Барбара Делински - Сабрина

Полюбовавшись на сосны и клены и ничего среди них не высмотрев, Дерек сунул руки в карманы и отправился прогулку вокруг дома. Он шел в ту сторону, где его взгляду открылась лужайка, полого спускавшаяся к реке. Сабрина ничуть не преувеличила: здесь было действительно красиво. Трава на лужайке все еще зеленела, хотя и была усыпана облетевшими с кленов желтыми и багряными листьями. Река делала вокруг лужайки изящный изгиб и несла свои воды дальше к северу, пробираясь по неширому каменистому руслу. Над серо-голубой поверхностью реки в нескольких местах торчали заостренные каменные глыбы. Прозрачная, стального оттенка вода, разбиваясь о них в своем беге, образовывала белые пенистые буруны, говорившие о том, что течение тут очень быстрое.

Дерек стоял некоторое время без движения, завороженный великолепием природы этого отдаленного уголка Вермонта, однако скоро его мысли вновь вернулись к Сабрине. Он снова стал шарить глазами по участку, силясь разглядеть среди деревьев и кустарника ее силуэт. Сабрину он не увидел, зато заметил стоявший в отдалении старый, заброшенный сарай.

Обогнув дом, он подошел к сараю. Двери сарая были приоткрыты и притягивали к себе как магнитом; Дерек вошел и огляделся. Сквозь единственное, пробитое под самой крышей узкое оконце, проникал солнечный луч, высвечивая на полу яркое пятно. Дерек замер: в самом центре этого круга расположилась Сабрина. Сидя на корточках перед старым, видавшим виды столом, она зачищала куском наждачной бумаги одну из его витых ножек.

У нее было такое печальное лицо, что у Дерека сжалось сердце.

— Сабрина?

Она мгновенно повернула голову на его голос и смотрена на него не меньше минуты, не двигаясь и не произнося ни слова. Дерек шагнул к ней, помог подняться с корточек и стиснул ее в объятиях.

— Я думала… — сказала Сабрина высоким, срывающимся госом, — что ты уже никогда не приедешь!

Дерек ничего не сказал и прижал ее к себе еще сильнее.

— Я подумала, что теперь, когда ты на свободе, я больше тебе не нужна!

Дерек взял ее лицо в ладони и всмотрелся в ее глаза.

— Ты будешь нужна мне всегда. Я слишком тебя люблю.

Прежде чем Сабрина успела сказать хоть слово, он приник к ее губам жадным поцелуем. Когда Дерек отстранился, его глаза затуманились от страсти.

— Ты нужна мне, — прошептал он. — Если б ты только знала, как ты мне нужна!

Он вложил в эти тихие, но исполненные подлинного чувства слова всю свою накопленную за долгие месяцы заключения страсть. И страсть эта мгновенно нашла ответ в ее сердце. Теперь, когда вокруг них не было ни колючей проволоки, ни охранников, которые могли бы их одернуть, заставить оторваться друг от друга, они неосознанно, но очень целеустремленно начали двигаться к ставшей неизбежной развязке.

— Ты нужна мне, — снова прошептал он, и новый поцелуй соединил их уста. Одновременно его руки лихорадочно шарили по ее груди, расстегивая пуговки на ее рубашке. В следующее мгновение его пальцы уже прикасались к ее обнаженной коже.

Сабрина закрыла глаза и откинула назад голову. Она задышала прерывисто и часто, будто пытаясь выпустить из своих глубин на волю опалявший все ее существо жар. Дерек стал покрывать жадными поцелуями ее обнаженную грудь. Сабрина словно ожила под его ласками, в ней проснулось желание ответить ему тем же. Она обнимала, гладила, ласкала его, прикасалась к его телу, познавала и возбуждала его. Дерек больше не мог сдерживаться. Нетерпеливо расстегнув брюки, он поспешно освободился от них и трусов. Сабрина помогла ему избавиться от рубашки. Когда рубашка упала к его ногам, Дерек со страстью, которой он так давно не давал выхода, снова потянулся к ее телу.

Дерек стащил с нее джинсы и трусики и опустился на колени у нее между ног.

Дерек вошел в нее одним резким движением; это доставило ему такое немыслимое наслаждение, что он не услышал возглас, который сорвался с губ Сабрины. Впрочем, даже если бы он его и услышал, то все равно остановиться бы уже не смог. Сабрина и не собиралась его останавливать, более того, она обхватила его за бедра ногами и подалась у навстречу.

Дерек хотел бы растянуть наслаждение, но у него ничего не получилось. Их соединение, едва успев начаться, стремительно двигалось к завершению. Когда они оба достигли пика наслаждения, Дерек, застонав, прикоснулся дрожащими губами к ее рту, стремясь приглушить крик страсти, рвавшийся, казалось, из самых глубин ее существа.

Какое-то время слышалось только их частое прерывистое дыхание. Потом Сабрина неожиданно начала плакать, Дерек повернулся на бок и заключил ее лицо в ладони.

— Я сделал тебе больно! — Он мысленно обругал себя последними словами за то, что взял ее грубо, подобно животному. И то, что он слишком долго обходился без женщины, никак не оправдывало его. — Извини, Сабрина, я так сильно хотел тебя. Мне в голову закралась сумасшедшая мысль, что, если я хоть немного промедлю, мне обязательно что-нибудь помешает…

Она, спрятав лицо у него на груди, продолжала тихо плакать.

Каждый ее всхлип острой болью отзывался в сердце Дерека.

— Прошу тебя, милая, перестань. Не надо.

— Я… я так счаст-ли-ва.

Рука Дерека, гладившая ее по волосам, замерла.

— Что-то я не замечаю в твоем голосе счастья.

— Но это так.

— Ты что — всегда плачешь, когда счастлива?

— Н-не знаю. Я… н-не чувствовала себя счастливой уже очень давно.

Он перекатился на спину, так что Сабрина оказалась на нем. Потом, всмотревшись в ее лицо, сказал:

— Придется этот недостаток исправлять.

Он впитывал в себя взглядом ее лицо вплоть до мельчайших черточек. Провел большими пальцами по ее бровям, скулам, стер слезы с ее щек. Потом нежно улыбнулся и прошептал:

— Я люблю тебя.

Сабрина, еще с полными слез глазами, робко улыбнулась ему в ответ.

— Я тоже. — Она помолчала. — То, что сейчас произошло… Я никогда ничего подобного не испытывала.

— Ты что же — никогда не кончала?

— Так — никогда!

— Как «так»? — спросил он. Ему вдруг стало необходимо это знать. Хотя он ни за что на свете в этом бы не признался, ему хотелось знать о Сабрине абсолютно все.

Она посмотрела на него в упор.

— Это очень глубинное чувство. Древнее… В нем даже есть что-то животное.

— Не надо так говорить. Мы — люди.

— Но это было так здорово. — Тут ее голос упал до шепота. — Я до сих пор это чувствую. Я люблю тебя, — прошептала Сабрина, обнимая его за шею. А потом она его поцеловала. Раз, другой…

Дерек снова ее обнял: все никак не мог насладиться ее теплом и нежностью.

— Я мечтать не мог, что будет так здорово. По мере того как приближался срок освобождения, я все больше боялся встречи с тобой, — признался он.