Вирджиния Эндрюс - Шепот в ночи

– Достань мою пилочку, – приказала она. Увидев, что я не двигаюсь, она улыбнулась. – Мне следует позвонить прямо Филипу и доставить тебя назад к нему. Может, это то, что тебе нужно… настоящее образование. Он, возможно, привяжет тебя к постели и будет приходить к тебе каждую ночь и заниматься с тобой этим разными способами, пока…

– Прекрати! Ты отвратительна!

– Пилку, – холодно повторила она.

Когда я открыла дверь ванной комнаты, я увидела, что ее приятель лежит в кровати под одеялом. Его глаза тот час же открылись.

– Я голоден, Ферн, – позвал он.

– Потерпи, – ответила она. – Я еще не закончила свои утренние процедуры.

Я взяла ее сумку и нашла пилочку.

– Сначала вытри мне ноги, идиотка, – сказала она, когда я опустилась на колени, чтобы обработать ей ногти. Я взяла полотенце и вытерла их.

– Гм, так-то лучше. Приятно, когда с тобой обращаются как с королевской особой. Я всегда завидовала тебе, принцесса.

– Со мной никогда не обращались как с королевской особой, – возразила я.

– Гм. Хорошенько потрудись над ногтями. Никогда не знаешь, кто может их увидеть.

Слезы навернулись мне на глаза. Я пыталась сдержать их, чтобы они не мешали мне подпиливать ее ногти. Пока я занималась ими, она лежала, закрыв глаза и нежась в теплой воде.

– Мортон! – неожиданно заорала она – Мортон!

– Что?

– Поднимайся, спустись вниз и скажи моей тетке, что я хочу на завтрак яичницу из двух яиц с беконом.

Проверь, есть ли свежий хлеб. Если нет, пошли Лютера за ним в город.

– Хорошо, – отозвался Мортон.

– У Лютера нет времени на выполнение подобных поручений, – пробормотала я.

– Правда? Ну, лучше будет, если он найдет время.

– Зачем ты их так дразнишь? Они такие беззащитные и достаточно настрадались. Они…

– Как вас не тошнит вот так прикидываться! – возмутилась тетя Ферн.

– Мы не прикидываемся. Гейвин помогает Лютеру в его работе, я убирала в доме и помогала тете Шарлотте готовить…

– О, ты же такая чудесная! Я все время забываю.

– Мортон! – закричала она. – Ты встал?

– Встал, встал, – ответил он. – Мне нужна ванна. Я хочу умыться, побриться и…

– Ну, найди другую. Мы будем заняты еще некоторое время. Принцесса собирается также сделать мне маникюр. – Она улыбнулась. – Так ведь, принцесса?

Я не ответила. Я закончила с ее ногтями на ногах и отвернулась, чтобы она не видела моих слез и не радовалась, что ей удалось довести меня до этого. Я глубоко вздохнула. Они наверняка уедут сегодня отсюда, думала я, и мы наконец от них избавимся. Что касалось меня, то я не огорчилась бы, если бы избавилась от своей тети навсегда. Фактически я этого хотела. Я понимала, как это огорчило бы папу, если бы он узнал, что я ненавижу его сестру, но я не могла сдерживать себя.

Тетя Ферн заставила сделать ей маникюр. Она продолжала расспрашивать меня о подробностях сексуального нападения дяди Филипа, но мои ответы ее не удовлетворили, и она бросила это занятие. Потом мне пришлось разложить ее одежду. Она потребовала, чтобы я, пока она одевается, прибрала ее постель и привела в порядок ванную комнату. Ей нравилось наблюдать меня в качестве служанки. Наконец мы спустились вниз позавтракать. Ее приятель сидел за столом и изучал карту автодорог.

– Ты послал Лютера за свежим хлебом? – спросила тетя Ферн.

– Я не смог его найти, а твоя тетя не слишком-то мне в этом помогала, – ответил он. – Она на улице с Гейвином, Джефферсоном и с кем-то еще красит сарай. В зеленый цвет, – добавил он и рассмеялся.

– Красят сарай в зеленый цвет? Думаю, нам лучше позвонить в ближайший сумасшедший дом и попросить их прислать машину, – сострила тетя Ферн.

– Они счастливы здесь, тетя Ферн, и ни для кого не опасны, – сказала я.

– Как насчет того, чтобы поехать в город и позавтракать в ресторане, – предложил Мортон.

– В этом нет необходимости. Моя племянница может приготовить яичницу. Она уже доказала, что может готовить кофе. Я люблю яичницу всмятку, – приказала она. – Смотри, не высуши ее как бумагу. Ну, – протянула она, видя, что я не сразу двинулась с места. – Накорми нас. Бедняжка Мортон умирает с голода. Чем ты занят? – спросила она, подходя к нему.

– Просчитываю, как нам лучше попасть на основную магистраль.

– У нас есть время. Разве ты не хочешь провести часть каникул с этими людьми?

– Конечно, – кивнул он. – Но как долго ты хочешь здесь оставаться?

Я затаила дыхание.

– Пока не заскучаю, – ответила она. – Кроме того, – добавила тетя Ферн, улыбаясь мне, – мы не хотим оставить мою бедную племянницу, когда она нуждается в нас больше всего, правда? О, ты еще не знаешь, почему она убежала из дома. Ну, как-то ночью…

Я выронила яйцо, оно шлепнулось на пол и разбилось.

– Тетя Ферн!

– Посмотри, что ты наделала, – сказала тетя Ферн. – Мисс Криворучка! Ну, собери его, Кристи. Это будет твое, – она рассмеялась.

Я с ненавистью посмотрела на нее. Это была последняя капля в чаше моего терпения, но одного взгляда на ее лицо было достаточно, чтобы понять, что именно этого она и добивается. Она искала возможность, чтобы сделать жалкой жизнь всех окружающих, такой же жалкой, как ее собственная. Я закусила губу и подавила свою гордость.

– Так почему она убежала? – спросил Мортон.

– Неважно. Это наше личное дело, правильно, принцесса?

Я тряпкой собрала разбитое яйцо и старалась не обращать на нее внимания, но она не отставала. Она была тем человеком, которому нравилось сыпать соль на раны других. Мне пришлось признать, что она не сожалеет о том, что случилось со мной. Она занята собой, и в ней нет места для сожалений.

– Правильно?

– Да, тетя Ферн, – кивнула я, глотая слезы.

Я поняла, что убегая из одной ужасной западни, я попала в другую. Каждый раз, когда я разрывала одно звено в этой цепи, которая приковала меня к проклятью нашей семьи, кто-то снова соединял ее. Словно я ношу кандалы на шее, руках и ногах. Медленно и механически передвигаясь, как какой-нибудь раб, я приготовила тете Ферн и ее приятелю яичницу. Я изо всех сил старалась, чтобы слезы не попали в еду.

– Почему ты не завтракаешь? – спросила тетя Ферн, когда я поставила им на стол яичницу и кофе.

– У меня нет аппетита, – сказала я.

– Ну, ты уж поешь чего-нибудь, – настаивала она. – Тебе нужно поддерживать силы, так как предстоит еще много работы. Позже, вечером, ты сможешь развлечь нас своей игрой на рояле.

– Что-то не хочется.

– Уверена, что хочется, – возразила она, наслаждаясь каждой секундой моего унижения. – Это еще одна возможность для тебя показать себя снова, и ты это любишь, принцесса.