Связанные прошлым - Кора Рейли

ним, явно желая заглянуть внутрь и проверить, как там ее дочь.

Через несколько минут появился Данило с мрачным выражением лица и обручальным кольцом Серафины на плоской ладони, словно памятником о том, что было раньше. Он поднял голову.

— Серафина, не выйдет за меня замуж, — его глаза встретились с моими. — Мне нужно поговорить с отцом.

Он зашагал прочь, уже доставая свой телефон.

— Мне нужно поговорить с ней, — сказал я.

— Позволь мне сначала поговорить с ней. Мне нужно убедиться, что она в порядке, после разговора с Данило.

Я кивнул, и Инес проскользнула в кабинет.

— Манчини это не понравится, — тихо сказал Пьетро. — Наши семьи должны были стать единым целым ради укрепления Наряда. Индианаполис самый значимый город Наряда.

— Давай не будем сейчас об этом беспокоиться.

Наконец Инес вышла, печально сжав губы.

— Пожалуйста, будь осторожен, Данте, — мягко сказала она. — Она уже достаточно натерпелась.

— Я знаю. Но если мы хотим получить шанс отомстить Римо за то, что он сделал с ней, мне нужно собрать информацию.

Инес кивнула, затем отступила назад и наконец позволила мне войти в кабинет.

Серафина стояла у окна, выглядя молодой и потерянной. Я тихо прикрыл за собой дверь. Она подняла голову. Мой взгляд метнулся к ее горлу, и она прижала руку к этому месту, покраснев от стыда.

— Не надо, — мой голос прозвучал резче, чем предполагалось.

Я придвинулся поближе к племяннице, внимательно наблюдая за ней, чтобы понять, комфортно ли ей находиться рядом со мной. Она избегала Данило, и я не был уверен, насколько сильна ее травма.

— Не стыдись того, что тебе навязали, — добавил я более мягким голосом, хотя это стоило немалых усилий, потому что вид Серафины в таком состоянии всколыхнул во мне ярость. — Не хочу вскрывать болезненные раны, Серафина, но я, как Капо Наряда, должен знать все, что ты знаешь о Каморре, чтобы я мог уничтожить их и убить Римо Фальконе.

Серафина избегала моего взгляда.

— Не думаю, что знаю что-нибудь, что поможет тебе.

— Каждая мелочь поможет. Привычки. Динамика отношений между братьями. Слабости Римо. Планировка особняка.

— Римо не доверяет никому, кроме своих братьев и Фабиано. Он умрет за них, — прошептала она.

Я и сам это подозревал. Римо не был таким уж непобедимым, как ему казалось. Если он заботился о своих братьях каким-то извращенным способом, на который был способен, это означало, что он был открыт для нападения.

Серафина продолжила, по-прежнему не глядя в мою сторону.

— Кроме семьи, в особняк допускаются только Фабиано и Леона, а иногда и уборщики. Римо всегда держит при себе нож и пистолет. Он чутко спит… — она съежилась от того, что открыла.

Я подозревал, что Римо затащил ее в свою постель. Похитители часто играли со своими жертвами, попеременно обращаясь с ними, как с грязью, а затем показывая им намеки на доброту, завоевывая их доверие. Стокгольмский синдром основан на данной тактике. Жертвы в конечном счете обвиняли себя в изнасиловании и даже пытались убедить себя, что они этого хотели, или подавали своим похитителям сигналы, свидетельствующие о согласии, хотя ни то, ни другое не имело места.

Серафина задрожала, ее лицо исказилось от чувства вины и стыда.

Я подошел ближе и осторожно коснулся ее плеча.

— Серафина.

Она удивила меня, прильнув ко мне. Я обхватил ее голову руками, пытаясь утешить.

— Что мне делать? Как буду принадлежать это месту снова? Все будут смотреть на меня с отвращением.

Обвинить жертву всегда было легко.

— Если кто-нибудь узнает, дай мне знать, и я с ними разберусь. — Серафина кивнула. — И ты никогда не переставала принадлежать этому месту. Ты — часть Наряда, часть этой семьи, ничего не поменялось.

И тем не менее все так и было. Мы все семья. Серафина наша семья. Никто из нас не остался равнодушным к ужасам, которые навлек на нас Римо Фальконе.

* * *

Данило попросил о встрече. Естественно, я этого ожидал.

Мы все собрались в кабинете Пьетро. К этому времени Пьетро, по крайней мере, убрал часть обломков, оставленных Данило во время его ярости после простыней, но место все еще было в беспорядке. Пьетро опустился за свой стол, а Сэмюэль стоял у окна, засунув руки в карманы брюк.

Мы с Данило сели в кресла напротив друг друга. Было уже больше десяти вечера, но ни один из нас не горел желанием спать.

Данило глубоко вздохнул, вертя в пальцах обручальное кольцо.

— Мой отец настаивает, чтобы я женился на ком-нибудь из вашей семьи, — сказал он. — Связь между нашими семьями необходима, особенно сейчас.

Он был прав. Нам нужно было продемонстрировать солидарность, чтобы утихомирить несогласные голоса. Я бы предпочел не заставлять их замолчать с помощью насилия. Нам нужен был каждый человек в наших рядах, чтобы сражаться с Каморрой и Фамильей.

Пьетро вздохнул и тяжело опустился в кресло. Сэмюэль сердито покачал головой.

— Серафина не выйдет замуж. Ей нужно время прийти в себя.

— Есть и другие варианты, — сказал я.

Глаза Данило вспыхнули.

— Какие еще варианты? Я не приму дочь какого-нибудь другого Младшего Босса. Мой город важен. Я не соглашусь на меньшее, чем было обещано!

Я сузил глаза.

— Следи за своим тоном, Данило. Я понимаю, что это сложная ситуация, но тем не менее я ожидаю уважения.

Данило сердито посмотрел на свой кулак, в котором лежало кольцо.

— Я не собираюсь соглашаться на меньшее, чем связь с вашей семьей.

— Ты не можешь получить Фину! — повторил Сэмюэль, делая шаг вперед, и лицо его исказилось от гнева.

Я жестом показал ему, чтобы он держался подальше.

— Ты так же не можешь получить Анну, — резко сказал я.

Я не был уверен, что он намекал именно на это. Но я не стал бы обещать свою дочь Данило, не глядя в его затравленные, злые глаза, не тогда, когда я знал, что он хочет Серафину.

Данило встал.

— Тебе нужна моя поддержка в этой войне. Тебе нужна крепкая семья за твоей спиной.

— Это угроза? — прорычал я.

Данило горько усмехнулся.

— Это факт, Данте. Я считаю, что ты хороший Капо, но я настаиваю, чтобы моя семья получила то, что заслуживает. На меньшее я не соглашусь.

— Я не стану принуждать Фину к браку, особенно после того, что ей пришлось пережить, — сказал Пьетро.

Я молча кивнул.

— Я согласен.

Данило сунул руки в карманы.

— Значит, мы зашли в тупик.

Я обменялся взглядом с Пьетро, который на мгновение закрыл глаза. Он вскочил на ноги и повернулся к нам спиной.

— Это то, о чем ты