Елена Веснина - Сила предсказания

Полина осторожно заглянула в комнату сына. Алеша спал, но очень неспокойно. На цыпочках подойдя к его кровати, Полина осторожно поправила сбившееся одеяло и сползшую подушку. Глядя, как сын мечется и стонет во сне, Полина присела на кровати и тихо расплакалась.

А сон у Алеши был и вправду невесел. Ему снилось, что он бредет по катакомбам, он заблудился и ищет выход. Уже совсем было отчаявшись, он увидел вдали женский силуэт, ему кажется, что это Катя. Он бросился к девушке, крича:

— Катя! Катя, постой!

Но тут девушка обернулась, и Алеша узнал в ней Машу.

Маша действительно все еще была в катакомбах. Она окончательно заблудилась и брела, не разбирая дороги.

Где-то там же, по катакомбам шел и смотритель, но занимался он вовсе не поисками Маши. Нет, он вообще ничего не искал, он шел в определенное место, и эта цель занимала его куда больше, чем пропавшая девушка.

Но Маша, на свою беду, приблизилась к этой цели гораздо раньше смотрителя. Устало бредя, она неожиданно споткнулась обо что-то в темноте и потеряла босоножку. Шаря вокруг себя рукой, она пыталась найти ее, когда вдали блеснул свет. В панике Маша решила, что ее преследует Жора, и быстро спряталась в дальнем углу катакомб за камнем. Свет медленно приближался В этот момент дома с криком проснулся Алеша.

Полина испуганно посмотрела на сына и быстро вытерла слезы.

— Что с тобой, сынок? — нежно спросила она.

— Ничего, кажется, что-то приснилось…

— Наверное, это был страшный сон.

Алеша пожал плечами.

— Давай я спою тебе колыбельную — ту самую, которую пела в детстве, — предложила мама. — И ты спокойно уснешь.

— Как хочешь, — Алеше действительно было все равно.

Полина ласково погладила сына по голове и тихо запела колыбельную. Леша лежал, задумавшись, время от времени грустно улыбаясь наивности и простоте детской колыбельной. Постепенно глаза его стали смыкаться, и, когда Полина закончила петь, Леша уже погрузился в спокойный, сладкий сон. Во сне он улыбался.

Зайдя в прихожую, Буравин громко хлопнул дверью. На этот звук из Катиной комнаты проворно выскочила Таисия и сразу же спросила:

— Ну что, ты поговорил с Самойловыми?

Буравин молчал, хмуро глядя на нее. Таисия сделала вид, что не замечает этого взгляда, и продолжила:

— Надеюсь, ты думал прежде всего о счастье нашей дочери, а не о всяких условностях?

Буравин смотрел на Таисию «стальным» взглядом.

— Ты сказал Самойловым, что мы не держим зла на Алешу и уважаем его выбор? Витя, я с тобой разговариваю! — почти крикнула она.

Виктор ответил нехотя, чеканя слова:

— Нет, этого я не говорил.

— Почему? — удивилась Таисия.

— Потому что я не мог сказать такое родителям, сын которых совсем недавно чуть не покончил с собой! — жестко бросил Буравин.

Таисия чуть не потеряла дар речи:

— Что… что?! — залепетала она.

Буравина прорвало:

— Алеша собирался выброситься из окна после разговора с тобой! Как ты могла, Таисия? Зачем ты рассказала ему про инвалидность?!

Он пытался заглянуть Таисии в глаза, но та упорно отводила взгляд. Испуганно попыталась защищаться:

— Но… но ведь он все равно узнал бы!

— Узнал бы, но в другой ситуации. И отреагировал бы иначе.

— Я думала, он сильный парень, он выдержит и все поймет… — стала объяснять свое поведение Полина.

— Что поймет? Что ему теперь не стоит жениться на Кате? Об этом ты ему тоже сказала? — взорвался Буравин.

— Да! И не смей меня упрекать! — с вызовом заявила Таисия. — Я забочусь о своей дочери! Думаю о том, как она будет жить! А тебя беспокоит только то, как она будет выглядеть со стороны!

Буравин изучающе смотрел на жену. В конце концов он устало сказал:

— Таисия, мы живем с тобой уже третий десяток. А оказывается, я тебя совсем не знаю… Есть ли предел твоей подлости?..

— Если это ради моей дочери, то уже не подлость! — запальчиво возразила Таисия.

Буравин, пытаясь совладать с бешенством, почти прошипел:

— Уйди! Просто уйди! Или я за себя не отвечаю.

Но, увидев, что Таисия делает шаг в сторону Катиной двери, он сорвался на крик:

— Нет! С Катей поговорю я!

— Что ты хочешь ей сказать? — заволновалась Таисия.

— Правду.

Таисия встала на пути мужа.

— Какую правду? — уточнила она.

Виктор сказал с горечью:

— Не бойся. В отличие от тебя, я понимаю, что в этом мире существует что-то святое. Например — мать. Какая бы она ни была… Я поговорю с Катей об Алеше и ничего не скажу про тебя.

Зинаида и Ксюха сидели за столом, пили чай и весело болтали. Ксюха вспоминала:

— А помните, как наш класс чуть не сорвал урок химии? Ребята тогда вам в класс пару бродячих собак запустили.

— Я тогда сразу поняла — что-то не так, — улыбнулась Зинаида. — Звонок прозвенел, подхожу к кабинету, а весь класс стоит в коридоре и как будто чего-то ждет. Я дверь открываю и слышу: скулит кто-то!

— А вы не растерялись! Сказали строго, что сегодня не биология, а химия. И что ребята молодцы, что так подготовились, но лишнее из класса надо убрать. Мальчишки сильно разочаровались, — хмыкнула Ксюха.

— Постой, Ксюша. Так ты тоже в этом участвовала? — вдруг прозрела Зинаида.

Ксюха смущенно опустила голову.

— Ну да, каюсь… К тому же с Машей мы тогда еще не дружили…

— А Маша тоже об этом знала?! — строго спросила Зинаида.

— Нет-нет, она бы была против, — поспешно ответила Ксюха.

— Ну и сорванцы вы были… — И Зинаида мечтательно посмотрела в окно. Неожиданно выражение ее лица изменилось, и она воскликнула:

— Ксюша, посмотри — на улице уже темно, а Маши все нет!

— Ой, и правда! — спохватилась Ксюха. — Заболтались мы с вами и не заметили, как время пролетело. Ой, не нравится мне это! Маша уже давно должна быть дома. Жора обещал, что сразу же привезет ее обратно!

— Обещал — значит, привезет, — сказала Зинаида. — Он, конечно, хулиган, но слово свое обычно держит.

— Вы думаете? — засомневалась Ксюха.

— Да, его я хорошо знаю. Я преподавала в его классе химию. А ты, Ксюша, шла бы домой. Поздно уже. Родители, наверное, переживают. — Зинаида понимала, что теперь надо позаботиться и о самой Ксюхе.

— Нет-нет, я подожду Машу. А то так и буду мучиться: вернулась она домой или нет, — отказалась Ксюха.

— Ой, Ксюша, не пугай меня. Конечно, Маша вернется… — махнула рукой Зинаида.

— Зинаида Степановна, разве Маша раньше так поступала? — с тревогой спросила Ксюха.

Зинаида взволнованно посмотрела на Ксюху, и та уточнила:

— В смысле«— задерживалась так долго, не предупредив вас?

Было видно, что Зинаида напряглась.