Дикая женщина - Патти Берг

это должно беспокоить… - Банни приложила руку ко рту. Когда к ней вернулось самообладание, она лукаво улыбнулась. - Я забыла. Вы ведь видели этого мужчину?

Сейчас начнется. Инквизиция. Ядовитые замечания.

- Он мой друг, - заявила Лоурен.

Лиззи усмехнулась, дотягиваясь до сандвича.

- На вашем месте, Лоурен, я бы хотела намного большего, чем просто дружить с ним. Вы могли не заметить, но некоторые из нас рассмотрели тело мистера Уайлда па свадьбе Бетси. Совершенно великолепен! И я слышала, что Энги Харт не прошла мимо того мужчины, который стоял за стойкой бара.

- Вот уж он совсем непривлекательный! - колко подметила Банни. - И можете себе представить, он стоматолог! Достаточно квалифицированный, на самом деле. Не могу поверить, я думала, что он вор.

- Мы все делаем поспешные выводы время от времени, - заявила Лиззи. - Это случается.

Лоурен улыбалась, слушая их разговор. Она часто находила своих подруг скучными, поверхностными, в лучшем случае ведущими тривиальную жизнь. Сегодня она, однако, внимательно прислушивалась к ним и обнаружила удивительные вещи.

Почему она не знала, что Банни провела День благодарения, работая на суповой кухне? Почему единственное, что она знала о Банни, было только то, что у нее имплантанты в груди и что она ищет, за кого бы выйти замуж в четвертый раз?

И Лиззи. С какого момента она собирает средства для помощи пострадавшим от стихийных бедствий?

Что еще она не знала о своих подругах? Может быть, она на самом деле была снобом - и во многом, а не только в одном?

Ее жизнь стала лучше с тех пор, как в ней появился Макс. Нс только потому, что он сделал ее счастливой (до того момента, как он безрассудно заявил, что все кончено), но потому, что он помог ей посмотреть с другой стороны на людей, которых уже давно знала.

Внезапно все прояснилось. Она точно знала, что она должна делать, чтобы привести Макса в мир, который она любила, - она собиралась отдать этот мир ему.

* * *

Уже за полночь Макс отвел спящего на ходу Райана в его комнату и наблюдал, как он в одежде и в обуви упал в постель. Выключив свет, Макс закрыл дверь и отнес Джеми в ее комнату. Она уже спала больше часа и не издала ни звука, когда он вынес ее из машины.

Откинув простыни, Макс положил девочку на кровать, снял с нее сандалии, потом натянул ей на плечи простыню.

- Спасибо, что свозил нас в «Мир Диснея», - прошептала она, ее голос потонул среди подушек, - было весело, но лучше бы Лоурен поехала с нами.

Макс сел на край ее кровати.

- Ты так думаешь?

Джеми кивнула, потом положила руки под щеку.

- Я думала, она тебе нравится.

- Она мне нравится.

- Тогда почему ты так давно с ней не виделся?

- Я был очень занят.

- Это не причина.

- Да, хорошо, я планирую позвонить ей завтра.

И всем своим сердцем он надеялся, что Лоурен примет его назад.

Джеми улыбнулась, совершенно удовлетворенная его ответом, и зарылась поглубже в подушки.

- Спокойной ночи, - сказал Макс, целуя ее в лоб.

- Спокойной ночи, папа.

Макс закрыл глаза, наслаждаясь звучанием этого слова. Папа. Джеми впервые произнесла его, с тех пор как адвокат позвонил, чтобы проинформировать Райана и Джеми, что их отец решил от них отказаться. Дети не испытывали никакого сожаления. Уже давно они не видели отца и не слышали ничего о нем, и их настоящий отец довольно быстро перестал для них существовать. Теперь мальчик и девочка, которых Макс действительно любил, были его детьми по закону.

Он встал с кровати, направился к своему офису и свалился в рабочее кресло. Они отсутствовали три дня, и автоответчик показывал много сообщений. Макс нажал на кнопку воспроизведения, решив их прослушать перед сном.

Миссис Фабиано позвонила, чтобы еще раз поблагодарить за вечеринку в честь дня рождения Луиджи. Банни Эндикотт хотела, чтобы он обслуживал интимный ужин, и он мог поклясться, что слышал смех Медведя на заднем плане. Еще два звонка были от предполагаемых клиентов из Палм-Бич, один звонок от Медведя, один от Джазз, и потом он услышал голос Лоурен, мягкий, нежный, сексуальный и немного нерешительный.

«Позвони мне. Пожалуйста».

Звонок был два долгих дня назад. Как глупо, что не позвонил ей перед отъездом. Остается надеяться, что она все еще хочет с ним разговаривать.

Поразительно, но следующий звонок был тоже от Лоурен.

«Извини, что беспокою тебя, Макс. Это Лоурен. Не помню, оставила ли я свое имя на последнем сообщении, так что я решила позвонить еще раз, только на случай, если ты не был уверен в том, кто просил тебя позвонить. Так что теперь, когда ты знаешь, что это я, не мог бы ты мне позвонить, пожалуйста?»

Он усмехнулся. Ее голос был определенно более поощряющим.

Би-ип.

«Это мой третий звонок, Макс. Прошло три часа с моего первого звонка, мне необходимо с тобой поговорить. Пожалуйста. Позвони мне».

Би-ип.

«Четвертый звонок. Я действительно хочу с тобой поговорить, Макс. - На этот раз он услышал дрожь в ее голосе. - Позвони мне. Пожалуйста».

Би-ип.

«Да, Макс. Это опять Лоурен. Я не знаю, почему ты не звонишь мне, но… но, о черт возьми! Я буду в „Дыре в стене» во вторник в полдень. Ты, может быть, не хочешь меня видеть, но я хочу тебя видеть. Пожалуйста, будь там.

Если ты не придешь, что ж…» - Она глубоко дышала. - «Я люблю тебя, Макс. Пожалуйста, будь там».

Би-ип.

«Привет, Макс, это Херри. Кажется, у меня хорошая новость для тебя. Позвони, как только сможешь».

В Калифорнии еще не было половины десятого. Макс схватил телефон и набрал номер Херри.

- Херри Сроу.

- Это Макс Уайлд, Херри. Меня не было в городе, и я только что получил твое сообщение.

- Я рад, что ты позвонил, - сказал Херри. - Я нашел другую ниточку.

- Насколько прочную? - спросил Макс. У него были большие надежды, несмотря на все неудачи в прошлом.

- Многообещающая версия. Это лучший ответ, который я могу тебе дать. Я сумел найти агента на пенсии, который работал с несколькими детьми-актерами девятнадцать-двадцать лет назад. Он хорошо запомнил маленькую девочку, которую звали Шарлотта Уайлд.

- У него есть какие-нибудь записи, какие-нибудь…

- Все, что у него есть,