Изабель Вульф - Тревоги Тиффани Тротт

– У вас есть настоящий кофе, Тиффани?

– Да, – сказала я, вдруг вспомнив про кофе Алекса. – У меня есть термоядерный алжирский… в буфере. То есть в буфете.

О господи. Я оглядела гостиную: журналы и газеты разбросаны, гора книг на кофейном столике, полузавядшие подснежники в вазочках и недопитая бутылка дешевого красного вина. Вайнетта Слоб,[101] тебе до меня далеко, сказала я себе. Бланш Дюбуа[102] – это я! Эта ужасная мысль меня потрясла и заставила протрезветь. Я подняла вещи с пола, затем прикрыла беспорядок на столе газетой – той самой, на первой странице которой красовалась Эмма. Затем я открыла окно и глубоко вздохнула. Ху-м-м-м-м… У-у-у-х-х-х! Ху-м-м-м-м… У-у-у-х-х-х!

– Тиффани, что вы делаете? – спросил Довольно Успешный, внося поднос с двумя чашками.

– Дыхательные уп-пражнения, – сказала я.

– Ну-ну.

Мы сидели, пили атомный кофе и смотрели друг на друга. Мне стало лучше. Хотя стоило закрыть глаза, как передо мной все плыло. Я решила не закрывать.

– Спасибо за розы, – сказала я. – Чудесный букет.

– Ну, я бы послал их вам, но я всегда так занят, у меня никогда нет времени, вот я и подумал, что было бы неплохо вручить их лично.

– Это замечательно. То есть это и правда замечательно. Вы замечательный. Они чудесные.

Я забыла, какой этот кофе мощный, – я чувствовала, что кофеин разливается по моим венам, словно кокаин. Мне стало лучше. Намного лучше.

– Извините, моя горничная в отпуске, – сказала я. – И одета я не совсем подходяще. Если бы я знала, что вы придете, я вымыла бы голову…

– Ваши волосы выглядят прекрасно.

– …и как можно тщательней причесалась бы. И надела бы красивое платье и элегантные чулки и слегка накрасилась бы. И тщательно выбрала бы у-к-к-рашения. Да, и побрила бы ноги.

– Вы и так прекрасно выглядите.

– Эт-то неправда, но все равно спасибо. – Я поднесла руку ко лбу.

– «Сильная головная боль?» – спросил он участливо.

– Нет. Стыд и унижение. Головная боль планируется на завтрашнее утро. После сильной жажды с похмелья.

Я взглянула на него. Сегодня он был в джинсах и в толстом сером джемпере; темные вьющиеся волосы были слегка влажными.

– Я видела вас по телевизору в новостях, – сказала я.

– О, этот репортер ужасно нам надоел. Мы ему сказали, что не хотим давать интервью. Он даже предварительно не спросил разрешения. Такая невоспитанность и навязчивость!

– Вы здорово смотрелись в полупальто «Сэвил-Роу».

– Спасибо.

– А суп был какой?

– Что?

– Какой суп? – повторила я. – Мясной с овощами? Или острый с пряностями? Не думаю, что там была похлебка из моллюсков.

– Не помню. Я его не готовил, – сказал он. – Я просто помогал его разливать в течение двух недель до и после Рождества. Вот и все. А как ваши рекламные кампании?

– С ними все в порядке. Вы видели по телевизору мою рекламу «любовных сердечек»?

– Это ваша реклама?

– Да.

– И любовные стихи?

– Да.

– Очень хорошо, – сказал он. – Я не получил ни одной «валентинки» в этом году, – добавил он. – Не могли бы вы прочесть мне какое-нибудь из ваших стихотворений?

– Ладно.

Я прочистила горло:

ПрекрасныТвои синие глаза,Мой милый,Я хочу тебе сказать:«Поверь, ты лучшеВсех на свете,И я хочу, Чтобы ты знал:Ты мой герой,Ты моя радость,Моя любовь, Мой идеал».

– Конечно, это должно звучать под приятную музыку, – добавила я, – в исполнении красивых артистов и на фоне сменяющихся кадров. Тогда будет полный эффект. Хотите, прочту еще?

– О да.

Не забывай меня,Моя мечта,Ты все на светеДля меня.Скажи мне правду,Скажи «да»,Просто кивни —И я твоя.

Довольно Успешный смотрел на меня пристально и как-то загадочно.

– Еще, пожалуйста.

– О, хорошо. М-м…

Веселей,Улыбок не жалей,Не грусти,Мой сладкий,Слез не лей.Пусть тебеСопутствует успех.Я люблю тебя,Ты лучше всех.

– Они звучат так глупо, – сказала я быстро. – Но по телевизору смотрятся неплохо, и производители довольны – говорят, что торговля идет хорошо. И это самое главное. Торговля. Это всегда самое главное, да? – добавила я задумчиво, ставя чашку на блюдце.

– Да, – сказал он. – А для вас что главное?

– Для меня главное – не впутаться в какую-нибудь глупую историю с женатым мужчиной, даже если он мне нравится. Особенно если он мне нравится. А для вас главное то, что вы женаты.

Вино придало мне смелости. Помогло и то, что я была у себя дома.

– Да, – согласился он устало. – Думаю, это самое главное для меня.

– И не последнюю роль играет то, что у вас есть подружка.

– Нет у меня подружки! – отрезал он с внезапным негодованием.

– Есть.

– Нет у меня никого.

Это возмутительно. Он оказался вруном. Терпеть не могу, когда мне врут.

– Еще как есть, потому что я вас видела с ней в «Ритце».

– Это не подружка, – сказал он с раздражением. – Это моя сестра Грейс. Ее друг занимается благотворительностью и ежегодно организует раздачу супа. Она попросила, чтобы я помог.

– Если она только ваша сестра, почему же тогда вы со мной не заговорили? Вы просто прошли мимо, как будто не заметили. Вот я и подумала, что вам есть что скрывать.

– Я-то вас заметил. Но вы сами были с другим мужчиной.

– О. – Это меняет дело. Как странно. – Так вы не поехали тогда на Барбадос?

– Простите?

– С вашей подругой.

– Я же сказал вам, что у меня нет подруги.

– Но она должна у вас быть, – стояла я на своем.

– Почему это должна?

– Потому что вы ее ищете.

– Но это не означает, что я нашел, – сказал он.

– Но вы должны были найти, – все-таки настаивала я.

– Послушайте, Тиффани, может, хватит об этом? – возмутился он.

Господи, он, по-моему, рассердился.

– Вы же давали объявления в газету, чтобы найти подружку, вот я и подумала, что вы уже нашли.

– Ну хорошо, не нашел.

– Вы там писали, что ищете девушку, которая не прочь, чтобы ее побаловали немножко и даже очень. Я уверена, найдется много таких, которые были бы счастливы, если бы их баловали. А вот я не хочу, чтобы меня баловали, ведь вы не только собираетесь баловать, но и жена у вас есть.

– Тиффани, не придавайте этому такого значения…

– А я интересуюсь только свободными мужчинами, которые не собираются меня баловать. Вот так.

– Тиффани, я не хочу баловать вас, – сказал он.

– Что ж, прекрасно, – парировала я, глядя на три дюжины роз на длинных стеблях.

– Но я не хочу баловать и кого-либо еще.

– Почему же?

– Потому что они все такие скучные… Я встречался с другими женщинами по этому объявлению – примерно с десятью, но они не были…