Подарок коллекционера - М. Джеймс

быть свободна принимать свои собственные решения, Александр. Не как твой питомец, а как твоя любимая женщина. Мы должны начать все сначала.

— Да. — Я заставляю себя приподняться еще немного, тянусь к ней, не обращая внимания на раскаленную добела боль в руках. — Да, Ноэль, тысячу раз да. Я… — Я с трудом выдавливаю слова, мои губы пересохли и потрескались, горло болит. — Мне так жаль. Я потрачу свою жизнь, пытаясь показать тебе, сказать тебе, как мне жаль…

Мой голос снова срывается, на глаза наворачиваются слезы, и я слышу тихий вздох Ноэль, когда она берет мои руки в свои, наклоняясь вперед.

— Не плачь, — тихо шепчет она, целуя мои щеки, по которым начали катиться слезы. — Я здесь, Александр. И я прощаю тебя… все прощаю. Мы начнем все сначала вместе. Мы будем действовать медленно.

Ее губы скользят по моей щеке, когда ее рука обхватывает мое лицо, ее рот касается моего, и я бы никогда не подумал, что мое избитое тело способно сейчас возбудиться.

Я быстро понимаю, насколько я ошибался.

Мой член мгновенно твердеет, когда Ноэль целует меня, прикосновение ее рук и рта вызывает во мне прилив горячего вожделения, которое соперничает с лихорадкой, когда мой член пульсирует, изнывая от желания к ней. Я издаю стон в ее губы, тянусь к ней, несмотря на боль в руках, и она нежно хватает их, откидываясь назад.

— Ты должен быть осторожным… о!

Она замечает толстый бугорок моего члена, твердый и напрягающийся под тканью моих брюк, и ее глаза расширяются.

— Как…

— Я хочу тебя, — просто говорю я низким и хриплым голосом. — Но, как ты и сказала, мы будем действовать медленно…

Она на мгновение закрывает глаза, делая долгий и медленный вдох.

— Когда я сказала "медленно", я имела в виду…

— Отношения, маленькая?

Она открывает глаза и видит, что я слабо улыбаюсь ей, поддразнивая.

— Ты можешь хотя бы…

— Мы могли бы попробовать.

Я вижу, как у нее подскакивает пульс к горлу, учащается дыхание, и я прекрасно понимаю, как реагирует ее тело, насколько влажно у нее между бедер, как горит ее кожа. При других обстоятельствах я бы отшатнулся от того, что рядом со мной сейчас так много тепла, но я слишком сильно хочу ее, чтобы это волновало.

— Здесь, Ноэль, — хрипло шепчу я. — В твоем любимом месте. Займись со мной любовью в своей библиотеке, маленькая, и сегодня вечером мы начнем все сначала.

— Моя библиотека. — Она улыбается, наклоняясь, чтобы снова поцеловать меня. — Мне нравится, как это звучит. И все остальное тоже.

Ее руки скользят под мою рубашку, по моей обнаженной груди, и когда ее губы снова встречаются с моими, я знаю, что чего бы это ни стоило, я сделаю так, чтобы монстр во мне умер той ночью, как она и сказала.

Я не могу потерять ее снова. Мою любовь, мою родную маленькую девочку, мою Ноэль.

Кинцуги, мое золотое чудо.

27

НОЭЛЬ

Я с трудом могу поверить, что мы это делаем. Я бы даже не подумала, что он сможет, он очень слаб, но доказательства прямо передо мной, что он более чем способен, по крайней мере, если я та, кто контролирует ситуацию. И после всего этого кажется правильным, что именно я возьму на себя инициативу.

Заняться с ним любовью здесь, в комнате, где я чувствовала себя в безопасности, моем любимом месте в этой квартире, правильно, и это что-то значит, раз он пришел сюда последним, что именно здесь он оказался, когда у него не осталось сил. Я точно знаю почему.

В конце концов, он хотел быть рядом со мной.

Я целую его нежно, медленно, почти боясь, что могу сломать его, медленно снимая с него рубашку. Мое сердце бешено колотится в груди, и мне трудно сдерживаться. Я хочу осыпать его поцелуями, крепко обнимать, жестко скакать на нем и заставить его ответить такой же страстью, но, по крайней мере, сейчас мы должны быть осторожны.

— У меня это в первый раз, — шепчу я, касаясь своими губами его губ. — Я…

— Я знаю, маленькая, — бормочет он. — Двигайся так медленно, как тебе нужно. Все, что меня волнует, это то, что ты наконец станешь моей.

Точно так же, как прошлой ночью перед отъездом, я хочу поцеловать его больше всего на свете. Я наслаждаюсь ощущением его губ на своих, мягких и страстных одновременно. На этот раз он может хотя бы немного прикоснуться ко мне, его руки скользят по моей талии и бедрам, задирают юбку моего платья, чтобы провести пальцами по моей коже.

— Ты такая красивая, Ноэль, — шепчет он между поцелуями, его губы ласкают мои, и я чувствую, как слезы подступают к моим векам. — Ноэль.

— Мой Александр. — Мои руки скользят по его груди, вниз к бедрам, мои пальцы сжимаются на поясе его брюк. Я стягиваю их вниз, обнажая кожу, мое тело сжимается от желания, когда в поле зрения появляется его толстый член. Я хочу его больше всего на свете, и я медленно двигаюсь вниз, покрывая поцелуями его покрытую темным мехом грудь, впадинки живота и плоскую, горячую плоть чуть выше его члена, прежде чем провести языком по всей длине, когда он издает стон удовольствия.

Я хочу попробовать его на вкус, и я делаю именно это, обхватывая губами кончик, пока провожу языком по его члену. Александр закрывает глаза, его голова откидывается назад, когда я упираюсь рукой в его бедро, моя голова покачивается, и я беру в рот как можно больше его члена.

Он задыхается, дергает бедрами, а затем стонет.

— Каким бы сладким ни был твой ротик, маленькая, есть кое-что, чего я хочу больше. И если ты продолжишь так сосать меня…

Мне не нужно спрашивать, что он имеет в виду. Меня охватывает вспышка нервозности, неуверенности в том, что я могу сделать это так, чтобы удовлетворить его, что у меня это получится. Но я встаю, стягиваю платье через голову, и вижу жар в его глазах, когда он жадно обшаривает мое тело.

Я быстро снимаю все остальное, внезапно испытывая большее, чем когда-либо, желание прижаться своей обнаженной кожей к его. Шезлонг достаточно широк, чтобы я могла оседлать его, не соскальзывая с него коленями, и я забираюсь на него, двигаясь вверх по его телу, глядя на его толстый, твердый член, прижатый к его животу.

Его голубые глаза блестят от вожделения, челюсть сжата от желания, но нежные слова, которые он бормочет, когда я оседлаю его бедра, противоречат этому.

— Так медленно, как тебе нужно, маленькая, — бормочет он. — Занимайся со мной любовью, как пожелаешь. Я твой