Джулия Кендал - Не забывай

– Не могу с этим согласиться, – сказал он. – Иди сюда.

– Себастьян, нам еще так много предстоит выяснить в наших отношениях.

– Я знаю это, знаю, любовь моя. Но у нас еще будет время заняться этим. Еще много вещей, которые я должен узнать у тебя, но не теперь. Ты уже и так рассказала много.

– Вообще-то, я чувствую себя прекрасно. Я хочу тебе рассказать все сейчас же, не сходя с места. Это очень важно.

Себастьян вздохнул со смирением.

– Ну хорошо. В таком случае, не успокоюсь до тех пор, пока не услышу все до конца. Начинай.

– Я обнаружила, что все это в конечном итоге моя история.

– Как это понимать, любовь моя? – он посмотрел на нее с любопытством.

– Это очень страшная вещь, и я не знаю, смогу ли объяснить, но я как бы почувствовала себя Жизель, и не только в глазах Эрхардера – я сама ощутила, что мы как будто слились с ней. Это было жутко, Себастьян, но время будто перестало существовать, и я оказалась там, чтобы закончить что-то. Я понимаю, тебя это не удивит, но он, между прочим, пытался изнасиловать и ее тоже! Это было, когда вошел и помешал Эрнст, понимаешь? А после того, как он застрелил Эрнста, она набросилась на него с ножом и едва не перерезала ему глотку.

– Вот это да! Господи, я всегда удивлялся, почему он не попытался избавиться от этого бросающегося в глаза рубца на шее!

– Он носит его, как трофей. Он и не подозревал, что Жизель и Эрнст любили друг друга, и мои слова об этом привели его в бешенство, хотя он и заявил, что не верит этому. Мне кажется, а впрочем, я не сомневаюсь, именно это сходство и толкнуло его ко мне, когда он...

Дрожь пробежала по телу Себастьяна, и он прижал палец к губам.

– Пожалуйста, Кейт, не надо.

– Нет, выслушай, – она улыбнулась. – Эрхардер ничего не сможет со мной сделать. Главное, обезопасить тебя и Жюмо. Кажется, я начинаю понимать, что должны были чувствовать Жизель и Эрнст в те июньские дни.

– Боже, каждый раз, когда я смотрю на твое бледное лицо, Кейт...

– Ш-ш-ш, это пустяки, в самом деле, ерунда...

– Но не для меня, – сказал он очень тихо. – И ты еще думала, что у тебя мало храбрости. Господи, Кейт, когда я говорил тебе, какая ты сильная, я все же не предполагал такого.

– Что я такая ужасно упрямая, – засмеялась Кейт. – Бедный Эрхардер так намучился со мной. Видел бы ты лицо Дэвида, – она внезапно осеклась.

Себастьян погладил ее лоб.

– Любимая, прости, что все так закончилось.

– А я не жалею. Конечно, звучит это бессердечно, но в конце концов, все, как мне кажется, к лучшему.

– Вынужден согласиться. Дэвид был донельзя опорочен и вполне мог пойти под суд по обвинению в государственной измене. Кроме того, я избавлен от неприятной обязанности задать ему кое-какие вопросы.

– Себастьян, скажи честно, меня это беспокоит... Что ты сделал со Швабом на кухне?

Себастьян коротко вздохнул.

– Как ты догадалась, что это был Шваб?

– Тони, – сказала она просто.

– Да, точно, Тони, – он внимательно посмотрел на нее. – Я убедил Шваба никогда более не брать в руки оружие.

– Хорошо, – сказала она тихо. Он, улыбаясь, обнял ее.

Жюмо уже ждали ее, и, естественно, был невероятный гвалт, тысячекратные поцелуи, и единственное, что несколько сдерживало их экспансивность, это щека Кейт в синяках. После того, как женщины обнялись, Кейт усадили за большую чашку кофе и обрушили на нее лавину вопросов. Себастьян был уведен мужчинами, они, в их числе мсье Вийе, вникали во все детали с азартом спортивных болельщиков.

Затем пришли Юстис и Стефания и опять посыпались восклицания и поцелуи. Семейство Жюмо – большое и счастливое – за одну минуту выросло еще. Наконец Себастьяну удалось успокоить их, и они расселись вокруг стола, а кому не хватило места, те встали сзади.

– Теперь, – сказал Себастьян решительно, – нам предстоит поработать.

Но тут же зазвонил телефон и Анри исчез в кабинете, появившись вновь, он торжественно объявил, что звонили из полиции.

– Мадам Шабо не нашли прошлой ночью, несмотря на арест племянника. Тот всячески протестовал и заявлял, что сумасшедший блондин англичанин, который пытался убить его, должен быть арестован.

Себастьян усмехнулся:

– Бедный мсье Барбье. Как ни печально, но его заветное желание не исполнится.

– Нет, я серьезно. Вероятно, он был крайне опечален, узнав, кто вы такой. Однако, мсье Себастьян, полиция хотела бы увидеть вас как можно скорее. Есть детали, которые необходимо уточнить.

– Да? – вздохнул Себастьян. – Сейчас буду. Хорошо. Теперь Марсель, ты и твоя семья проживаете в Монтагрье, не так ли? Я думаю, что будет лучше, если все Жюмо до утра переедут туда, и мсье Вийе тоже. Я не хочу, чтобы Эрхардер, проскользнув в город, обрушил на вас свою злобу. Юстис, я хотел бы, чтобы ты остался со Стефанией. Не спускай глаз с наших мужчин, ты знаешь, что нужно делать, если что-то выяснится о документах. Кейт, ты пойдешь со мной. А теперь, с вашего разрешения, мсье Анрн, я хотел бы позвонить в Лондон и поставить их обо всем в известность.

Себастьян встал, и шум возобновился. Когда он вернулся, воцарилась тишина ожидания, но Себастьян лишь кивнул Юстису и вышел с ним на несколько минут. Потом, извинившись, вместе с Кейт поехал в Периго.

Остаток утра и весь полдень отняли полицейские бюрократические процедуры. С проклятыми чиновниками удалось в конце концов разобраться, н вот на проводе вновь был Лондон, давая Себастьяну и Юстису разъяснения и указания относительно Шваба и Брехта, а также уточняя другие детали. Кейт также была вовлечена во все эти дела, и если бы не ее знание языков, все могло затянуться еще больше. В конце концов, Брехт и Шваб в наручниках были увезены с усиленным нарядом полиции в Бордо, откуда их должны были переправить в Британию. Себастьян отдал необходимые распоряжения об отправке тела Дэвида самолетом в Штаты и, позвонив семье Расселов, проинформировал их о факте автомобильной катастрофы, не упоминая имени Кейт. Барбье, как было решено, обвинялся только в похищении Кейт и сокрытии этого от полиции, и был освобожден с подпиской о невыезде, заверение полиции в достаточности этой меры немало позабавило Кейт. Что касается мадам Шабо, то все сошлись в том мнении, что сия особа вряд ли появится в этих местах.

Все кончилось. Сев в машину, Себастьян повернулся к Кейт и спросил:

– Тебе не кажется, что профессия спецагента отдает ароматом романтики и интриги? Три часа скуки и бумажной возни. Какой пустой день, проклятье.

Кейт засмеялась:

– Минуты не можешь прожить без того, чтобы не вернуться еще раз к своей излюбленной теме. Впрочем, должна тебе признаться, что в этой стороне твоей натуры есть нечто привлекательное.