Кэрри Адамс - Крестная мамочка

— Сам справлюсь. Она одна?

Я поднесла телефон к уху:

— Ты одна?

— Видишь ли…

— С кем-то? — Я обрадовалась, даже понимая, что протащить двоих куда сложнее.

— Я просто не думала, что будет так много народу, вот и…

— Не волнуйся, пробьемся.

Я состроила гримасу Джеймсу и показала два пальца.

— О, я тебя вижу! — взвизгнула Билли в трубку.

Я показала на нее Джеймсу, но торопить его не стала — на случай облома. Не хватало еще и этого сконфузить, как Хэлен. Всматриваясь в толпу, я пыталась разгадать, кто из мужчин, обступивших Билли, — ее кавалер. Едва красный шнур подняли, толпа ринулась вперед. Билли понесло навстречу Джеймсу, я увидела, как он подал ей руку. Ему удалось протащить ее через живой заслон мускулистых вышибал и торжествующе ввести в прохладный вестибюль. Джеймс Кент — волшебник! Билли сразу отошла к гардеробу и опять затерялась среди людей. Джеймс повернулся ко мне.

— Как тебе это удалось, черт возьми?

— Один из вышибал мечтает сниматься в комедиях.

— А сможет?

— Нет. Но я велел ему зайти ко мне в понедельник утром.

— Я перед тобой в долгу.

— Сочтемся.

Билли сдала в гардероб плащ и подошла к нам с робкой улыбкой:

— Простите за опоздание.

— Пустяки. Ну и кого ты привела?

Ответить она не успела: звенящий голосок прокричал мое имя на весь вестибюль. Из-за спины Билли вынырнула фигурка в зеленом бархате и, не обращая внимания на изумленные взгляды и враз наступившую тишину, бросилась ко мне на виду у всех с воплем:

— Кре-е-е-стна-я-я-я!

Между чужими ногами Кора лавировала с ловкостью регбиста Джонни Уилкинсона. Метнув в Билли укоризненный взгляд, я присела, по привычке развела руки и приготовилась к столкновению. В длинной зеленой юбке, похожей на балетную, и бархатном пиджачке в тон, которые я подарила на Рождество, Кора была вылитым эльфом.

— Вот так встреча! Не ожидала. — Я вдохнула аромат ее пушистых волос.

— Ты ж приходишь ко мне на праздники, — возразила Кора.

Верно, еще ни одного не пропустила. В короткой жизни Коры было время, когда мы боялись, что она не доживет даже до первого дня рождения. Теперь они для нас священны.

— Мама спутала день и договорилась с Магдой на завтра. А сегодня у Магды билеты на концерт, который нельзя пропустить. Только маме не говори, что все знаешь, — она боится, что ты рассердишься, что она такая распущенная, а она просто ошиблась.

Я стиснула зубы, чтобы не расхохотаться. В этом вся Кора: сама мудрость и непосредственность.

Подоспела Билли. Сегодня ее волосы струились по спине темными с едва заметным серебром прядями. У Билли фигура балерины — стройная и подтянутая. В состоянии стресса энергия так и хлещет из нее. А когда она спокойна, то порхает как мотылек. Сегодня она была сгустком энергии.

— Извини, пожалуйста, мы ужасно опоздали. У Магды простуда, а мне так хотелось повидаться с тобой, что Кора предложила нарядиться и поехать вместе.

Не составляло труда догадаться, что последняя часть фразы — чистая правда.

Похоже, я здорово задавила Билли авторитетом, если она рискнула тащить семилетнего ребенка в насквозь прокуренную и пропахшую спиртным толкучку, только чтобы не звонить мне и не объяснять, что не сможет приехать. Я широко улыбнулась обеим:

— Прекрасная мысль. Вы обе чудесно выглядите.

Кора просияла.

— После такого приключения не помешает выпить, — предложил Джеймс. — Я в бар. Что вам принести?

Он обращался к Билли, от чего она совершенно растерялась, и я поспешила познакомить их. Билли не привыкла разговаривать с незнакомыми людьми. Подозреваю, она считает себя невидимкой.

— Может, шампанского? — Я выудила из сумки кредитку. — Отметим фантастический трюк, который ты только что показал.

— Убери, — велел Джеймс так твердо, что я безоговорочно подчинилась. — А тебе что взять, Кора?

Она снова просияла:

— Ананасовый сок, пожалуйста.

— Кора, детка, у них может не быть…

Джеймс перебил меня:

— Это пятизвездочный клуб. Если у них даже ананасового сока нет, значит, звезды им присвоили зря.

— У нас в классе есть девочка, которой тоже зря дают звездочки, — серьезным тоном сообщила Кора. — Видите, так бывает.

— Верно, — подтвердил Джеймс. — Я бы даже сказал — слишком часто.

Кора согласно закивала, сведя бровки.

— Тогда яблочный! Может, яблочный есть.

— Там такая толкотня булками! — предупредила я Билли.

— Мы ненадолго.

— Трудно было добираться?

— Мы давно нигде не бывали вместе. — Билли не стала описывать, как ей удалось провезти Кору в метро, несмотря на субботнюю давку. — Пока собирались, мы танцевали в одних трусах и распевали песни «Хай Файв». Это новая «Абба».

— Сборы всегда лучше, чем сама тусовка. — Я взяла Билли под руку и сжала ладошку Коры. — Помнишь, как мы наряжались целыми часами, чтобы быть не хуже других?

— И пили вино из кружек.

— Или из бутылки, чтобы посуду не мыть, — подхватила я.

— Давно это было.

— А кажется, будто вчера.

— Это тебе так кажется.

Я ткнула ее в бок. Мы дошли до двустворчатых дверей зала.

— Готовы?

Билли и Кора кивнули. Общими усилиями мы открыли дверь, и на нас обрушился шквал звуков. Локтями, плечами и боками я пробила путь к нашему столу. Кора произвела фурор: ее передавали из рук в руки, как бесценную вазу, и наконец она устроилась на коленях у Бена. Бен — ее любимец. Кора знает его лучше, чем всех нас. Мы часто заменяем ей родителей, когда Билли нуждается в отдыхе, а Саша мотается по командировкам.

— А где булки? — спросила Кора.

— Какие булки?

— Которыми толкаются.

Расхохотались все, кроме меня. Я смотрела, как Кора теребит ухо Бена. И гадала, сколько можно брать напрокат чужого ребенка и чужого мужа и считать при том, что я живу не хуже других.

— А где Хэлен и Нейл? — спохватилась Франческа.

Вернулся Джеймс Кент с двумя бутылками шампанского и семью стаканами. Я вскочила:

— Сейчас разыщу Хэлен и притащу с нами выпить.

Возле вип-зоны я подошла к тощей особе. Она демонстративно отводила глаза, поэтому я поспешила объяснить:

— Мне туда не нужно, я просто хочу позвать мою подругу Хэлен Чжао выпить с нами.

— Ее здесь нет.

Я нахмурилась.

— Я точно знаю, — добавила моя собеседница. — Тут был скандал.

— Скандал? — вскинулась я.

— Она перепила. Наверное, сейчас в туалете.

— Жена Нейла Уильямса? Вы уверены?

— Да, его жена. Перед всеми его опозорила.

Меня ужаснула эта фамильярность, напугали возможные причины, встревожили мысли о Хэлен.