Норма Бейшир - Драгоценный камень

– Значит, по-твоему, все совершили какие-то злоумышленники? – спросил Джордан.

– Готов даже поспорить и рискнуть кое-какими деньгами.

– И кто за всем этим стоит? У тебя есть какие-то соображения?

– Пока нет.

– Как насчет мотивов?

– По-прежнему самой правдоподобной версией считаю месть.

Джордан нахмурился:

– Тогда в список подозреваемых придется внести примерно полдюжины наших с тобой знакомых.

«И первым в этом списке будет значиться Макс Киньон».

Слоун быстро полезла в дорожную сумку за пузырьком, к которому была приклеена вполне легальная аптечная этикетка. В нем же лежали капсулы барбитурата. В душевой кабине шумела вода, Джордан напевал «Фальшивого ковбоя». «Что-то никогда не меняется, – подумала она. – А что-то меняется очень круто. Слишком круто».

Слоун вытряхнула две капсулы и запила водой из стакана, стоявшего на ночном столике. Она боролась с искушением принять еще одну, потому что в последнее время лекарство действовало слабо. Достав третью капсулу, Слоун поразмыслила и сунула ее обратно, решив, что при необходимости примет потом, когда заснет Джордан.

В ванной комнате прекратилось пение, потом затих шум воды. Он скоро выйдет. Слоун вернула пузырек на дно дорожной сумки, закрыла ее и поставила в шкаф. Затем легла в постель и выключила настольную лампу.

Когда Джордан появился в дверях ванной комнаты, она лежала на боку, притворяясь спящей.

– Ты спишь? – тихо спросил он.

Слоун не отозвалась.

Но когда Джордан обнял ее и прижался сзади, Слоун, не выдержав ласки, шевельнулась.

– А, значит, не спишь, – пробормотал он, прижимая ее теснее к себе.

– Хм-м… – промычала она, как будто в полусне.

– А мне вначале показалось, что ты на самом деле спишь. – Джордан потерся о ее ухо.

– Я почти спала.

Он поцеловал ее шею.

– Пожалуйста, Джордан, – Слоун отстранилась, – не сегодня.

Он отпрянул.

– Я сделал что-то не так? Скажи, пожалуйста, дорогая, чем я провинился? Мне это очень важно знать.

– Ты ничем не провинился, – тихо ответила она. – Просто я неважно себя чувствую.

– Неважно, да? – Его тон стал прохладнее. – Болит голова. Угадал?

– Нет. Плохо себя чувствую, вот и все.

– Извини. Я постараюсь не беспокоить тебя. – Джордан отвернулся от нее и затих.

Слоун лежала в темноте без сна очень долго, и слезы струились по ее лицу. Рядом с ней был Джордан, но никогда еще она не чувствовала себя более одинокой.

Среди ночи Джордана разбудило бормотание Слоун. В последнее время она очень часто ворочалась во сне и что-то бессвязно бормотала. Но сейчас громче, чем обычно. Он долго лежал в темноте прислушиваясь.

– Я не могу, Родди… Мой ребенок… Если его заберут у меня, я не перенесу этого… А если попаду в тюрьму, его обязательно заберут, Родди… моего ребенка…

Джордан прикусил губу.

«Кто же этот Родди? Кем он приходится Слоун? Почему эти воспоминания так тревожат ее? И что, черт возьми, все это значит?»

Джордан решил, что пришло время поговорить.

Он встал рано, но на тренировку не поехал. Пока Слоун принимала душ, Джордан позвонил и заказал завтрак в номер. Когда она вышла из ванной, завтрак уже принесли.

– Я решил, что мы поедим здесь, – сказал Джордан. – Не возражаешь?

– Нет, но есть что-то совсем не хочется. – Слоун никогда не ощущала голода, потому что амфетамины отбивали аппетит. Она сильно похудела, почти на восемнадцать килограммов, но выглядела не стройной, а изможденной, почти тощей.

– Попытайся все-таки что-нибудь съесть, – попросил Джордан. – Тебе станет лучше.

Слоун села напротив него и подняла крышку с тарелки. Запах пищи вызывал у нее тошноту, но она все же заставила себя прикоснуться к еде.

– Слоун, нам нужно поговорить. – Джордан посмотрел на жену.

Она подняла глаза:

– О чем?

– О человеке по имени Родди.

Слоун застыла.

– Родди? – Ее мысли скакали. «Откуда он узнал?» – Я… я не понимаю, о чем ты говоришь.

– О Родди. Тебе знаком человек с таким именем?

– Знаком, – не сразу ответила Слоун. – Но это было очень давно.

– Не важно. По крайней мере мы установили, что Родди существовал. – Джордан не спускал с нее глаз. – И кем он для тебя был? Другом? Любовником?

Слоун глубоко вздохнула:

– Я считала его своим другом, но уже давно выяснилось, что заблуждалась. А вот моим любовником он был. Правда, только вначале. В основном он был моим напарником.

Джордан удивленно вскинул брови:

– Напарником?

Она кивнула:

– Мне давно уже следовало тебе рассказать. Слоун Дрисколл – мой псевдоним. На самом деле меня зовут Сэмми Дуглас. И эта Сэмми Дуглас занималась в Чикаго мошенничеством.

– Что?!

– Да-да, мошенничеством, – повторила она. – А Родди был моим напарником и… учителем. Это он научил меня всему, что я умела.

Джордан побледнел:

– Чему же именно?

– Да всему. Долгое время мы занимались разного рода гаданиями. Получалось довольно неплохо, во всяком случае, народу облапошить нам удалось предостаточно. – Слоун опустила глаза. – После того как нас с этим делом засекли, мы перешли на карточное шулерство. Родди был большой мастер. Знал много приемов и кое-какие изобрел сам. – Она помолчала. – Мы играли с ним в паре. Причем ставки были довольно высокие, но я ничуть не походила на мошенницу, поэтому никто не мог ничего заподозрить.

Джордан онемел от изумления.

– Зачем, Слоун? – спросил он наконец. – Зачем ты это делала?

Она пожала плечами:

– Трудно объяснить.

– Попытайся.

На несколько секунд Слоун задумалась, а затем начала:

– Я выросла в рабочем предместье Чикаго. Мой отец – простой рабочий, а мать – домохозяйка. Мои предки прекрасно подходили друг другу. Папа упрямый, своевольный и очень властный. Он постоянно диктовал, что делать, когда делать и как. Мама, напротив, тихая, покладистая, возможно, слишком покладистая, не знаю. Она всегда в нашей семье поддерживала мир, всегда шла на компромиссы.

– Ты говоришь так, – заметил Джордан, – будто ты не одобряешь ее.

Слоун кивнула:

– Верно, не одобряла… и не одобряю. Мне очень не нравилось, что она подкаблучница.

– Но какое это имеет отношение к тому, что ты стала… мошенницей?

– Сейчас скажу, – усмехнулась Слоун. – Стоит ли упоминать о том, до чего скучно протекала моя жизнь? И вот, едва я окончила колледж, в нее ворвался Родди. – Она сделала паузу. – Это было почти как в кино. Он воплощал в себе все, что я искала, – красивый, умный, дерзкий, забавный.

– Теперь начинаю понимать, – тихо проговорил Джордан.

– Родди ввел меня в мир таких же авантюристов, как и он сам. Сразу же занялся моим образованием. Я оказалась способной ученицей, все схватывала на лету. Через очень короткое время я уже начала работать самостоятельно.