Джейн Грин - Всё может быть

Сначала мы направляемся в «Сарторию» и почти сразу находим место для парковки — даже удивительно для Вест Энда. Я заказываю кир — я теперь всегда его заказываю, как раз подходящий напиток для моего нового имиджа роскошной, изысканной спутницы Эда Макмэхона.

И, если вам интересно, на мне коричневая кожаная юбка, которую я купила вчера. Как бы мне ни нравились мои брючные костюмы, Эд неохотно признался, что любит, когда женщины носят юбки, — и мне хочется сделать ему приятное, тем более что юбка великолепно смотрится с моей новой сумкой Гуччи. (Ладно, ладно, больше не буду упоминать об этой сумке.)

Эд сидит рядом со мной и держит меня за руку под столом. Каждые пять минут мы целуемся, что само по себе очень мило и должно мне нравиться, но почему-то ужасно раздражает. Я пытаюсь освободить руку, но тут он снова смотрит на меня как грустный щенок. Я чувствую себя виноватой, беру его за руку и легонько ее пожимаю.

Потом приходят Джулс и Пол (звучит как-то странно: Джулс и Пол, вместо Джулс и Джейми). Эд встает и пожимает им руки, говорит, как приятно снова увидеться с Джулс. Пол смущенно стоит в сторонке.

Пол очень… очень милый — знаю, звучит неопределенно, — но, хоть он в точности такой, как описывала Джулс, это все же не Джейми, и я не знаю, смогу ли к нему привыкнуть.

Мы сидим и ведем светскую беседу — какой замечательный ресторан, мы слышали, что тут прекрасная кухня. Подходит официант, чтобы принять заказ. Эд никак не может выбрать и просит меня заказать для него тоже. Я так рада — это значит, что он мне доверяет и мы по-настоящему близки.

Эд сегодня в ударе, он все время расспрашивает Джулс о чем-то и, слава богу, не рассказывает свои занудные истории об инвестициях. Я молю бога, чтобы Джулс он понравился.

Меня охватывает жуткое раздражение, когда половина закусок повисает у Эда на усах. Вчера было то же самое — мне пришлось тихонько толкнуть его и показать жестом, чтобы вытер усы, пока мои родители не видят. Сегодня я чувствую себя более уверенно и хочу показать Джулс, как мы близки, поэтому беру салфетку и начинаю вытирать остатки еды. У Эда совершенно идиотский вид, но он рад, что я так хорошо за ним ухаживаю.

Джулс начинает рассказывать о каком-то своем клиенте, у которого так часто меняются предпочтения, что он сводит ее с ума. Она называет его «хамелеоном».

— Ммм, извините? — прерывает ее Эд.

— Да? — Она останавливается на середине предложения.

— Вы оговорились. Мне кажется, «хамелеон» значит совсем другое.

Джулс застывает на месте.

— Хмм, а по-моему, нет, — медленно произносит она.

— Думаю, вы не правы. Что, по-вашему, это значит?

Джулс смотрит на него как на ненормального, и я, честно говоря, тоже — нужно быть не в своем уме, чтобы прервать Джулс, когда она оживленно что-то рассказывает.

— Непостоянный. Изменчивый, — говорит она. — Человек, который постоянно меняет мнение и страдает от перепадов настроения.

— Насколько мне известно, хамелеон — это ящерица, пресмыкающееся с длинным языком.

— Но это слово также может обозначать «изменчивый», — говорит Джулс тоном, не терпящим возражений.

— Не подумайте, что я невоспитан, но «Оксфордский толковый словарь английского языка» дает следующее дословное определение: «ящерица семейства пресмыкающихся, легко меняющая окраску», — настаивает Эд.

Мне хочется умереть от стыда.

— На самом деле, — Пол пытается разрешить ситуацию, — вы оба правы. «Хамелеон» — это ящерица, но так же называют и постоянно меняющих мнение людей.

— Пол — биолог, — говорю я, пытаясь разрядить напряжение, — он отлично разбирается в хамелеонах, и нам придется с ним согласиться.

Слава богу, это слегка снимает напряжение, но с этого момента атмосфера уже не столь жизнерадостна, как в начале ужина, и Джулс время от времени бросает на Эда уничтожающие взгляды — когда думает, что никто не видит.

— Ну, должен признаться, — восклицает Эд (когда мы уже собираемся заказать кофе), как бы совершенно забыв о том, что они с Джулс едва не подрались, — мне очень приятно познакомиться с лучшей подругой Либби!

— Спасибо, мне тоже приятно, — цедит Джулс сквозь зубы. — А Либби знакома с вашими лучшими друзьями?

И тут я понимаю, что, кроме Сары, Чарли и гостей на загородном балу, я больше никаких друзей Эда не встречала. Более того, я о них даже не слышала. Он говорит только о коллегах, а разве это не внушает подозрения? Я смотрю на Эда и жду, что он скажет.

— Ха-ха, — смеется он. — У меня не так много друзей.

— Почему же? — злобно бормочет Джулс.

Я пинаю ее под столом.

— Но должны же быть хоть близкие друзья? — настаивает она уже более вежливо.

— О да, да, конечно. Сара и Чарли — Либби их знает. И… хмм… наверное, я так много работаю, что у меня не было возможности завести друзей.

Я вижу, что Эд в замешательстве, и встреваю в разговор:

— Сара и Чарли — прекрасная пара. Я тебе рассказывала, помнишь?

Джулс кивает.

— Мне просто интересно, с кем вы общались до того, как встретили Либби.

— Я не очень-то часто встречаюсь с друзьями, — говорит Эд. — Я или на работе, или дома.

— Тогда, наверное, вы очень рады, что встретили Либби, — улыбается Пол.

— О да, — говорит он и сияет от облегчения, что Джулс от него отстала. — Очень. — Он наклоняется и целует меня в губы.

— Мне нужно в дамскую комнату. Джулс?

— Иду, — отвечает она и кладет салфетку на стул.

Мы встаем и направляемся в туалет.

— Ну? Что ты думаешь? — вырывается у нее, только мы закрываем дверь.

— Он милый, — отвечаю я. — Действительно хороший парень.

— Знаю, — вздыхает она и наносит новый слой помады. — Но он не Джейми, да?

— Ммм, да. Не Джейми.

— О боже, — говорит она. — И что же мне делать?

— Ты что-то собираешься делать? — Я в изумлении гляжу на нее.

— Мне не хочется, — отвечает она, — но, хоть это звучит странно, я чувствую, что, если тоже изменю Джейми, мы будем квиты и тогда я смогу простить его.

— Ты уверена, что хочешь этого?

— Нет. Мне не хочется этого делать. Но, по-моему, это единственный выход. Ну, хватит обо мне. Эд. Он явно без ума от тебя.

— Я знаю! Но что ты о нем думаешь?

— Хочешь, чтобы я честно сказала?

Я в этом не уверена — не хочу ссориться с Джулс, ведь она моя лучшая подруга. Ничего хорошего она все равно не скажет, а спорить не хочется.

Я пожимаю плечами.

— Послушай, — говорит она, успокаивая меня. — Признаюсь, мы не очень-то приятно пообщались. Я не в восторге от всей этой истории с хамелеоном и именно сейчас не могу сказать о нем ничего хорошего. Но вижу, что он очень хорошо к тебе относится, и за это ему благодарна.