Марианна Монтейро - Нежность

– Ладно, мама, выкладывай, что произошло…

– Ничего! – быстро ответила Вероника.

Валентине это тоже было знакомо. Она знала, что матери нравилось, когда у нее новости вытягивают слово за словом, упрашивая и уговаривая ее.

– Ну хорошо, мама. Будь со мной откровенна – что произошло?

– Ну, ладно… – не выдержала мать. – Слушай… Я познакомилась с одной соседкой, ее зовут Виолетта. Правда, фамилии ее я еще не узнала, не поинтересовалась.

– Ты познакомилась с новой соседкой? – уточнила дочь.

– Да! Похоже, мы с ней хорошо подходим друг к другу. Мы разговорились и неожиданно проболтали более двух часов. Кончилось тем, что я пригласила Виолетту прийти ко мне.

– И ты позвонила мне только затем, чтобы сообщить мне эту новость? – спросила Валентина.

– Да! – последовал ответ матери.

– Ну и естественно, что ты не станешь накрывать стол ради одной Виолетты…

– Совершенно верно, доченька. Звонил Рауль Сикейрос, сказал, что зайдет.

– О Господи… Снова Рауль Сикейрос! Прошло уже столько лет, а ваши отношения застыли на мертвой точке, – Валентина не могла скрыть досады и даже возмущения. – Мама, тебя окружают постоянно одни и те же люди. Такое впечатление, что после моего отъезда из Мехико время и события у вас замерли. Ну скажи, зачем продолжает к тебе ходить Рауль Сикейрос? Если он делает тебе предложение, так почему бы тебе не принять его? А если нет, надо сказать окончательно, чтобы он перестал посещать тебя.

Вероника выслушала монолог дочери, ни разу ее не перебив.

– Может, ты и права, моя девочка, – ответила мать, когда Валентина замолчала. – Однако у меня нет ни малейшего желания что-либо изменять в наших отношениях. Может быть, в этом и проявляется мой возраст. Ты мне как-то говорила, что хотела бы выглядеть в мои годы так же, как и я. Так вот, если у меня со внешностью все в порядке, то… Новое знакомство завести трудно, так что пусть лучше остается верный Рауль.

– Уж лучше бы ты, мама, обратила внимание на того спортсмена, который живет по соседству с тобой.

Вероника вздохнула и решила перевести разговор на другую тему.

– Ладно, Валентина, расскажи лучше, что слышно у тебя.

Дочь помолчала немного, задумавшись.

– Мама, если откровенно, то я хочу попросить тебя об одном одолжении…

– Вот как? О каком же? – Вероника заинтересовалась.

– Одолжении в прямом смысле слова, – пояснила Валентина. – Дело в том, что у нас появились финансовые трудности.

– Как! Неужели ты хочешь сказать, что Хосе уволили? Или, может, еще что случилось, а ты молчишь?

– Нет, он продолжает работать, и администрация вполне довольна им. Но сейчас весь университет переживает тяжелые времена. У администрации какие-то нелады с министерством образования, и моему мужу сказали, что его зарплата будет задержана примерно на два месяца.

В самый неподходящий момент возникли помехи на линии, и Валентине пришлось кричать в трубку:

– Мама, ты не молчи! Мама, куда ты пропала? Ты ведь знаешь, как мне было нелегко попросить у тебя денег… Лучше откажи сразу, так, мол, и так, не могу. Но не молчи, слышишь?

– Я не молчу… – отозвалась Вероника, – я просто подумала… – она сделала паузу.

– О чем? – не терпелось дочери.

– Я подумала о том… – Вероника замялась, но вдруг закончила решительно: – Я терпеть не могу расставаться с деньгами!

– Вот как… – Дочь даже не знала, что сказать. – Повторяю, я у тебя никогда не попросила бы денег, если бы…

– Ну-ну… Если бы – что?

– Если бы Хосе не задерживали в университете зарплату.

– Это ерунда. Ты главное говори!

– А что главное? Что? – занервничала Валентина.

– Девочка моя… Хватит с меня недомолвок. Говори правду!

– Мама, ты только не кричи… Дело в том, что… Короче – я третий раз беременна!

Услыхав эту новость, Вероника не сдержалась. До Валентины донесся такой крик, что она даже отняла трубку от уха, а сама вскочила на ноги.

Лицо ее горело… «Почему мать так восприняла эту весть?»

– О Господи… Вы там с ума посходили! О чем вы с Хосе думаете? Вы что – не умеете предохраняться?

Валентина кусала губы, не зная, что ответить.

– И ты, конечно, будешь рожать? – в голосе матери сквозила даже насмешка. – Оставишь ребенка?

– Ну конечно! – ответила дочь.

Мать молчала, тяжело дышала в трубку.

Валентина чувствовала, как у виска болезненными толчками пульсирует жилка.

– Мама, ну что с тобой сегодня происходит? Ты больше переживаешь, чем я!

– Валентина, доченька… я… – голос матери дрожал от волнения. – Послушай внимательно, что я тебе скажу. По-моему, ты ничего не понимаешь в жизни. Может, в этом виновато и то, что ты вышла замуж совсем юной и сразу уехала в другой город. Я знаю, что многие молодые женщины оказываются в твоем положении, но они легко решают эту проблему! Просто они делают аборт.

– Что-о?! – возмутилась Валентина, перебила мать. – Как ты можешь мне говорить такое?! «Просто они делают аборт», – передразнила она мать. – Можно подумать, что ты, когда была молодой, только и делала, что аборты! Я просто не узнаю тебя, мам… Ведь, насколько я помню, у тебя даже и мысли не было о том, чтобы избавиться от второго ребенка. И если бы все прошло хорошо, то у меня сейчас была бы сестра или брат.

Мать, наверное, думала над ее словами, потому что снова молчала. Наконец произнесла:

– И все-таки я сейчас права. Тебе надо сделать аборт! Если тебе трудно это осуществить в провинции, можешь приехать в Мехико, я помогу тебе, все организую…

– Нет, мама… Ну где это видано – ехать за тридевять земель, чтобы сделать аборт!

– Если ты заводишь детей потому, что тебе нечем заняться дома, – продолжала Вероника, – то могу помочь устроиться на хорошую работу.

К Валентине на кухню зашел Альберто.

– Ну чего тебе? – с раздражением посмотрела Валентина на сына. Она не хотела, чтобы ее разговор слышал хоть кто-нибудь. Ведь обсуждалась очень деликатная тема. – Мама, погоди… – Она зажала ладонью трубку и обратилась к сыну: – Ну что такое, что у тебя случилось?

Мальчик поднял глаза на мать.

– Я хочу есть!

– А почему ты еще не в школьной форме? – напустилась на него Валентина. – Сколько тебе об этом напоминать?!

Альберто учился уже в третьем классе. Занятия у него начинались через сорок минут, а Валентина вместо того, чтобы накормить его и отправить в школу, разговаривала с матерью.

Молодой женщине показалось, что сын посмотрел на нее с осуждением, и это вывело ее из себя:

– Кому сказано? Иди сейчас же и одевайся! И поторопи Энрико! Помоги ему, если что, ты же старший, не в первый класс ходишь, как он.