Джанет Гоувер - Любовь тебя найдет

Питер уже имел возможность наблюдать последствия таких пожаров, и потому, пока он мчался к ферме, его воображение рисовало самые мрачные картины, заставляя гнать мотоцикл как можно быстрее.

Каждый раз, взлетая на очередной подъем, он мог видеть стелющуюся впереди пелену черного дыма, которая становилась все шире и шире, пока практически полностью не закрыла небо. В отчаянном стремлении поскорее оказаться рядом с Донной и детьми Питер выжимал из мотоцикла предельную скорость, не думая о собственной безопасности.

По мере приближения к ферме запах дыма становился все сильнее, лицо обдувало пеплом и время от времени обжигало частичками горячей сажи. Протянувшийся сбоку выгон представлял собой обугленную дымящуюся пустыню, дальнейшему же распространению огня воспрепятствовало, по-видимому, сменившееся направление ветра. А впереди пламя продвигалось параллельно дороге, стремясь, как и сам Питер, к ферме.

Охваченный беспокойством, он крутанул рукоятку газа и стал обгонять ненасытный огонь.

Влетев на подворье, Питер резко затормозил и быстро огляделся. Все постройки были целы, однако в самое ближайшее время пламя должно было подобраться и к ним.

— Донна! — крикнул Питер. — Крис! Сара!

Ответа не последовало. В тревоге он соскочил с мотоцикла и завертелся на месте, ища признаки присутствия домочадцев. Затем расслышал рокот дизель-генератора и водяного насоса, доносящийся из-за дальнего угла дома, и побежал туда. Близнецы стояли под прикрытием резервуара, держа в руках шланг, который обычно использовался для перекачки воды из пробуренной скважины, только теперь она текла не в резервуар, а из него, и Крис с Сарой направляли струю на веранду и крышу дома.

— Папа! — в один голос выкрикнули брат и сестра, увидев Питера. И, бросив шланг, устремились к нему.

Присев на корточки, он обнял подбежавших детей.

— Слава Богу, вы целы.

— Донна велела нам оставаться здесь и поливать дом водой, — сказал Крис. — Ведь он же не сгорит, правда, пап?

— Не знаю, сынок, — ответил Питер. — Но мы сделаем все, чтобы его спасти. А где сама Донна?

— Она там, около гаража, — махнул рукой Крис. — Вместе с вертолетчиком. Они качают воду из другой скважины.

У Питера окончательно отлегло от сердца.

— Пап, я боюсь! — захныкала Сара, уткнувшись лицом в его рубашку.

— Я тебя понимаю, — мягко проговорил он. — Но все будет хорошо. Гуртовщики всей бригадой тоже едут сюда. Они помогут нам справиться с огнем.

Сара закивала головой, и Питер снова ее обнял.

— Слушай, Крис, — обратился он к сыну. — Я пойду, посмотрю, как там Донна, а вы с Сарой оставайтесь здесь. Продолжайте поливать дом, но от резервуара далеко не отходите. Понятно?

В случае ухудшения ситуации рядом с водой дети будут в наибольшей безопасности — деревья рядом отсутствовали, а редкая трава была скошена почти под корень. И если они будут продолжать расплескивать вокруг себя воду, то за них можно не беспокоиться.

— Понятно, пап, — кивнул Крис.

— Вот и хорошо. Присматривай за Сарой, я на тебя полагаюсь.

— Ладно.

Питеру не хотелось оставлять детей одних, однако ему было необходимо увидеть Донну. Ветер меж тем усиливался, и стелившийся по земле дым щипал глаза, обжигал легкие. Кашляя и отплевываясь, Питер бегом устремился к хозяйственным постройкам, где находилась еще одна скважина вместе с насосом для извлечения воды на поверхность. Он очень надеялся, что Донна действительно была там.

Еще не добежав до места, Питер заметил пилота Джима, который подтащил к насосу несколько дымящихся мешков, набитых соломой. Он подержал их под струей воды, пока они как следует не намокли, после чего поволок обратно.

— Джим! — окликнул Питер.

Пилот остановился и обернулся.

— Ветер меняет направление, — выдохнул он, когда Питер подбежал к нему. — Мы пытаемся задержать огонь по линии ограды.

— А где Донна?

Пилот вскинул руку.

Питер посмотрел в указанном направлении и разглядел силуэт Донны, выделяющийся на фоне бушующего огня. Размахивая сразу двумя намоченными мешками, она сбивала подбирающееся пламя. Однако увидел Питер не только ее — через горящую траву стремительно неслась черная туша с уже опаленной шкурой. И прежде чем он успел окликнуть девушку и предостеречь ее, огромный кабан проломил ограду и налетел прямо на Донну. Пронзительно вскрикнув, она рухнула на землю.

— Донна! — Питер бегом устремился к ней.

У него не было при себе никакого оружия, и если бы кабан продолжил атаку, его невозможно было бы остановить. Но к счастью, обезумевший от боли и страха зверь помчался дальше.

В считанные секунды Питер и Джим оказались рядом с Донной. Ее глаза были широко распахнуты, одежда уже успела пропитаться кровью. Она ухватилась за руку присевшего Питера, словно за спасательный круг.

Рванув на ней рубашку, он увидел в ее боку довольно широкую рану, которую кабан нанес одним из своих клыков.

— Питер… — Слабый голос Донны едва пробился сквозь рев бушующего огня.

— Все в порядке, я здесь.

Он не знал, расслышала ли его Донна. Ее веки медленно опустились, и девушка, по всей видимости, потеряла сознание.

— Ее нужно доставить в больницу, — проговорил Питер, стаскивая с себя рубашку.

Он прижал ее к кровоточащей ране, после чего взял также рубашку, протянутую Джимом. Давний обитатель буша, тот хорошо знал, что требуется в подобной ситуации.

— Добеги до детей, они около резервуара с водой, — сказал ему Питер. — В доме есть аптечка, пусть они тебе покажут.

После этого он поднял потерявшую сознание Донну на руки и бегом вернулся к сараям, где аккуратно уложил ее на мешки с зерном. Через несколько минут сюда же примчались Джим и близнецы. Как только дети увидели Донну, их лица вытянулись, а Сара еще и заплакала.

— Ничего страшного, — постарался успокоить девочку Питер. — Мы отправим ее в больницу, на самолете. Но сначала я должен наложить на рану повязку. Пока я буду это делать, вы с Крисом идите в машину.

Он взглянул на Джима, и тот, все поняв, повел детей к пикапу. Как только они ушли, Питер отнял от бока Донны пропитанные кровью рубашки. Рана по-прежнему обильно кровоточила. Преодолев секундный страх, он достал из аптечки бинт и, наложив на рану тампон, туго ее перевязал. Затем взял шприц и пузырек с прозрачной жидкостью.

Обычно столь сильное обезболивающее использовалось только с санкции врача, однако после смерти жены Питер решил, что здесь, в Ривер-Даунсе, общепринятые правила неприменимы, и потому предпринял меры на случай возникновения критической ситуации.