Джейн Грин - Всё может быть

— Но как ты думаешь, у нас что-нибудь получится?

— Что ты хочешь услышать, Либби?

Я хочу услышать «да», хочу, чтобы она сказала, что все будет в порядке. Хочу, чтобы Джулс призналась, что Джейми тоже был ужасным любовником, когда они встретились, а потом стал лучшим в мире. Хочу, чтобы она уверила меня, что, вполне возможно, Эд станет таким же идеальным мужем, как и Джейми когда-то. Довольно странно, правда, ведь еще сегодня утром я была готова бросить Эда и больше никогда не видеться с ним.

— Я хочу, чтобы ты сказала, что думаешь на самом деле.

— Боже, как с тобой иногда трудно. Я уже сказала. Слушай, хочешь заехать ко мне?

— Нет. Останусь дома и посмотрю телевизор. — Я делаю паузу. — Ты хочешь, чтобы я приехала?

— Нет. Не волнуйся. Мне все равно надо подготовиться, ведь Джейми придет. Мысленно собраться с силами, все такое. Не волнуйся насчет Эда, все образуется.

В пять часов, только я закончила смотреть кино, раздается звонок — опять. И опять я не поднимаю трубку, потому что, скорее всего, это моя мать. Телефон трезвонил весь день, и, хотя никто не оставлял сообщений, каждый раз, когда клали трубку, я набирала 1471 — и как вы думаете, это ее чертов номер. Я просто не могу с ней сейчас разговаривать — не знаю, что сказать.

Но на этот раз звонит Эд, и я слышу его тихий, нервный голос. Мне становится так стыдно, что беру трубку и сразу прошу извинения.

— Я не могу поверить, что столько всего тебе наговорила, — робко начинаю я. — Я вела себя как последняя злыдня, ведь ты пригласил меня на такую прекрасную вечеринку и весь вечер был таким милым со мной. — Я делаю паузу. — Я пойму, если ты больше не захочешь меня видеть.

— Конечно, я хочу тебя видеть! — восклицает Эд. — Я знаю, что вчера ночью все как-то неудобно получилось, и готов сделать все что угодно, все на свете, лишь бы сохранить наши отношения. Понимаю, что физическая сторона отношений для тебя очень важна. Мне стыдно, что я такой неопытный, но я обещаю, Либби, что научусь. Я даже пошел сегодня и купил книгу «Радости секса».

Как я могла быть такой злобной?

— Ты уже начал читать или пока только картинки смотришь?

— Нет, я читаю и, кажется, могу научиться… хмм… удовлетворять тебя.

— О, Эд, — говорю я, пораженная до глубины души тем, на что этот человек способен пойти, лишь бы сделать меня счастливой. — Ты удовлетворяешь меня, а вчера у меня просто было плохое настроение. Я уверена, у нас все будет в порядке.

— Я тоже так думаю, — отвечает он, и я слышу облегчение в его голосе. — Наверное, сегодня вечером тебе хочется побыть одной?

— Почему? Почему ты так думаешь?

Эй, эй, Либби! Ты же хотела побыть сегодня в одиночестве! Боже, ну почему, почему я никогда не могу сказать «нет»?

— Может, ты хочешь приехать ко мне и поужинать? Я бы так хотел увидеть тебя и, может, как-то компенсировать тебе вчерашнее.

— Хорошо, — слышу я свои слова, — я приеду в восемь, ладно?

— Хочешь, я заеду за тобой?

— Не волнуйся, — отвечаю я, подумав, что уж лучше поехать на своей машине, потому что на ночь точно оставаться не собираюсь. — Сама доберусь.

Зачем я туда еду? Не могу поверить, что собираюсь провести вечер с человеком, которого только несколько часов назад была готова убить. Но мне так хочется, чтобы у нас что-то получилось, что я уже забыла, как злилась на него. Да и Эд старается изо всех сил, бедняжка. Наверное, он чуть не умер от стыда, когда покупал «Радости секса». Все правильно: отношения нужно строить. Я готова работать над нашими отношениями. Правда готова.

— Я люблю тебя.

В моей голове проносится миллион мыслей. Как я хотела, чтобы Джон полюбил меня, но этого так и не случилось. Скольким мужчинам в жизни мне хотелось сказать эти три слова, но всякий раз не осмеливалась, потому что понимала, была абсолютно уверена, что стоит слову на букву «л» соскочить у меня с языка, как они тут же унесут ноги. Долгие годы я искала кого-то, кто будет относиться ко мне по-королевски и признается мне в любви. Только вот никогда не представляла, что это будет такой, как Эд.

Во всех моих фантазиях мне признавался в любви высокий, темноволосый красавец, моя единственная любовь, — правда, лицо у него всегда размыто, но было ощущение, что он красавец. И в мечтах я всегда таяла в его объятиях и бормотала: «Я тоже тебя люблю».

Но вот сейчас я даже не знаю, что сказать.

— Знаю, это кажется странным, Либби, — продолжает Эд, держа меня за руку, — потому что понимаю, мы не так давно знакомы, но моя мать всегда говорила, что я почувствую это, когда придет время. Ты — именно та, которую я искал. Понимаю, отношения у нас не очень-то складываются, но верю, что все наладится, поэтому можешь не говорить, что тоже любишь меня, — ничего страшного, я уверен, что со временем ты сможешь сказать это.

— Я тоже люблю тебя.

Что еще я могу сказать? И, хотя я его не люблю, мне приятна сама мысль о том, что кто-то любит меня, и мне кажется, что пока этого достаточно. Эд прямо-таки раздувается от счастья, будто сейчас взорвется.

— Я очень тебя люблю, — повторяет он. — Ты делаешь меня счастливым.

Ну как после такого не остаться на ночь? Я поднимаюсь в спальню, понимая, что должна сделать все возможное, чтобы у нас что-нибудь да вышло, и укрепляюсь в своей решимости, почувствовав мягкость ковров, еще раз увидев роскошную спальню, величественные шторы с ламбрекенами, — все это должно принадлежать мне. Об этом я мечтала всю свою жизнь.

Эд, похоже, уже прочитал о том, что соски являются эрогенной зоной. Понял, что клитор не просто бесполезная часть тела. Догадался, что мне нравится, когда меня мягко и нежно поглаживают по животу.

Конечно, все проходит не идеально. Он все еще немного неуклюж и все время спрашивает: «Так хорошо? А так нравится? Я правильно делаю?» Я пытаюсь показать ему, что мне нравится, двигая его руку, кивая, шепотом отвечая ему, потому что он все время спрашивает очень громко и это портит весь настрой. Но в конце концов у него начинает получаться.

Конечно, полноценного секса у нас все равно не выходит, но я закрываю глаза и очень сильно сосредоточиваюсь. Мне приятно, и, хотя обычно я не такая эгоистка и не лежу неподвижно, пока кто-то медленно ласкает мой клитор и спрашивает, нравится ли мне, сейчас веду себя пассивно, потому что уверена, что после вчерашнего вечера заслужила хотя бы намек на оргазм. По-моему, проходит несколько часов, пока я наконец начинаю ощущать знакомое тепло и покалывание во всем теле и испытываю наслаждение.

Я открываю глаза и с улыбкой смотрю на Эда. У него обеспокоенный вид, но он явно доволен собой.