Изабель Вульф - Тревоги Тиффани Тротт

В общем, я поехала домой после прогулки и, войдя в дом, первым делом обнаружила, что автоответчик весело мне подмигивает. О, как приятно. Сообщение. Правда, не от Довольно Успешного, который, похоже, полностью от меня отказался, а от Манго Брауна.

– Приве-ет, Тиффани, – сказал он, жеманно растягивая слова. Или, может, он выпил лишнего? – Это Манго. Надеюсь, ты в порядке. Я рад нашему знакомству в галерее Оскара Ридза, и я, м-м-м… подумал, не захочешь ли ты прийти ко мне на маленькую вечеринку в пятницу, мой дом в Шепердз-Буш. Всего шесть человек. Надеюсь, ты придешь. Около восьми, ладно? Позвони мне, чтобы я точно знал.

В пятницу вечером я натянула длинный свитер от Николь Фархи, который очень удачно прикрывал зад, и шерстяную мини-юбку, которая выгодно открывала ноги, накинула леопардовое пальто и, надев отороченную мехом шляпку, направилась в Шепердз-Буш. Если честно, тащилась я туда целую вечность. Центральная линия[80] такая медленная. «Пожалуйста, помните об интервалах!» – снова произнес по радио назойливый женский голос. Хорошо-хорошо, я буду помнить об интервалах. Я только и делаю, что помню об интервалах. Пятнадцатиминутный интервал между электричками. Черт, уже восемь часов, а я все еще торчу у Оксфорд-Серкус. Терпеть не могу опаздывать в гости! А еще ненавижу, когда заставляешь себя ждать – и ужин начинается в половине десятого, когда горячее остыло, а десерт законсервировался. Поэтому я всегда стараюсь приезжать вовремя, чтобы никого не подводить. Но на этот раз я точно опоздаю. Черт. К тому же я забыла мобильник. Ну ладно, надеюсь, они догадаются начать без меня. Так будет лучше.

– Ох, извини, я опоздала, – сказала я Манго, когда он открыл мне дверь своего дома на Стэн-Лейк-роуд. – Надеюсь, вы уже начали…

Я остановилась. А где все? Где же остальные? Он сказал, что ожидаются шестеро.

– А остальные тоже опаздывают? – спросила я, вручая ему бутылку довольно приличного совиньона. – Уже без пятнадцати девять.

– Ну… – Он хохотнул. – Боюсь, больше никого не будет, я тут…

– Ты хочешь сказать, что все остальные не придут? Как не повезло! – сказала я. – Очень неприятно, когда так получается. У меня так было на последнем дне рождения. Сорок пять человек не смогли прийти. Может быть, стоит перенести на другой день? Я не против.

Манго ничего не сказал, просто помог мне снять пальто, оглядев меня с головы до ног.

– Какой дивный мех, – сказал он. – Мне очень нравится шкура леопарда.

– Ну, она же не настоящая, – поспешно ответила я. – Мой бюджет не выдержал бы настоящей, ха-ха-ха! Шутка. Я не стала бы носить натуральный мех. Конечно нет. Но это не означает, что я вегетарианка. Вовсе нет.

И тут я кое-что заметила. Или, точнее, отсутствие кое-чего. Запаха еды. Ни аромата жареной телятины или тушеной рыбы, ни запаха сдобного пирога с заварным кремом. Ничего. Только затхлый запах пыли. И какая пустая маленькая квартира. Как студия. В гостиной только диван и телевизор да несколько обшарпанных стульев. Он сказал «дом». Его «дом» в Шепердз-Буш. Так-так, забавно.

– Ну и мерзкое местечко, – сказала я. На самом деле ничего такого я не сказала.

– На декабрьском морозце у меня что-то разгулялся аппетит, – заявила я.

– Я никудышный повар, – сказал Манго. – Поэтому подумал, что стоит заказать ужин на дом.

Заказать? Изумительно.

– Как тебе индийская кухня? – спросил он.

– Нормально, – сказала я. – Давай.

– Может, тебе больше нравится китайская?

– Нет-нет, индийская подойдет, – ответила я. – Нормально.

– Выпьешь что-нибудь?

– Да, пожалуйста.

– Совиньон подойдет? – усмехнулся он. Видимо, мой совиньон.

– Ага, совиньон в самый раз. Ты давно тут живешь? – спросила я, когда он налил вина и открыл пакетик орешков вроде тех, что предлагают в самолете.

– Полгода. Конечно, тут бедновато. Зато у моей жены дом в Хаммерсмите. Закон подлости – вот как это называется.

– Но, возможно, он нужен ей и пятерым детям.

– Да, может, и так, но я бы предпочел его продать. Вот до чего дошло, – добавил он с сардонической усмешкой. – Вот так обходятся с разведенными мужчинами.

– А чего же ты тогда разводился? – нахально спросила я.

– Не знаю. Она просто вышвырнула меня за дверь. Она свихнулась на религии, начала ходить в какую-то странную церковь в Ноттинг-Хилле…

– Черт возьми, когда она ухитрялась ходить в церковь, имея пятерых детей?

– …и они ей внушили. Они убедили ее, что я такой вот посредственный, озлобленный, вечно пьяный, похотливый и абсолютно бесполезный в хозяйстве парень, за которого ей с самого начала не стоило выходить замуж, – сказал он. – Чертовы секты.

– Надо же. Твоя жена что, очень подвержена внушению?

– Да нет, я бы не сказал. В любом случае все это меня уже достало. Давай-ка закажем какой-нибудь еды. Обычно доставляют в течение сорока пяти минут. – Он подал мне брошюру от «Тип-топ тан-дури хаус», что на Аксбридж-роуд. – Я закажу номер семь, сорок пять и пятьдесят шесть.

– Так… я, пожалуй, возьму креветки «гарам масала», цыпленка «тикка» и плов, – это номера шесть, двадцать девять и сорок пять.

Черт, как будто в лото играем. Манго позвонил в ресторан, а я тем временем разглядывала стены.

Обои с двухцветным орнаментом коробились на стенах, как короста.

– Я зайду в ванную? – спросила я.

Он показал мне, где это. Ванная была безобразная. Немытая ванна. Нечищеный унитаз. Краны, покрытые известковым налетом. Старая зубная щетка и крохотный кусочек мыла, видимо прихваченный из отеля или самолета. Я быстро заглянула в застекленный шкафчик – всегда любопытно, что люди там держат. Боже мой! Женский косметический набор, дезодорант. Маленькая бутылочка масла для тела «Ойл оф Юлэй» и большой баллон лака для волос. Какой фирмы? Мне было приятно, что это оказался «Хэд старт» – тот самый, над рекламой которого работал Кит. Я вернулась и снова села на диван, а Манго поколдовал с видавшим виды магнитофоном и поставил Эллу Фитцджеральд. Несомненно, это худший ужин со времен колледжа. Сколько он еще продлится, прежде чем мне удастся уйти? И все же Манго привлекателен. Действительно очень симпатичный. А я умирала от голода. Стакан хорошего вина только усилил аппетит. Поесть бы и быстренько откланяться.

Позвонили в дверь. Манго открыл и принял наш заказ – четыре картонные коробки. Затем донесся его голос:

– Тиффани, у меня немного не хватает. У тебя не будет наличных?

– Да, сейчас, – ответила я, роясь в сумочке и мысленно называя его Манго Мак-Браун.[81]

– Мне нужно еще пятнадцать фунтов. Пятнадцать фунтов!

– Спасибо.