Измена. Месть преданной - Зоя Астэр

и помощниц всегда нанимал только красивых… думаешь, просто так?

Подвисаю в растерянности. Не замечала такого. Но, может, Роберт прав, и я просто закрывала на правду глаза? Не хотела видеть того, что всем вокруг очевидно?

Снова достаю из кармана зеркальце и опять проверяю макияж. Верный признак того, что нервничаю. Безупречный внешний вид – это одно из женских орудий. А я собралась на битву и как боец перед сражением, проверяю боеготовность снаряжения по десять раз.

- Соня, ты потрясающе красива, как всегда, - подбадривает меня друг.

Улыбаюсь ему натянуто, убирая зеркальце в карман.

К моему дому меня везёт сам Роберт. Не знаю, что меня там ждёт. Может, случится чудо, и Яны там не окажется?

Вряд ли мне так повезёт. И вряд ли я смогу прогнать её прямо сегодня. Роберт отказался волочить её за волосы вместо меня, так что рассчитывать придётся только на свои силы.

А это, к сожалению, значит, что и остаться сегодня там я не смогу. Друг не согласится работать моим телохранителем круглосуточно. А в моём случае безопасность важнее.

Так что сейчас я заберу с собой нужные документы, мои личные драгоценности из сейфа и всё, что понадобится на первое время. До тех пор, пока я не верну себе дом по закону.

И есть ещё кое-что, способное сильно мне помочь.

Охрана открывает ворота, разглядев меня на переднем сидении рядом с водителем. Роберт подъезжает к дому. А я включаю на своём телефоне диктофон и быстро прячу его в карман платья.

Я здесь хозяйка, и пора начать наводить порядок.

8

Уверенно вхожу в свой дом с высоко поднятой головой. Роберт идёт следом с моей сумкой в руках.

Персонал, попадающийся мне по дороге, растерянно застывает на месте. Кто-то здоровается запинаясь. Кто-то предпочитает быстро скрыться с моих глаз.

- Почему цветы в вазах не поменяли вовремя? – спрашиваю я одну из девушек, занимающихся уборкой.

Это моё правило. Свежие цветы в вазах при входе и в гостиной. Сегодня меня встретили букеты поникших сморщенных пионов.

- Так это… - оправдывается девушка, - вас же не было… а ЭТОЙ наплевать на цветы… ну мы и подумали…

- Я запомню, что вы меня не ждали, - смотрю на девушку холодно.

Та краснеет и опускает глаза растерявшись.

- Прошу прощения, София Николаевна, - говорит она, подняв голову, - этого больше не повторится. Мы будем относиться к порядку, заведённому вами, ответственнее.

- Спасибо, Лиза, - я тепло улыбаюсь девушке. – Скажи, ты знаешь, где сейчас ОНА?

Лиза пожимает плечами.

- Лев Андреевич уехал с самого утра, а когда его нет, та женщина обычно не спускается вниз. Она где-то на втором этаже.

Ещё раз благодарю сотрудницу и машу Роберту рукой, чтобы не отставал.

Каблуки звонко стучат по лестнице, оповещая дом о прибытии законной хозяйки.

Интересно, Лев спит с Яной в нашей спальне? Пустил её в нашу кровать? Или трахает, а потом прогоняет ночевать в комнату для гостей?

При мыслях о муже сердце сжимается от боли. Я умею держать лицо, но предательство Льва ранило меня очень глубоко.

Толкаю дверь в нашу супружескую спальню и застываю на пороге с открытым ртом.

Это нечто…

На нашей постели спит Яна. Она не стала залезать под одеяло. Просто легла поверх покрывала. А на ней… моя ночнушка!

Комплект из провокационно коротеньких шелковых синих шортиков и топа на тонких бретельках. Я оставила эту пижаму на подушке.

Комплект был сшит специально для беременных. И на Яне, чей срок беременности ещё, очевидно, слишком мал, смотрится нелепо.

На шее девушки замечаю нитку жемчужных бус, оставленную мной на туалетном столике.

Яна потягивается, не открывая глаз, и призывно изгибается в спине.

- Лев, это ты? – нежно зовёт она. – Я ждала тебя, чтобы поговорить, но случайно заснула…

- Хочешь быть мной, верно? – спрашиваю с усмешкой? – мои тряпки и жемчуг тебе не помогут… ты жалкая…

- Яна подпрыгивает на кровати, тут же теряя сонную мягкость. Это был спектакль не для меня.

- Зачем мне становиться тобой? – самодовольно шипит Яна. - Кому охота быть брошенной обманутой женой? Я просто заберу твою жизнь. Этого достаточно. Твой муж и твой дом уже мои.

- Не обольщайся, - советую я, - я проветрю комнаты, выкину эту пижаму вместе с постельным бельём, и в этом доме не останется твоего следа.

- Лев не позволит тебе, - фыркает Яна.

- Вы вместе с ним можете не позволять мне что угодно где-нибудь в другом месте. Не в моём доме.

Яна ехидно улыбается.

- Детская, которую ты приготовила очень миленькая, - говорит она, - я с удовольствием поселю туда своего ребёнка.

Делаю глубокий вдох, беря себя в руки.

- Я правда не желаю зла твоему ребёнку, Яна. Он ни в чём не виноват. Но за своё я буду биться. Так что готовься вылететь отсюда вместе со Львом.

- Какая благородная, - кривиться Яна. – А я вот желаю, чтобы твой ребёнок сдох. Чтобы Льва с тобой больше ничего не связывало…

- Так, всё! – вмешивается стоящий за моей спиной в коридоре Роберт, - хватит сцеживать яд, Яна.

- Роб… Роберт Денисович… - похоже, Яна не заметила доктора.

- Яна, я вас лично прошу выйти и погулять где-нибудь полчасика, - говорит друг, - прогулки полезны в вашем положении.

- Вот ещё, - фыркает любовница моего мужа.

- Идите, Яна, - с нажимом произносит Роберт.

К моему удивлению, девушка слушается. Слезает с моей кровати и, виляя бёдрами, направляется к выходу.

Я перегораживаю ей дорогу.

- Так и быть, мою старую пижаму можешь оставить себе, теперь я её точно не надену, а вот жемчуг верни, если не хочешь объяснять полиции, зачем ты его украла.

Яна смотрит на меня упрямо. Ей явно не хочется расставаться с красивым украшением.

- У меня есть на эти бусы документы, дурочка, - говорю я. – Это ведь не муж. Это моя личная собственность.

Яна бросает взгляд на Роберта и, наконец, снимает с себя мой жемчуг. Кидает на пол к моим ногам, будто это мусор.

- Попрошу Лёвушку купить мне что-то получше, - нагло заявляет она.

- Попроси, - веселюсь я. – И не забудь назвать его «Лёвушкой»… увидишь, что будет.

Может, я знаю мужа хуже, чем думала, но так называть себя он