Как замутить с сестрой лучшего друга - Меган Куин

Я не прикасался к грилю, и ребята это знали. Я печально известен тем, что могу испортить отличный кусок стейка.

— Даже не знаю. Думаю, тебе придется доказать это.

Я приподнимаю бровь и спрашиваю:

— Ты, — делаю драматическую паузу, — приглашаешь меня на второе свидание?

Веселье исказило черты ее лица, она покачала головой.

— Я так и знала, что ты не станешь облегчать мне задачу со свиданиями.

— Что ты имеешь в виду?

Я подношу наш зефир к подготовленному крекеру.

Она внимательно следит за каждым моим движением, за тем, как я снимаю зефир с палочки, как зажимаю его между крекерами.

— Ты, Брэм Скотт, собираешься безжалостно дразнить меня, верно?

Я демонстрирую ей идеальный смор и подношу его к своему рту.

— Поддразнивание — это еще одна форма прелюдии. Ожидание большего.

С этими словами вгрызаюсь в свой деликатес и внимательно слежу за дыханием Джулии и вожделением, плещущимся в ее глазах. Она может казаться отстраненной или безразличной — несомненно, этого требует ее роль, — но когда дело доходит до дела, она — сосуд страсти, готовый взорваться. А я? Я — тот счастливый ублюдок, который заставит ее взорваться.

* * *

— Не смотри на меня так.

— Как? — спрашиваю я, поглаживая ее руку своей.

— Как самоуверенный мужчина, который знает, что вот-вот войдет в мою квартиру.

Я смотрю на дверь, а затем снова поворачиваюсь к Джулии.

— Ну, ты ведь пригласишь меня войти, верно?

Приподняв подбородок и слегка наклонив голову, она говорит:

— Нет. Нет, не планировала.

— Лгунья. — Я беру ключи из ее рук, отпираю дверь и провожу нас в квартиру. Быстрым ударом ноги захлопываю дверь и снова поворачиваюсь к Джулии. — Хочешь чего-нибудь выпить?

— Ты ведь в курсе, что это моя квартира?

Я прохожу на кухню и открываю холодильник.

— Не могу предложить многого, но у меня есть то, что может удовлетворить твою фантазию. — Беру бутылку апельсинового сока и протягиваю его ей на открытой ладони. — Кажется, это бутылка самого лучшего, изысканного вина из Флориды. — Я снова перевожу взгляд к холодильнику и беру галлон молока. — Или, возможно, вас заинтересует полгаллона коровьего нектара. И я не могу не упомянуть о самом сокровенном секрете Нью-Йорка — воде, льющейся прямо из крана.

Я указываю рукой в сторону раковины.

Ни улыбки. Ни смешка.

Даже никакого подергивания губ.

Я закатываю глаза, когда она подходит ко мне и ставит напитки обратно в холодильник.

— А, дама желает воды из-под крана.

— Нет. — Она начинает толкать меня в спину в направлении двери. — У дамы сегодня не будет гостей, поэтому напитки подаваться не будут.

Я упираюсь каблуками в пол, останавливая ее попытки вытолкнуть меня.

— Напротив, я слышал, что ты принимаешь ночных посетителей. Приятелей по обнимашкам. Дружков, с которыми можно свернуться калачиком. И поскольку мы встречаемся и все такое, я решил, что буду тем, кто отвечает на все твои хотелки.

— Хотелок нет.

— Твои глаза сейчас говорят совсем о другом. — Я обнимаю ее за плечи и веду к дивану. — Побудь со мной немного. Я еще не готов пожелать тебе спокойной ночи.

Диванные подушки окутывают нас, когда мы садимся рядом друг с другом. Я кладу руку на спинку дивана и поворачиваюсь лицом к Джулии, кладу ладонь на ее подтянутую ногу и начинаю рисовать легкие круги большим пальцем.

— Видишь, все не так уж плохо.

Она откидывает голову на подушку и смотрит на меня снизу вверх.

— Тебе не кажется это странным?

— Нет. — Я качаю головой. — Такое ощущение, что именно здесь я всегда должен был быть, рядом с тобой, — отвечаю я, пытаясь показать ей, насколько серьезен. — Почему ты считаешь это странным?

— Не знаю. Не могу определиться. — Она тянется вниз и переплетает мою руку со своей. Смотря на наши руки, она продолжает: — Я хорошо тебя знаю, возможно, слишком хорошо, но в то же время мне кажется, что ты чужой. Но когда мы соприкасаемся, когда ты рядом со мной, обнимаешь меня, ласкаешь, мне кажется, что мы были близки много лет. — Она качает головой. — Я говорю бессмыслицу.

Я приподнимаю ее подбородок.

— Это новая глава в нашей истории, вот и все. Не о чем беспокоиться, но есть чем дорожить и наслаждаться.

Джулия с любопытством изучает меня.

— Знаешь, когда ты говоришь подобные вещи, это не напоминает мне того Брэма Скотта, которого знаю.

— Ты быстро узнаешь настоящего Брэма, это я могу гарантировать.

— Да? — Она закусывает нижнюю губу. — Хорошо, расскажи что-нибудь очень деликатное о себе. То, о чем парни даже не догадываются.

— Что-то деликатное? — Она медленно кивает. — Что я получу, если расскажу что-то о себе? Я имею в виду, что я бизнесмен, так что мне нужно что-то взамен.

— Думаю, это справедливо. — Она на секунду задумалась. — Как насчет поцелуя?

— Поцелуй? — Я потираю руки. — Ладно, с чего мне начать?

Она смеется, и сладкий звук прокатывается по моему позвоночнику, пробуждая каждый сантиметр во мне… и я имею в виду каждый сантиметр.

— Кто знает, возможно, если ты расскажешь что-то на самом деле хорошее, я позволю больше, чем поцелуи.

— А, понимаю, к чему ты клонишь. — Я указываю на нее. — Ты хочешь стереть образ парня из студенческого братства из своего сознания и заменить его чувствительным мужчиной, верно?

Она качает головой.

— Нет, я бы не хотела заменить того мальчика, которого встретила впервые. Я просто хочу добавить к нему новые слои.

Ну, блядь. Когда она говорит что-то подобное, это лишает меня желания шутить и вызывает желание раскрыть все свои секреты.

Придвигаюсь немного ближе и рукой, лежащей на спинке дивана, беру прядь ее волос и начинаю накручивать ее на палец. Она наклоняется навстречу моему прикосновению.

— Видела видеоролики о спасении животных? Про блохастых собак, застрявших под мостом? — Она кивает. — Не знаю почему, но я всегда смотрю их, и каждый раз плачу, словно маленький ребенок. Слезы просто текут из моих глаз.

— Что?

Она нежно улыбается мне.

— Да, я плачу, просто рыдаю. Они ведь… так безнадежны, а потом появляется этот удивительный человек, приводит их в порядок, надевает на них гавайскую одежду, и вдруг они становятся самыми счастливыми собаками на планете. Это чертовски вдохновляет. В итоге после каждого просмотренного видео я жертвую деньги местным приютам.

— Ты серьёзно?

Я киваю, а затем поджимаю губы.

— Поверь мне, сладенькая.

Она поджимает колени и придвигается ближе, прижимая руку к моей груди.

— Я иногда смотрю эти видео, и они меня тоже не оставляют равнодушной.

Она наклоняется ближе и замирает в нескольких сантиметрах от моего рта.

— Ты не человек,