни отдавал брату каждый цент, который ему удавалось сэкономить, и до сих пор Кен не присылал своих риэлтеров, хотя сам приезжал довольно часто. Каждое его появление угрожало душевному покою не только Эрин, но и Мег; однако во время рождественского обеда он оставался вежливым, но вскоре уехал, даже не поцеловав мать на прощание.

– Я знаю, – Эрин вздохнула и положила руки на бедра, – ты не одобряешь домашнего обучения, но в данный момент это наилучший выход, без всяких шуток. – Она указала рукой на заснеженный двор за кухонной дверью. – Если только ты не собираешься в течение следующих четырех месяцев каждое утро расчищать эту подъездную аллею и всю дорогу до общественной школы в Диллоне.

– Но иначе все мы заболеем, сидя взаперти. – Он повернулся и открыл дверь. – Могу пояснить. Мы – это трое: семилетний мальчик, женщина, поступающая только по-своему, и мужчина, который намерен быть частью этой семьи. Я понимаю, ты к этому не привыкла, но именно так будет.

Эрин некоторое время смотрела на закрывшуюся за Денни дверь, а потом повернулась к окну и наблюдала, как он шагает к конюшне, не обращая внимания на то, что дорожку, которую он вычистил перед ленчем, уже снова занесло снегом. Долгое время она полагалась только на себя и привыкла самостоятельно, тщательно все взвешивая, принимать решения – во всяком случае, большую их часть, – касающиеся ее и Тимми. Ей приходилось тяжело, когда Денни совершал регулярные поездки, чтобы закончить сезон, потребовалось время, чтобы решиться принять на помощь Мег в магазине, а теперь, когда ее собственный муж остается дома насовсем, оказывается, она должна снова перестраиваться.

К утру накануне Нового года Денни вычистил и привел в порядок в конюшне все до последнего квадратного дюйма. Взяв у Эрин ее джип, имевший привод на все четыре колеса, они с Люком, застревая временами в снегу, объехали изгороди, останавливаясь, чтобы то подпереть столб, то подтянуть ослабшую проволоку. Ни один из них не был приучен к праздности и не мог долго сидеть на одном месте. Денни понимал, что Люка уже начинало раздражать их длительное пребывание в закрытом помещении, вызванное необычайно холодной для Парадиз-Вэлли зимой и рекордным количеством выпавшего снега. С самим Денни происходило то же самое, и упрямство Эрин не служило ему поддержкой.

Несмотря на то что он не добился в Лас-Вегасе полной победы, несмотря на трагический случай, свидетелем которого он оказался там, несмотря на то что объявил эти финалы последними в своей карьере, Денни иногда настолько скучал по арене, что почти ощущал себя на ней, а иногда…

Сейчас он повернулся в постели и прижался к плечу Эрин, имевшему резкий душистый запах.

– Снова идет снег, – прошептала она, лежа на боку и тесно прижавшись спиной к Денни.

– Вот и еще один повод остаться в постели. – На Рождество Денни подарил Эрин новый матрац, который, словно теплое облако, согревал и одновременно убаюкивал его тело.

– Некоторым нужно идти на работу.

– Это укор? – Денни замер у нее на плече.

– Нет, констатация факта, но по случаю праздников я закроюсь пораньше. Тебе нужен джип?

– Да, – ответил он, приняв для себя решение. Вставая с постели, Денни, нахмурившись, подумал, что в по-следнее время все свои решения принимал в соответствии с желаниями Эрин. – Я подброшу тебя до магазина. – Его мать собиралась остаться дома и заняться с Тимми игрой на пианино и рисованием; Денни сомневался, что это пригодится его сыну в дальнейшем, но они были частью программы, в которой он не разбирался. – А потом мне нужно поговорить с Кеном.

По дороге через город джип буксовал и скользил по слякоти на Дентон-стрит, и никто из них не нарушал молчания.

– Я заеду за тобой в четыре, – сказал Денни, высаживая Эрин, но она даже не помахала ему на прощание.

К тому времени когда он добрался до офиса брата на строительной площадке в Диллоне, Денни был уже на взводе, и белый автоприцеп с серым металлическим столом и громоздкими, тоже металлическими шкафами для бумаг не способствовал успокоению.

– Малыш Денни, – приветствовал его Кен, приподняв кружку с кофе, – не думал, что ты так рано встаешь.

– Трудно спать, когда все время думаешь о том, что однажды утром проснешься и услышишь, как во дворе под окном моей спальни прибивают объявление «Продается…»

Кен отвел взгляд и жестом указал на кофейник. Денни налил себе чашку кофе, чтобы согреться: за время поездки у него окоченели руки и замерз кончик носа – обогреватель джипа нуждался в ремонте.