Стелла Камерон - На вершине блаженства

Но тут ее отвлек собачий лай.

– Это Спайки?

– Именно так воет волчья стая на охоте, – заявил Вик. – И вой приближается.

Все как бы невзначай сбились в кучу. Блисс и до того мерзла в своем тонком шелковом платье, теперь же ее била дрожь. От грозного звериного рыка по всему телу побежали мурашки.

Стая не стая, но в луче фонаря появились две собаки. Одна большая – Спайки, а вторая – просто огромная, напоминавшая своей длинной мордой шотландскую овчарку.

Либерти завизжала и спряталась за спину Вика.

Полли уцепилась за Спайки.

– Это же сенбернар, – заявила Фаб, – и у него на ошейнике, наверное, висит маленький колокольчик.

– Это Битер, – прозвучал из темноты до боли знакомый голос. – И у него пора любви. А вот вы что здесь делаете?

Блисс захотелось увидеть его. Но было страшно заглянуть ему в глаза. Боже, как долго ей удавалось сохранять душевное спокойствие! Теперь же она чувствовала себя совершенно беспомощной – и все из-за него, из-за Себастьяна.

– Блисс! – окликнул ее Плато, появившийся из темноты. – Кажется, я спросил, что вы здесь делаете?

Да, он явно привык к повиновению окружающих – и не собирался этого скрывать.

– Вряд ли тебе это будет интересно, – ответила Блисс.

– В таком случае я бы ни о чем не спрашивал.

Собаки же носились по склону, радостно повизгивая.

– Спайки не выносит чужих собак, – заметила Фаб.

– Что-то не очень на это похоже, – пробурчал Себастьян, глянув через плечо.

– Насколько я понимаю, вторая собака твоя, – сказала Блисс.

– Моя, – подтвердил Плато. – Это Битер. Лучший друг человека.

– Тебе виднее.

– Так что здесь случилось? – Было очевидно: Себастьяна не так-то просто сбить с толку.

– Вик с Либерти услышали, как кто-то кричал. И мы решили посмотреть, что случилось. Вон там… провал в скале. И мы подумали… Кое-кто из нас подумал, что туда кто-то упал.

– И что, действительно упал?

– Вечно тебе надо все знать, – пробормотала Блисс. – Лучше посмотри сам и скажи, что думаешь.

– Можно? – Себастьян протянул руку к фонарю.

Вик с явной неохотой кивнул.

Себастьян не спеша обошел все столбы с проволокой. Затем внимательно осмотрел доску, следы вокруг.

– Здесь никого не было, – заявил он. – Кто бы там, по-вашему, ни кричал, он кричал не здесь.

– Тысяча благодарностей. – Вик не скрывал своей неприязни к Себастьяну. – Приятно повстречать парня, который знает все на свете.

– Всегда готов к услугам, – парировал Себастьян. – Звоните в любое время. А теперь вам пора спать.

Все побрели вверх по склону, причем Вик бормотал ругательства на каждом шагу. Наконец они с Либерти свернули к своему домику. Полли с Фабиолой направились к дому Блисс, где на крыльце их уже ждала Венера.

– О’кей, мама, – сказала Полли. – Забираем Бобби и возвращаемся в бунгало.

– Я сказала этому обаятельному мужчине, куда вы пошли, – сообщила Венера, не спуская с Себастьяна восхищенного взгляда. – Он глубок, он чрезвычайно глубок. И наделен редкостной по силе скрытой мощью.

– Поэтому ты и сказала ему, куда мы пошли? – возмутилась Фаб. – Ты видишь его впервые в жизни – и сразу же все выкладываешь. А ведь знаешь, что мы подвергаемся опасности…

– Но вы никого не поймали, правда? – улыбнулась Венера.

– Не поймали потому, что кричали совсем не там, – заявила Фабиола.

– Фаб, помолчи, – нахмурилась Полли. – Идем домой, мама. Надо забрать Бобби.

– Бедняжка спит ангельским сном. Он на диване. – Венера тяжко вздохнула. – Стоит ли так часто тревожить его неокрепшую душу? Он может… совсем растеряться.

– Мы все здесь растерянные, – пробурчала Блисс, направляясь в дом. – Тс-с-с. Бобби заснул. – В неярком свете ночника она увидела Бобби, свернувшегося калачиком в самом углу огромного дивана.

– Я же сказала, что он спит, – обиделась Венера. – И я знала, что у этого прекрасного человека чистая душа – потому что почувствовала ее. Он глубоко порядочный, честный и… ответственный, да? – Она улыбнулась, глядя на Себастьяна.

– Мама! – в один голос воскликнули Полли и Фаб.

– Благодарю вас, мэм, – с серьезнейшим видом промолвил Себастьян. – Так это и есть Бобби? Тот маленький мальчик, который присматривал за моим Битером?

– Да…

– Милый малыш, – продолжал Плато, перебивая Блисс. – Пусть спит. А я побуду здесь, с ним. И до утра с ним ничего не случится.

– Ну…

– Даю вам слово, что позабочусь о нем, – заверил Себастьян, глядя на Полли. – А вы, дамы, можете спокойно идти домой вместе с мамой.

– Венера, – поправила пожилая женщина. – Зови меня Венера. Я – живое воплощение абсолютной любви.

– Верно, – кивнул Себастьян без тени улыбки на лице. – Мы с Блисс вернем вам Бобби утром в целости и сохранности.

Блисс не знала, куда деть глаза.

– Я уверена, что вам здесь будет очень уютно, – ангельским голоском пропела Фабиола.

– Вы только не забывайте, что Бобби остался здесь, – добавила Полли.

– Он уже не первый раз ночует в этом доме – вместе со мной, – напомнила Блисс, в упор глядя на Себастьяна. Ну почему она не может заставить себя возненавидеть его? – А ты лучше разыщи своего пса…

– О, я непременно его разыщу. – Он одарил Блисс очаровательной улыбкой. – Для этого требуется только погромче свистнуть. Он тотчас прибежит.

– Стоит вам свистнуть – и кто угодно прибежит, – заметила Фабиола.

– Доброй ночи, Фаб. – Блисс пристально посмотрела на подругу. – Увидимся утром. Как следует выспимся и отдохнем.

– Ну да, выспимся и отдохнем, – усмехнулась Полли; она стала подталкивать к выходу мать и сестру.

Когда дверь за ними закрылась, в доме воцарилась тишина, тишина, наполненная чувством близости, той близости, что связала Блисс с Себастьяном. Она ощущала эту близость почти физически – как если бы он прикоснулся к ней.

– Устала? – спросил Себастьян.

Она кивнула в сторону Бобби и прижала палец к губам.

– Ну, если эта дикая семейка его не разбудила, то его никто не разбудит.

– Они прекрасная семья, – возразила Блисс. – Пусть немного необычная, но прекрасная.

– Тебе виднее, Чилли.

– Ненавижу эту кличку.

– Тебе не нравится, когда я называю тебя Чилли?

Пустая, ничего не значащая болтовня!

– Я не против, когда ты называешь меня любыми именами. – Блисс поспешно отвернулась. Ну вот, опять сказала лишнее! Опять разболталась.

– Ты снова сбежала от меня.

Блисс машинально сняла очки.

– Мужчина после такого может запросто заработать комплекс неполноценности. Особенно если от него сбегают именно в такую ночь. Я на всю жизнь запомню нашу первую ночь.