Американские дикари - Дж. Дж. МакЭвой

своим эмоциям взять надо мной верх, не сейчас, когда Итан здесь.

Только что прибыл Нил, и нас перевели в отдельную комнату ожидания, но в этот раз из-за Монте. Он получил три пули, защищая Эвелин и Итана, и сейчас находился в операционной. Я передала Итана Нилу, который посмотрел на меня. Его глаза были красными и опухшими, и слезы не переставали литься, он не мог их контролировать.

Он обхватил Итана руками, убедившись, что он в достаточной безопасности, когда сел. Эвелин спала, свернувшись калачиком рядом с ним. Я дала ей немного успокоительного, чтобы она отдохнула.

— Я поищу Итана. Скоро вернусь, — прошептала я.

Кейн кивнул, уже стоя на страже.

Идя по коридору, я подождала, пока не окажусь вне пределов видимости и слышимости. Затем я нырнула в пустую комнату, остановившись лишь на мгновение, чтобы убедиться, что я была совершенно одна, прежде чем выпустить все наружу; я закричала. Я кричала и била кулаком по стене снова и снова, пока костяшки моих пальцев не онемели, не окровавились и не обнажились. Авиан прислал нам изображение Итана и Эвелин с сообщением, в котором говорилось: До свидания.

А теперь… теперь Седрика не стало.

Вот так просто. Он не только убил его — были найдены еще десять пуль, три из которых были в Монте, одна в Седрике, остальные были в случайных прохожих и водителе, который в въехал в здание. И теперь тело Седрика было здесь, в морге, и я не могла…

Черт, это больно.

Сделав глубокий вдох, я последовала за синими стрелками и спустилась на лифте вниз. Когда я шла по тихому коридору, пахло настоящей смертью. И там я нашла его, напряженно стоящего над столом. Войдя в комнату, я вздохнула с облегчением от того факта, что он не расстегнул молнию на пакете самостоятельно. Его рука, которая казалась бледнее, чем я помнила, зависла над пакетом. Он был напуган, но я знала, что он не поверит, пока не увидит тело Седрика собственными глазами.

Подойдя ближе, я медленно расстегнула молнию, и Лиам убрал руку. Я не хотела, чтобы он его видел, по крайней мере, если он не хотел, поэтому я позволила своему телу заслонить ему обзор.

— Я готов.

Нет, это не так.

Никто из нас не был, что бы мы ни говорили. Отодвинувшись, я позволила ему увидеть единственное пулевое ранение в центре головы его отца. Тело Лиама наклонилось вперед, когда его ноги ослабли, но я удержала его, когда рыдания вырвались из его тела; не только изо рта, все его тело сотрясали болезненные рыдания, от которых у меня сжалось горло и защипало глаза. Он открыто плакал в моих объятиях, прежде чем, наконец, повернуться лицом к своему отцу. Он поцеловал его в щеку и крепко обнял.

— Прости. Мне так жаль, папа. Мне так жаль. — Он заплакал.

Мне было все равно, что он сказал; мы возвращаемся домой.

Он заберет своего отца домой, в Чикаго, где ему самое место. Мы отомстим, он нуждался в этом, и, честно говоря, я тоже. Мы все.

Кто-то все равно должен был рассказать Деклану и Коралине… И я знала, что этим кем-то была бы я.

Держась за своего мужа, я почувствовала жгучую потребность. Что-то похожее на адреналин, но более темное, гораздо более мстительное закачалось в моих венах, и я молча пообещала: Больше никогда!

ГЛАВА 26

«Сердца могут разбиваться. Да, сердца могут разбиваться. Иногда я думаю, что было бы лучше, если бы мы умерли, когда умерли они, но мы не умираем».

— Стивен Кинг

КОРАЛИНА

Вытирание моего лица снова и снова не помогало. Казалось, ничто не могло притупить боль или остановить слезы. Я сидела на краю нашей кровати, ожидая своего мужа. Он мог быть здесь в любой момент, и мне нужно было быть сильной ради него, но проклятые слезы не переставали литься. Когда дверь дрогнула, я быстро села, уперев руки в бока.

— Ты видела новости? Мел и Лиам сумасшедшие. Я знаменит, детка… Ну, мой пистолет и мой измененный голос. Кто знал, что будет так легко… — Он сделал паузу, снимая обувь и оглядывая меня. — Что случилось?

Я ничего не сказала, решив вместо этого подойти к нему, я обхватила его лицо руками и крепко поцеловала. Он притянул меня к себе и обхватил руками мое тело, прежде чем отстранился и улыбнулся.

— Что я сделал, чтобы заслужить это? Дай мне знать, чтобы я мог сделать это снова!

Я не хотела этого делать. Я не могу так поступить с ним. Он потерял человека, который приютил его и относился к нему как к родному сыну всю свою жизнь — он потерял своего настоящего отца. Слезы вернулись, когда я прикусила язык. Мел сказала по телефону, чтобы я просто все сказала, что будет больно, независимо от того, как я сообщу новости, но я не хотела видеть, как ему больно.

— Коралина, поговори со мной, пожалуйста, — прошептал он, положив руку на мое лицо. — Я что-то сделал? Я знаю, что был чрезмерно заботлив, но я ничего не могу с этим поделать, я просто беспокоюсь о тебе…

Я приложила палец к его губам и сделала глубокий вдох.

— Мел и Лиам возвращаются завтра утром.

— Что? Почему?

— Детка, мне так жаль. Седрик умер, — я позволила словам вырваться наружу.

Его глаза расширились, когда он отступил от меня на шаг.

Все, что мне сказали, слетело с моих губ.

— Авиан пытался убить Эвелин и Итана, но Седрик оттолкнул их и… и получил пулю… Он так и не поднялся. Мел…

— Остановись! — Деклан закричал на меня.

Я попыталась дотянуться до него, но он оттолкнул меня, качая головой.

— Что ты говоришь? Что? Я не…Я не понимаю. Я разговаривал с ним и Эвелин несколько часов назад. Почему ты это говоришь?

— Деклан.

— Нет, это безумие. Ты ошибаешься. — Он огрызнулся на меня, когда я снова придвинулась к