Фиби Конн - В плену желаний

– Думаю, мне лучше держать ухо востро насчет этих «черных туч».

Крыльцо было достаточно освещено, чтобы Кейси не заметил выражения ее лица.

– Что случилось?

– Ничего, – небрежно ответила Сьюзан. – Что может случиться?

– Не знаю, вот почему я и спросил тебя. Мне понравилась Патрисия. Она яркая и красивая, прямо как ты.

– Да, она такая. А кроме того, она намного моложе меня.

– Конечно, моложе, ведь она твоя дочь. Я что-то упустил?

Сьюзан повернулась к нему:

– Да, ты многое упустил или упустишь, если останешься со мной. Я не ревную к Патрисии, так что, пожалуйста, не обвиняй меня в этом. Просто я посмотрела на вас вместе, послушала, как вы смеетесь, и это заставило меня понять, как много тебе сможет дать молодая женщина. Ты сказал, что не хочешь заводить детей, но это только из-за меня, и однажды ты можешь горько пожалеть об этом.

Кейси протянул руку и ласково коснулся ее щеки:

– А я надеялся, что мои письма ясно покажут тебе, как сильно ты мне нужна.

– Да, они прекрасны, и я храню их, как сокровища, но…

– Мама? – окликнула из дверей Патрисия. – Я решила сегодня ночевать у папы. Он сейчас едет сюда, чтобы забрать меня.

Сьюзан посмотрела на Кейси, надеясь, что он поймет намерение Патрисии заставить его встретиться с ее отцом.

– Если ты захочешь сейчас уехать, я не буду сердиться, – прошептала она.

– Никуда я не уеду, – заявил Кейси. – Рано или поздно мы с ним все равно встретимся, почему же не сегодня?

– А я думаю, что было бы хуже, если бы вы встретились в прошлую субботу.

– Сьюзан…

Кейси медленно поцеловал ее. При этом он испытал адскую боль, но не обратил на это внимания. Сьюзан была женщиной, которую он желал, и он сделал бы все что угодно, лишь бы убедить ее в этом, причем сделал бы с радостью.

Фрэнк Марш жил всего в пятнадцати минутах езды и вскоре уже стучался в дверь. Патрисия поспешила к нему навстречу. Он посмотрел на коробки, расставленные вдоль стен, и покачал головой:

– Твоя мама превращает любой дом, которым владеет, в склад для всякого хлама. Я вообще не понимаю, зачем ей дом. Ей просто надо арендовать площадь в «Стор-море» и ночевать в машине.

Расслышав его слова, Кейси взял Сьюзан за руку.

– Хочешь, я побью его? – спросил он.

– Хочу, но лучше не делай этого.

Сьюзан и Кейси вошли в гостиную и присоединились к ее бывшему мужу и дочери.

– Привет, Фрэнк, – холодно поздоровалась Сьюзан и представила Кейси, который шагнул навстречу Фрэнку и пожал ему руку.

Кейси не знал, что из себя представляет Фрэнк, и был несколько удивлен, увидев высокого худощавого человека с седеющими волосами. У него были тонкие черты лица, за которые иные политики готовы отдать жизнь, но в его взгляде, как и в рукопожатии, не было и намека на теплоту. Кейси был готов невзлюбить его просто из принципа, но теперь он пришел к заключению, что этого черствого человека нетрудно даже возненавидеть.

Как только Фрэнк и Патрисия уехали, Кейси закрыл за ними дверь и с облегчением вздохнул.

– Так на чем мы остановились? – спросил он. Сьюзан ощутила боль в желудке, села на диван и опустила голову на руки.

– Насколько я помню, ни на чем. Я сказала, что думала, Кейси. Глядя на вас с Патрисией, я поняла, скольким ты жертвуешь ради меня, и не хочу позволять тебе делать это.

Кейси опустился на колени и снял с нее туфли. Они были фиолетовые с розовым, в тон ее платья.

– Это не похоже на обувь маленькой старушки. – Он отбросил туфли через плечо и начал гладить ее ногу. – Ты вся скованна, Сьюз, и кровь не поступает тебе в мозг.

Сьюзан попыталась высвободить ногу, но он не отпустил ее:

– Прекрати, ты щекочешь меня.

– Знаю, знаю. – Кейси начал массаж другой ее ноги, затем его рука скользнула ей под юбку, и он наклонился, чтобы поцеловать ее колено. – Мне нравятся веснушки на твоих коленках. Я говорил тебе об этом?

Сьюзан взъерошила его волосы:

– Кейси…

Он потерся щекой о ее бедро:

– Ммм?

– Ты упускаешь свое призвание. С такой техникой ты мог бы продать тонну обуви.

Кейси выпрямился:

– Да, я уже упустил свое призвание, но оно не состояло в том, чтобы торговать обувью. А вот Кэрол мечтает открыть свой магазин. Она говорила тебе об этом?

– Это было ее целью многие годы.

– Мы как раз обсуждали это в четверг, когда я наконец вышел на работу, и тогда же я спросил тебя, что я делаю в «Расселле», если мне больше всего хочется быть шеф-поваром.

Сьюзан было трудно сосредоточиться на его словах, когда он стоял на коленях, прижавшись к ее ногам. Она похлопала по диванной подушке.

– Иди сюда.

Кейси уселся рядом с ней и потянулся поцеловать ее.

– Знаешь, ты была права. Я бросил дело, которое любил, ради того, чтобы понравиться женщине, которую так и не встретил. То, что я добился успеха, не делает мой поступок менее глупым. – Их пальцы сплелись. – Ты говорила, что тебе нужно больше времени, но, кажется, я единственный, кому оно требуется. Ты будешь терпелива со мной?

– О, Кейси, конечно, я хочу именно этого. Нужно побольше времени, чтобы лучше узнать друг друга. – Она прильнула к нему в поцелуе, но постаралась сделать это нежно. – Если ты хочешь снова стать шеф-поваром, дерзай. А я составлю расписание моих осенних занятий так, чтобы были заняты вторая половина дня и вечер, и тогда днем мы сможем быть вместе.

– Правда?

– Конечно.

– Ты замечательная женщина, Сьюз.

Сьюзан наклонилась вперед и томно прошептала:

– Только я хотела бы спросить тебя об одной вещи.

Она сняла с Кейси очки, и ему пришлось сложить их и сунуть в карман:

– О чем?

– Когда ты собираешься заняться моими полками? – засмеялась Сьюзан.

Она принялась щекотать его бока, и все закончилось неистовым сплетением рук и ног, веселым хихиканьем и страстными поцелуями, обернувшимися еще одной ночью такой прекрасной любви, что никто из них и не вспомнил о злосчастных полках вплоть до полудня воскресенья.

Телефон зазвонил, когда они ели омлет, приготовленный Кейси. Сьюзан с неохотой сняла трубку.

– Это Патрисия, – беззвучно проговорила она, выслушала дочь и согласилась с каждым ее словом, а затем повесила трубку и расплылась в довольной улыбке. – Патрисия сказала, что ты подходишь.

– Отлично. Я могу расслабиться?

Сьюзан ущипнула его за щеку:

– Ты уже знаешь, что нравишься мне, и это единственное, что имеет значение. Ах да, вот еще что.

Эту ночь она собирается провести у своей лучшей подруги по высшей школе, а завтра утром ей надо быть в аэропорту.

– Следовательно, я могу остаться на ночь?

Он пришел в экстаз, но Сьюзан не торопилась соглашаться: