Кэрри Адамс - Крестная мамочка

— Скажи, ты ведь уже думала об этом? Мол, Хэлен — паршивая мать, я и то справилась бы лучше? Только не ври мне!

Я почувствовала, как щеки зажгло от стыда. Я и вправду так думала, когда зеленоглазое чудовище вырывалось на свободу… только старалась об этом не вспоминать.

— Лишь до тех пор, пока не узнала, как это тяжело. Честное слово, Хэлен, я ничего не знала. Я видела детишек в рекламе памперсов по ящику и думала, что это очень просто — сплошные улыбки и ванночки с душистой пеной. Да, на первый взгляд растить детей одно удовольствие. Я же не знала, до чего они могут довести.

— Они не виноваты. Только я.

— Тебе ведь не к кому было обратиться. Я тебя подвела. Твоей матери уж точно не светит премия «Лучшая бабушка», а про родных Нейла и говорить нечего. Если не ошибаюсь, они сюда и носа не кажут.

— Нейл терпеть их не может.

— Почему?

— Потому что урод.

Слова Хэлен вселяли надежду.

— Но если когда-нибудь будешь в Норидже, загляни к ним. Нейл стыдится их, а должно быть наоборот. Словом, попадешь в Норидж — обязательно к ним загляни.

Это она уже говорила. Но в Норидж я по-прежнему не собиралась.

— Они живут в саду у церкви. Дом легко найти — возле него плакучая ива. Ветки свисают до самой воды. Больше таких там нет.

— Давай лучше поговорим, как нам быть с тобой.

— Они милые люди. У них счастливая семья.

— Ладно, ладно, запомнила: Норидж, церковь, плакучая ива.

— Счастливая семья… Это хорошо.

У Хэлен начали слипаться глаза.

— Эй, не спи!

— Как я устала… — У нее поникла голова. — Как устала…

Она клевала носом, буквально спала сидя. О депрессии я знала только одно: что она отнимает все силы до последней капли, поэтому уложила Хэлен на диван. И посмотрела на часы. Хорошо бы мне съездить домой, вздремнуть, привести квартиру в порядок. Но Хэлен сон нужнее, а без Роуз некому приглядеть за детьми. Нейл не сможет, даже если соизволит вернуться домой. А я очень надеялась, что не соизволит.

Шло воскресенье, Хэлен лежала в отключке на диване, а я заменяла близнецам маму. Час-другой это занятие мне нравилось. Мальчишки гулили, я показывала, кто из зверюшек как «кричит», и радовалась вниманию малышей. Они не сводили с меня глаз. Только когда я оставила их на минутку, чтобы перехватить чаю с тостом, оба захныкали, и я пришла к выводу — преждевременному, — что растить детей проще пареной репы, если больше ничем не заниматься. Даже в туалет не ходить. За день я заварила три чашки чаю, но не выпила ни одной. Хэлен пошевелилась, когда близнецы наконец уснули у меня на руках. Она приготовила кофе, скрылась в душе и через двадцать минут вернулась. Выглядела она гораздо свежее. Кофеин и макияж творят чудеса.

— Спасибо, у меня будто камень с души свалился.

— Верю, — кивнула я. — Однако разговорами со мной твою проблему не решить.

— Ты права. Надо разобраться с Нейлом, и я это обязательно сделаю. Так больше продолжаться не может.

— Я знаю отличного юриста, который занимается разводами.

— Развод я не могу себе позволить! — Хэлен засмеялась: — Шучу, шучу. Не волнуйся, ты же знаешь моего адвоката — он на моей стороне. И Маргерит он умеет поставить на место.

— А к врачу обратишься?

Хэлен посмотрела на меня в упор:

— Мой врач понимает меня.

— Вот и хорошо. Поговори с ним.

Она увяла, а у меня сжалось сердце.

— Поговорю…

— И еще: хватит тебе уже кормить грудью. Они тебя съедят, ты совсем отощала.

— «Многие опасения порождены усталостью и одиночеством», — процитировала мне Хэлен свою обожаемую «Дезидерату».

— Вот именно.

Неудивительно, что Нейл заставлял Хэлен кормить грудью. Таким способом он привязал ее к дому и удерживал за жемчужными воротами, пока сам шлялся где ему вздумается.

— Не бойся, Хэлен, мы поставим тебя на ноги. Ты же дитя вселенной, помнишь?

Хэлен вскинула голову.

— Облетела с меня волшебная пыльца, да? — тихо спросила она.

Настолько, что тебя не узнать.

— Ничего странного. В семейной жизни и детях я не спец, но догадываюсь, что это не игрушки.

Хэлен кивнула:

— Я думала, будет легче. Что я стану сильнее, особенно теперь, когда мы вдвоем. В одиночку я совсем ослабела.

Я обняла ее, потому что не знала, как ответить. В свое время Хэлен уцепилась за Нейла, как в порыве паники хватаешь в магазине ненужную тебе вещь… вот только двадцативосьмидневный срок возврата давно истек.

— Спасибо, Тесса. Ты всегда была моей лучшей подругой, а со мной ведь нелегко.

— А с кем легко? Чем дольше живу, тем больше убеждаюсь: у всех свои заморочки.

— У тебя их нет.

— Ошибаешься.

— Что бы ты ни говорила, без тебя я бы не справилась.

Меня кольнуло чувство вины. Какой бесчувственной и жестокой я была…

— Прости, я правда не понимала, как тяжело тебе приходится. Наверное, завидовала.

— Нам с Нейлом?

— Только не Нейлу.

— Как же я сглупила, — произнесла она, а я решила, что речь о Нейле.

— Все поправимо.

— Будет нелегко. Он начнет преследовать меня, попытается отнять близнецов, будет клянчить деньги. Я точно знаю.

— Он алкаш и наркоман. Какой судья в здравом уме отдаст близнецов такому отцу?

— Никакой.

— Вот видишь! О чем беспокоиться? — Я пожала руку Хэлен, она улыбнулась мне.

— Ты права. Тесса, я так хотела, чтобы у детей была счастливая семья! Но ничего не вышло: смотри, во что я превратилась. Не о том я мечтала для мальчишек. Я сделаю все, чтобы все изменилось к лучшему.

— Отлично. А я помогу. У Франчески трое детей, она эксперт. Можешь мне поверить, каждая молодая мать не знает за что хвататься, теряется, впадает в депрессию, и это нормально. Нам надо просто убрать с дороги Нейла… — Я изо всех сил старалась быть полезной.

— Думаешь?

— Да. Где-то здесь живет девушка, с которой я познакомилась на Чайна-Бич. Мы обязательно найдем ее.

— Я ничтожество, — вздохнула Хэлен.

— Неправда. Сейчас ты пала духом, но это пройдет.

Она резко поднялась.

— Ты права. Спасибо. Прости, что задержала. И за испорченный вечер прости. А сейчас лучше бы тебе уйти. Хочу побыть с мальчишками, да и Нейла мне удобнее встретить одной. Ты же весь день проторчала здесь, наверняка хочешь домой.

— Само собой. Ладно, ухожу. Если ты точно решила.

— Дальше я справлюсь сама. Спасибо тебе за все.

— Доеду в твоем костюме, а дома переоденусь, — решила я.

— Правильно. А в другой раз снова поможешь мне. Вот тебе сумка для вещей.

Меня деликатно выставляли за дверь. Или почудилось? Вряд ли. Определенно выставляли, но почему — неизвестно.