Рут Харрис - Любовь и деньги

Стэн моложе не становился, и если с ним что-нибудь случится, она юридически ни на что не имеет нрава. В случае, если он будет жив и здоров и его ждет долголетие, она так и останется всего лишь высокооплачиваемой сотрудницей фирмы, которая спит со своим боссом. Она продолжала просить, даже умолять его сделать ее вице-президентом фирмы, а он, пользуясь своим единоначалием, неизменно отказывал ей. Отчаявшись добиться от него чего-нибудь, она предложила выкупить часть акций его фирмы.

– Я не прошу тебя подарить их мне, ни в коем случае, – горячо убеждала она его и приходила в отчаяние, когда он, глядя в пол и переступая с ноги на ногу, мямлил что-то вроде того, что он подумает.

– Я хочу купить их, – настаивала она.

– Знаю, слышал. Я сказал тебе, что подумаю, – отвечал он раздраженно, чувствуя, что привычным удобным отношениям приходит конец.

Покойное состояние удовлетворения, что его любят две женщины, сменилось беспокойным сознанием, что он сам любит и ту, и другую. Обе они могли предъявлять на него права, а он к этому не был готов. Скандал назревал. До Флоренс не могли не доходить слухи и сплетни, она не раз требовала объяснить, в чем дело, где он бывает, с кем встречается. Лана грозилась рассказать всю правду Флоренс, если он не выполнит свои обязательства перед ней. Стэн боялся развода – это было бы для него финансовой и эмоциональной катастрофой. Он также боялся потерять Лану. Он любил ее, как не любил до нее никого. Но удар, нанесенный его самолюбию, не позволял ему до конца разобраться в своих чувствах к Лане.

Лана мучилась в бессильном гневе, что не может сломить его упорного нежелания понять справедливость ее требований, а Стэн порой испытывал глубокую усталость и боль и, раздираемый противоречивыми чувствами, тосковал по Лане и сопротивлялся ей. Что бы Лана ни говорила, он по-прежнему отвечал уклончиво и неопределенно. Он никак не мог принять решение, способное примирить двух женщин, к которым был привязан, жену и любовницу. Он не мог ни с кем разделить ни свою славу, ни деньги. Кончился 1972 год, пришел год 1973-й. Стэн, казалось, не собирался что-либо менять в сложившейся ситуации, он медлил принимать какое-либо решение.

Лана была в отчаянии и готова была судиться с ним за свои моральные права. Она проконсультировалась с тремя адвокатами, и каждый из них сказал ей одно и то же – у нее нет никаких законных прав, если речь идет о претензиях к фирме.

– Боже, не могу поверить, что я могла быть такой дурой! – говорила она матери, буквально ненавидя себя и впервые испытывая такое сильное чувство страха.

В 1974 году фирма «Премьера» совместно с Франклином Спарлингом построила фабрику на окраине Провиденса. В 1975-м рядом с ней выросли складские корпуса и причалы. Для новой фабрики первый период становлении был нелегким из-за непредвиденных осложнений и даже кризисов. Строительство складов задержал конфликт с профсоюзом, еще более осложнившийся несчастным случаем на стройке, когда погиб один рабочий и двое были ранены.

Пришло время больших забот для Стэна и Ланы, намеревавшихся еще больше укрепить положение фирмы «Премьера» и превратить ее в публичное акционерное общество. Все свое время теперь они проводили в обществе адвокатов, аудиторов и будущих гарантов, обсуждая варианты планов, предложений, стратегии. Это была хорошая школа для Ланы, ее живой ум жадно впитывал все приемы и тайны большого бизнеса.

Шестнадцатичасовой рабочий день, общение со значительным количеством людей, неизбежные конфликты и недоразумения были тяжелой нагрузкой как для тридцатилетней Ланы, так и для Стэна, которому было пятьдесят пять. Лана испытывала усталость, временами страдала бессонницей, Стэн же просто начал сдавать. Он жаловался на боли в сердце, одышку, и Лану пугала временами появлявшаяся странная мертвенная бледность вокруг рта.

– Может, тебе показаться врачу? – встревоженно говорила она, все больше обеспокоенная его видом. Она злилась на него и любила.

– Я просто устал, – резко обрывал он подобные разговоры.

Обращение к врачу он считал слабостью и мнительностью, свойственными женщинам и старикам. Он не собирался ни в чем уступать своей молодой возлюбленной, и Лана смирилась. Ей тоже не хотелось думать, что такой энергичный и крепкий мужчина, как Стэн, не выдерживает взятого ими темпа.

– Кто бы мог думать, что через год, в 1976-м, все решится само собой, неожиданно и трагично. В субботу в полночь в квартире Ланы раздался телефонный звонок. Звонил Конни Конлон.

– Стэн в больнице. Сердечный приступ. Положение серьезное, – сообщил он.

Кладя трубку на рычаг, Лана с ужасом поняла, что теряет не только любовника. Сбываются ее наихудшие опасения. Она не сомкнула глаз в эту ночь, думая, как найти выход, как защитить себя и все, что она создала за эти годы. Есть ли у нее такая возможность, какие шаги следует предпринять, и немедленно?

– Миссис Фогел?

Это было в полдень в воскресенье. Флоренс Фогел вернулась из больницы, где в отделении интенсивной терапии лежал Стэн. Услышав свое имя, она обернулась, держа в руках ключ, которым собиралась открыть входную дверь своего дома. Хотя она никогда не видела Лану Бэнтри, она сразу поняла, кто эта кричаще одетая платиновая блондинка с высокой грудью. Как всегда, сплетни были беспощадно точны.

– Мой муж серьезно болен, – ответила Флоренс Фогел с достоинством. – Я думаю, нам с вами не о чем разговаривать.

С этими словами она повернулась к Лане спиной и стала открывать дверь.

– Простите, но вы ошибаетесь, миссис Фогел, – вежливо, но настойчиво произнесла Лана и приблизилась к ней. – Если вы умны, а мне кажется, что это так, вы пригласите меня в дом.

Выражение лица соперницы и спокойная решимость в ее голосе убедили Флоренс, что, пожалуй, так и следует поступить в данной ситуации. С великой неохотой она открыла перед Ланой дверь дома, в котором они со Стэном прожили столько лет.

Переступив порог, Лана, окинув взглядом холл, мысленно представила себе, что в этом доме она могла бы стать хозяйкой, если бы приняла предложение Стэна.

Ведь он хотел развестись с женой и жениться на ней, Лане. Все было бы теперь куда проще. Она была бы законной женой, а не нищей просительницей. Закон и традиции были бы на ее стороне. А теперь она вынуждена выбирать рискованный и опасный путь защиты своих прав. Через красивый холл Лана проследовала за Флоренс в гостиную. Сердце ее отчаянно билось.

XIV. И ХОРОШЕЕ, И ПЛОХОЕ

Флоренс Фогел, пышногрудая, крепкая на вид женщина, в темно-синем элегантном платье и таком же жакете, не производила впечатление полной. Короткие, умело подкрашенные волосы были красиво причесаны, легкая косметика лишь подчеркивала естественную миловидность лица.