Елена Веснина - Сила предсказания

— Можно сказать — никак, — ответил Буравин. — Как только речь зашла о Кате, он отказался со мной разговаривать. Заявил, что больше не Скажет ни слова.

Полина, которая была тут же, спросила:

— Надеюсь, ты на него не в обиде?

— О чем ты говоришь? Я прекрасно понимаю, как тяжело сейчас Алеше. Вы-то как? Держитесь? — добавил Буравин после паузы.

— Стараемся. Главное сейчас — вывести сына из депрессии. Любым способом! Иначе, боюсь, мы его потеряем, — сказал Самойлов.

— Думаю, что смогу вам помочь. Я прямо сейчас поговорю с Катей и хорошенько вправлю ей мозги, — пообещал Буравин.

— Только не дави на девочку, — попросила Полина.

— Ну что ты, я все ей объясню, и она поймет, что просто не имеет права обижаться на Алешу.

— Бедная Катя… — вздохнула Полина. — Я представляю, что она почувствовала, когда Леша отказался на ней жениться, не объяснив причин.

— Ничего, Катя, конечно, рассердилась, но я знаю, что она быстро отходит. Она ведь все-таки папина дочка, а не мамина… — улыбнулся Буравин.

И после небольшой паузы жестко добавил:

— А вот с Таисией я поговорю без всяких церемоний.

— Не надо… — тихо попросила Полина.

— Еще как надо! Из-за нее Лешка чуть не погиб! Как ей в голову пришло без всякой подготовки ляпнуть ему про инвалидность! — возмутился Буравин.

Полина и Самойлов переглянулись. Самойлов хотел что-то сказать, но Полина не дала ему сделать это.

— Виктор, каждый борется за своего ребенка так, как может, — убежденно сказала Полина. — Возможно, Таисия считает, что Катя не будет счастлива с Алешей. Вот и…

Но Буравин прервал Полину:

— Ну, знаете ли, всему есть предел! Никакая любовь — даже материнская — не оправдывает подлости.

Буравин покинул дом Самойловых. Впереди был тяжелый разговор с женой и дочкой.

Ксюха довольно быстро добралась до Машиного дома. Баба Зина встретила ее приветливо.

— Ой, Ксюша, здравствуй! А я в первый момент и не узнала тебя. Вытянулась и такой красавицей стала…

Смущенно улыбаясь, Ксюха ответила:

— Спасибо, Зинаида Степановна. Только вы меня совсем захвалили.

— Я правду говорю. А живешь как? Как с работой?

— Работы у меня сейчас полно. Потому давно к вам и не заходила.

— Все в дискотеке работаешь?

— Да, в основном. И еще пытаюсь журналистом стать. Пока на любительских началах, но в дальнейшем думаю стать профессиональным корреспондентом.

— Молодец, Ксюша, — одобрительно кивнула Зинаида. — А Маша в больницу устроилась недавно. Аптека, где она работала, закрылась.

— Я знаю. Мы с Машей в больнице и встретились. Я должна была там взять интервью, но оно не состоялось. Хотела вот Машу расспросить кое о чем.

— А Маша еще не пришла, задерживается. Видимо, работы невпроворот.

Ксюха удивилась.

— Так Маша из больницы уже ушла. Уехала с Жорой.

— С каким Жорой? Который с маяка? Это еще зачем? — теперь уже удивилась Зинаида.

— Что-то с Толиком случилось, Маша поехала ему помогать.

— С Толиком? Что же с ним могло случиться? — встревоженно смотрела она на Ксюху, ожидая ответа.

— Толик что, заболел? Чем Маша может ему помочь? — спросила Зинаида.

— Жора сказал, что Толик. прыгнет с маяка, если не увидит Машу.

— Давно они уехали?!

— Давно. Я была уверена, что Маша уже вернулась.

Зинаида озабоченно покачала головой.

— Ну и Толик! Вот что значит: в тихом омуте черти водятся! С виду такой спокойный, а вон что учудил! Эх, как бы не вышло чего!

Понимая, что Зинаида волнуется, Ксюха попыталась ее приободрить.

— Я думаю, он быстро придет в себя. Не переживайте так, наверное, Маша скоро вернется.

— Да, ты права. Чего это я себя накручиваю?

Зинаида улыбнулась, пытаясь себя успокоить.

— Придется тебе поговорить с Машей в другой раз. Я ей передам, что ты заходила.

Глянув на часы, Ксюха приняла решение и сказала:

— Вообще-то, у меня сегодня как раз есть свободное время. Может, разрешите мне Машу у вас подождать?

— А если долго придется?

— Ничего страшного: мы с вами так давно не виделись, неужели не найдем, о чем поговорить?

— Найдем, конечно. Ладно, оставайся.

— Зинаида Степановна, а как дела у вашего давнего друга, Сан Саныча?

— Сан Саныч вернулся недавно из последнего рейса.

— Как последнего?!

— Да ты не волнуйся! Он просто решил на пенсию выйти. Знаешь что, давай чаю попьем.

— С удовольствием! — согласилась Ксюха.

— Тогда присаживайся к столу. Будем чай пить и Машу дожидаться!

Жена и дочь Буравина сидели в Катиной комнате обнявшись и вели женский разговор по душам. Катя тихонько всхлипывала, а мама гладила ее по голове и успокаивала:

— Доченька, я знаю, что в двадцать лет люди рассуждают очень категорично. Но поверь мне: все, что ни делается, — все к лучшему!

— Мама, я любила Лешу! А он поступил со мной так жестоко! Ведь я ничего дурного ему не сделала, — жалобно говорила Катя.

— Первая любовь всегда плохо кончается, — с пониманием сказала Таисия. — Когда я была в твоем возрасте, меня тоже бросил человек, которого я любила.

Катя заинтересованно взглянула на мать:

— И что?

— Целых полгода я переживала, а потом встретила твоего отца. И поняла, как права была моя мама. Она мне тоже говорила, что все к лучшему…

— И ты никогда не жалела, что с тем парнем у тебя не сложилось? — осторожно спросила Катя.

— Никогда. Особенно после того, как лет десять назад столкнулась с ним в магазине. Он работает грузчиком. Небритый, толстый, нетрезвый…

— Да уж… — содрогнулась Катя, а Таисия продолжала:

— А ты зациклилась на своем Лешке! Да ты посмотри, сколько вокруг тебя молодых красивых парней. Здоровых, между прочим. — Таисия сделала акцент на слове «здоровых».

— Ну, мама… — запротестовала Катя.

— Да, здоровых. Тот же Костя Самойлов — каждое слово твое ловит, на все ради тебя готов! — вкрадчиво сказала Таисия. — А ты по калеке плачешь!

— Мама, не говори так про Лешу.

— Ну хорошо, не калека. Человек с ограниченными возможностями. А в молодости хочется, чтобы возможности были безграничны! Разве не так?

— Ну так, — согласилась Катя.

— Ты же хочешь, чтобы твой любимый носил тебя на руках? Танцевал с тобой? Да просто мог самостоятельно сходить за хлебом! — Таисия почувствовала себя уверенней.

— Конечно, хочу.

— А ты понимаешь, что с Алешей все это невозможно? — продолжала напирать Таисия, и Катя тихо ответила:

— Понимаю…

— Так в чем же дело? — спросила мама, пристально глядя ей в глаза.

Вывод она оставила за дочерью. Главное для нее было — подвести Катю к этому выводу.