Он меня достал. Она меня достала (СИ) - Блашкун Елена

— 25? — уточнил он, и девушка уверенно кивнула.

— Конечно. На меньшее не даже смысла размениваться. Но вы не думайте — я уже все просчитала. Даже парк чудесный выбрала, на месте которого можно построить гостиницу. Собственно, дело осталось за малым — договориться с нужными людьми и все. Это же не слишком дорого обойдется? Хотя, какая разница — я никогда не любила все эти циферки и счета. По математике в школе и то выше тройки никогда не было, так что подсчеты — это точно не мое. Но мне же так можно, правда? — девушка обворожительно улыбнулась и захлопала ресницами.

— Хм… — Громов немного обалдел от ее ответа, но решил продолжить допрос. — Ну, этот проект займет еще некоторое время, так чем же ты будешь заниматься до этого? Какие приоритеты для себя ставишь?

— Как это какие? Я же вам прямо говорю — хочу гостиницу, а для этого нужны приличные деньги, — как идиоту, повторила ему Ника, и затем закончила: — В ближайшее время хочу удачно замуж выйти. Хотя, если мужчина не жадный будет, то согласна и на роль второго плана — мне колечко совершенно не важно, — Майер внимательно посмотрела на свой идеальный маникюр, а затем, будто оценивая шансы отца Алекса стать ее спонсором, окинула его заинтересованным взглядом.

Мужчине это явно не понравилось, и он поморщился — прежде с ним никто так нагло не разговаривал. Ника же вдруг отчетливо поняла, что весь этот цирк ей и даром не нужен — не смешно было уже тогда, когда он задал ей первый вопрос, а теперь еще и голова начала болеть.

— Дмитрий Викторович, вы закончили свой допрос? — совершенно иным тоном поинтересовалась Ника, прижимая пальцы к вискам. — Хотя нет, прежде чем вы ответите, давайте расставим все точки над «і». Во-первых, у вас нет никаких причин для того, чтобы задавать мне такие вопросы. Если вам кажется, что это лишь обычная светская беседа, то должна вас разочаровать — не в вашем исполнении. В прокуратуре и то меньше волнуешься, чем под вашим взглядом. Во-вторых, я очень благодарна Алексу за все то, что он для меня сделал, но, по сути, я для него — чужой человек, и ни на него самого, ни, тем более, на его или ваши деньги посягать не собираюсь. Если вы пришли, чтобы убедиться в том, что наглая блонда не решит заграбастать бедного мальчика и ободрать его, как липку, могу вас успокоить — мальчик, слава богу, уже достаточно взрослый и умный, чтобы не вестись на такие тупые уловки. Что же касается лично меня, то могу сказать одно — мне неприятны ваши подозрения и намеки, так что попрошу это учесть на будущее. Я, слава богу, к моделькам, к которым вы меня так быстро причислили, никакого отношения не имею, и мозги, как и чувство собственного достоинства, у меня есть. Может, в вашем обществе и принято спокойно воспринимать подобные оскорбительные допросы, меня же они раздражают. Вы для меня посторонний человек, так что я говорю с вами спокойно, а не начинаю устраивать истерику только потому что я уважаю Алекса. Мне не хотелось бы, что бы он расстраивался из-за того, что мы не нашли общий язык. А теперь простите, мне надо идти. — Ника ушла, даже не сказав дежурную фразу «Было приятно с вами познакомиться» — врать ей никогда не нравилось.

Громов-старший же остался сидеть в комнате один, обуреваемые странными чувствами.

— Рейчел, отпусти мою руку! — пасынок раздраженно махнул рукой, скидывая цепкие пальчики, но женщина встала перед ним, перегораживая выход из кухни.

— Даже не думай! Дай им возможность спокойно пообщаться! Ты же знаешь, что твой отец не успокоиться, пока не задаст все интересующие его вопросы.

— Вот именно поэтому я и волнуюсь! Он ее сейчас так завалит ими, что Ника от меня через окно сбежит, и глазом не моргнет.

— Это от Димы-то? Нет, ты ее недооцениваешь. Волнуется — да, переживает — однозначно, но боится?… Если она хотя бы немного похожа на меня (а уж в этом я не сомневаюсь), то в обиду себя не даст. Хотя, чего тебе-то переживать? Даже если отец скажет, что она ему не понравилась, что ты сделаешь?

— Скажу, что это его проблемы, — не задумываясь, ответил Алекс.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Вот видишь, у тебя нет никаких причин думать, что что-то может пойти не так. Кстати, как я посмотрю, ты уже четко для себя решил, какие отношения между вами будут, не так ли? — хитро подмигнула Рейчел, вспоминая вчерашний разговор.

— Я пока ни в чем не уверен. Это…запутанная ситуация. Да и не от меня одного все зависит, так что не стоит обольщаться. Но я в любом случае не хотел бы, что бы папа вел себя как…

— Как Громов? Причем не важно, какой именно? — услужливо подсказала женщина и рассмеялась. — Не стоит смущаться — вы друг друга стоите. Я до сих пор не могу забыть, какой допрос с пристрастием мне устроил ты, когда узнал о том, что мы планируем пожениться, — Рейчел закатила глаза, а Алекс еще больше занервничал и направился к двери:

— Отлично, значит ты поймешь, почему я так хочу вернуться! — но он не успел даже взяться за ручку, потому что двери сами вдруг открылись, и на кухню вошел Дмитрий Викторович. — Что ты уже ей сказал? — увидев хмурое лицо отца, спросил Алекс.

Громов-старший бросил насмешливый взгляд на сына, удивленный его реакцией, а затем обратился к жене:

— Может, вы и не родственницы, но порода точно у вас одна! Тот же гонор, холодное спокойствие и умение оставить последнее слово за собой. Не знаю, как насчет любви к чужим деньгам, но в обиду девчонка себя точно не даст, и терпеть ничего не будет.

— Я же говорила! — вскрикнула Рейчел и испуганно зажала ладонью рот, после чего тихо спросила: — а где…?

— Ушла, — присаживаясь на высокий стул, просто ответил Дмитрий Викторович.

— Как ушла?! — Алекс пулей выскочил из кухни, а мачеха рассмеялась, увидев, как играют желваки на лице пасынка — да уж, таким она его еще ни разу не видела.

— Дурак ты, Громов, но я тебя все равно люблю, — женщина подошла к мужу и обняла его, а тот развернулся и с явным удовольствием положил голову на грудь жены. — Ладно, пошли собираться, а то, не ровен час, нас тут прибьют по-тихому за порчу нервов. Уж я ваш крутой семейный нрав знаю. А налаживать связи будешь в следующий раз — пока с тебя хватит, — Рейчел легко коснулась губами губ Дмитрия и потянула его за собой, а тот и не думал сопротивляться.

— Ника! — первым делом Алекс бросился к входным дверям, но, увидев, что те плотно закрыты, поднялся на верх и направился прямиком к спальне девушки. Забыв даже постучать, он буквально ворвался в ее комнату и удивленно замер, когда увидел, что Майер спокойно сидит на кровати с бутылкой воды в руке.

— Что-то случилось? — с беспокойством спросила она, Алекс смущенно запустил руку в волосы.

— Прости, я думал, что ты…

— Что я что? — девушка сделала шаг к нему и удивленно изогнула бровь.

— Сбежала, — тихо закончил мужчина, чем заслужил ее усмешку.

— Твой отец, конечно, как и ты, совершенно несносен, но не настолько. Мне не хотелось быть грубой, но его отношение… — Ника покачала головой. — Алекс, прошу тебя, когда к тебе в следующий раз кто-то придет — позволь мне отсидеться здесь. Как я уже сказала — мне не место там. Они думают обо всей ситуации черт знает что, и считают меня не только охотницей за деньгами, но и твоей… — девушка не закончила, и только отвернулась, чтобы забрать таблетки — сейчас ей было сложно подобрать подходящее слово.

Мужчина видел, насколько встреча с его родственниками ее расстроила, но не мог понять причину этого. Да, отец мог быть жестким, но для Ники это никогда не было проблемой — он на своей собственной шкуре почувствовал, как она общается с подобными типами. Тогда в чем причина? Что настолько ее расстроило, что «железная леди» сбежала?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Моей кем? Кем, ты думаешь, они тебя считают? — Алекс резко развернул девушку и заставил посмотреть в его глаза.

— Твоей девушкой. Той самой, что купилась на дорогую жизнь с обеспеченным мужчиной, — в ее глазах он увидел сожаление и боль, будто разговор напомнил ей о чем-то неприятном, но давно забытом. — И не говори, что это не так. Они судят по тому что увидели, а уж все остальное и так прекрасно додумали. Мне не привыкать, что считают содержанкой, думающей только о деньгах. За много лет с твоим братом я привыкла к этой роли. Но ведь сейчас я даже не давала никакого повода для этого! Я для тебя посторонний человек, но они этого не видят! — девушка отвернулась, и Алекс сделал шаг к ней, после чего осторожно обнял Нику за плечи.