Соня Мэсси - Темное зеркало

— А елку ты купил? — улыбаясь, спросила Элизабет.

— Разумеется! Большую и очень пушистую! И игрушками мы ее уже украсили.

— Я очень люблю запах хвои, — мечтательно промолвила Элизабет.

— Тогда тебе тем более надо прийти к нам в дом! — настойчиво повторил Ник и, обращаясь к Геркулесу, сказал: — Приятель, убеди Лиз отметить Рождество в кругу нашей семьи!

Геркулес громко засопел, и Элизабет, засмеявшись, погладила его по голове.

— Такому джентльмену я отказать не могу!

— Тогда бери пальто и пошли!

Когда все трое вошли в лифт, Ник лукаво взглянул на Элизабет и спросил:

— Ты можешь отличить омелу[4] от петрушки?

— Думаю, что смогу.

— А от лука и базилика?

— Ник, ты говоришь загадками!

— Я просто пытаюсь вспомнить, есть ли у меня в холодильнике омела, и если ты не очень разбираешься в травах, то удастся ли мне выдать за омелу, например, петрушку?

— Даже если вместо веточки омелы ты предложишь мне лук, я не обижусь, честное слово. И потом, не забывай: я сценаристка, и у меня хорошо развито воображение. Так что представить, будто пучок петрушки или базилика — это веточка омелы, мне легко.

— Геркулес, стой! — натягивая поводок, прикрикнул Ник на пса. — Куда это ты так рванул? А, понятно, к куклам…

Ник и Элизабет подходили к огромному магазину «Мир Барби» с нарядно украшенными и подсвеченными яркими огнями витринами, в которых было выставлено целое кукольное царство: сами красотки Барби, нарядная кукольная одежда, игрушечные домики с мебелью, кукольные салоны-парикмахерские…

— Господи, ну что в них хорошего? — раздраженно проговорил Ник, сдерживая Геркулеса. — Куклы как куклы, ничего особенного.

— А по-моему, они очень симпатичные, — заметила Элизабет. — И Барби, и Кен.

— Моя младшая сестра тоже ими восхищается, — смутившись, произнес Ник. — Если вы обе их поклонницы, значит, непременно подружитесь.

— Надеюсь, — тихо промолвила Элизабет, снова ощутив волнение при мысли о скорой встрече с семьей Ника О'Коннора.

— У тебя в детстве наверняка была кукла Барби. И может быть, даже не одна. Я угадал?

— Нет, не угадал, — покачала головой Элизабет, и ее глаза наполнились печалью. — Моя мама не покупала мне Барби, хотя я ее постоянно просила об этом. Говорила, что дорого. А у моей двоюродной сестры была Барби, и когда я приходила к ней в гости, то всегда с ней играла. Знаешь, как я мечтала, чтобы сестра разрешила мне взять куклу домой на несколько дней! Но попросить ее об этом я стеснялась. А впрочем, тебе этого не понять.

— Ну, что касается кукол, то мне это понять действительно сложно, а вот относительно других игрушек… У меня, например, в детстве был игрушечный паровоз, и когда я подрос, Розмари выбросила его на помойку. Знаешь, как я переживал, когда однажды вернулся домой и обнаружил, что мой любимый паровоз исчез!

— Со старыми игрушками у нас связаны воспоминания о нашем детстве, поэтому они нам так дороги, — задумчиво проговорила Элизабет, бросая взгляды на нарядную, сверкающую разноцветными огнями витрину. — Вот я, например, сейчас могла бы купить себе куклу Барби, да хоть сотни таких кукол, но… Кстати, незадолго до Рождества я купила их для организации «Игрушки детям», а подарить себе мечту своего детства мне даже в голову не пришло.

— Да, наверное, в каждом взрослом человеке продолжает жить ребенок, — немного печально произнес Ник, взяв Элизабет за руку. — И на всю жизнь с нами остаются дорогие нам воспоминания о белом, чистом, пушистом рождественском снеге, о старых, потрепанных или поломанных, но очень любимых нами игрушках, о надежных друзьях, готовых в любую минуту прийти на помощь…

— Да, к сожалению, старые друзья уходят от нас, — вздохнув, промолвила Элизабет.

— Но появляются новые, — многозначительно произнес Ник, заглядывая в лицо Элизабет. — Вы тоже, уважаемая леди, по-моему, в последнее время подружились с одним полицейским? — И в зеленых глазах Ника вспыхнули озорные огоньки.

— О каком полицейском вы говорите, детектив О'Коннор? Уж не о том ли, у которого есть очаровательный английский бульдог с красным бантиком?

— Именно о нем, милая леди. Или вы подружились с бульдогом?

— Конечно, с ним, не с полицейским же!

Глава 20

— Ник, она такая симпатичная… но я не знаю, как к ней обращаться, — донесся до Элизабет взволнованный девичий голос.

Элизабет остановилась на нижней ступеньке лестницы, ведущей в квартиру О'Конноров, и улыбнулась. Юный голос, вне всякого сомнения, принадлежал Нине. При мысли, что Нина и Ник не догадываются о ее появлении, Элизабет смутилась и хотела уже подниматься дальше, но вопреки правилам этикета, запрещающим подслушивать чужие разговоры, решила все-таки задержаться на несколько секунд и услышать ответ Ника.

— Ты не знаешь, как вести Себя с людьми, которых мы позвали в гости? — раздался насмешливый, но тоже немного взволнованный голос О'Коннора. — Нина, ты меня удивляешь! Веди себя естественно, вежливо, приветливо, не употребляй своих любимых словечек из молодежного жаргона — и через пятнадцать минут Элизабет почувствует себя как дома.

— А когда она появится, Ник?

— Ты задаешь мне этот вопрос уже третий раз, Нина! Я же тебе говорил: Элизабет придет с минуты на минуту. Мы шли с ней вместе, но потом она сказала, что ей надо задержаться, и обещала прийти как можно скорее. Знаешь, я думаю…

Решив, что дольше скрывать свое присутствие неприлично, Элизабет сделала несколько громких шагов по лестнице и крикнула:

— Есть кто-нибудь дома?

— Вот, слышишь? Она пришла, — донесся до Элизабет со второго этажа шепот Нины. — Иди, встречай! Нет… подожди, Ник. Посмотри, как у меня прическа? Не растрепалась? А как я выгляжу? — торопливо спросила сестра.

— Как всегда, отлично, малышка!

— Не смей меня называть малышкой. А в присутствии Элизабет Найт и подавно. Слышишь, Ник?

— Успокойся, не буду! — донесся до Элизабет веселый голос О'Коннора. Он появился в дверях и начал спускаться, чтобы встретить Элизабет.

— Привет! — воскликнула она и улыбнулась, заметив в руках у Ника кухонное полотенце и столовое блюдо.

— Рад, что ты пришла. — Он перекинул полотенце через плечо и взял у Элизабет несколько свертков. — А мы с Ниной не слышали звонка. Проходи, пожалуйста. Что в свертках?

— Так, купила кое-что к празднику, — ответила Элизабет, но по ее лицу Ник догадался, что это подарки.

— Лиззи, ну зачем ты все это купила? Не надо было…

— Нет, надо! — с улыбкой возразила Элизабет. — Разве я не могу купить небольшие сувениры людям, пригласившим меня отпраздновать вместе с ними Рождество?